только что: все это как-то не по-доброму закончиться. Несчастливо. И любовь наша. И туннель этот.
МАЛЬКОВ.
Нет больше греха сегодня в мире, Таня, чем твой пессемизм. Вот я сегодняшним днем живу. Я счастлив сегодня! Ведь я люблю тебя!
ТАНЯ.
Сегодня?
МАЛЬКОВ.
Да, поймала! Подловила на слове. (Ехидно.) Поживем — увидим. Куда торопиться? Это не высокоскоростная магистраль. Любовь, это, знаешь ли… такие повороты! (Обнимает Таню.)
Идут по ночной Москве. Тверская. Манежная. Красная площадь.
ТАНЯ (с восхищением).
Здорово! Так хорошо!Танцевать, петь хочется!
Навстречу идет мужчина с саксофоном (то ли уличный музыкант, то ли играет где-то в дешевом ресторанчике).
МАЛЬКОВ.
Уважаемый! Я вас очень прошу, умоляю! (Что-то говорит ему на ухо, показывает на Таню.)
Прохожий музыкант понимающе кивает. А когда Мальков, обшарив все свои карманы, достает уйму денег, с удовольствием соглашается поиграть.
Играет на саксофоне медленный красивый танец.
Мальков и Таня обнявшись танцуют.
Светает.
Московское отделение милиции № 33.
В обезьяннике Яхонтов. Лицо его слишком веселое и странное.
ЯХОНТОВ.
Питер — Москва. Москва — Питер! Не верите, свиные рыла! Не верите! Я самое великой открытие сделал!
ДЕЖУРНЫЙ МИЛИЦИОНЕР (звонит в психушку).
Да уже разобрались. Не пьяный. Трезвый. Буянил! Еще как буянил! Ругался! Пять часов уже здесь. Буровит, что Питер — мол, это Москва. А Москва — это совсем не Москва, а все тот же Петербург. Словом, клиент ваш!
Заморочили людям голову! С переносом столицы. Вот они сами ее и переносят!
ТИТРЫ: Санкт-Петербург. 12. 00.
Кабинет начальника строительства скоростной магистрали Санкт-Петербург — Москва.
Надпись на табличке «Ковалевский».
Таня заходит в кабинет.
КОВАЛЕВСКИЙ (отрываясь от бумаг).
Ты где была всю ночь?
ТАНЯ.
В Москве!
КОВАЛЕВСКИЙ.
Какой, к чертям, Москве?! Тебя опять видел … Кульков с … этим… парнем!
ТАНЯ (возмущенно).
Опять видел! Что значит "опять видел"?! Следил! Значит! Следил?!
КОВАЛЕВСКИЙ.
Ну, следил! А почему ты врешь? Раньше ты не врала мне.
ТАНЯ.
Я не вру. Была в Москве!
КОВАЛЕВСКИЙ.
Хватит! Не верю, ни единому слову твоему не верю! С этой минуты!
ТАНЯ.
Подожди! Ты еще не слышал самого главного!
Ковалевский с неподдельной тревогой посмотрел на Таню.
Вечер того же дня.
Строительная площадка подземного перехода.
Таня, Ковалевский, Мальков спускаются в котлован.
Москва 00. 00.
Куранты бьют полночь.
Изумленное лицо Ковалевского на фоне Большого каменного моста и ансамбля Московского кремля.
КОВАЛЕВСКИЙ (сам себе).
Мистика!
Это же ездить и летать никуда не нужно! Потрясающе! Дорога теперь не нужна! А мы такой огород городим!
Его восторг сменяется тревогой. То ли от того, что увидел Малькова, который, подав руку Тане, ведет ее по поребрику, то ли от того, что…
Москва. Министерство путей сообщения. Приемная министра Петра Ильича Остапенко.
ОСТАПЕНКО.
Какие будут соображения, господа-товарищи?
УЧАСТНИК СОВЕЩАНИЯ.
А какие могут быть соображения?! У нас на фонд зарплаты еще осталось на пару месяцев. Если правительство не решит вопрос, — замораживаем стройку. Однозначно!
КОВАЛЕВСКИЙ.
Вы как с Луны упали! Это стройка не бюджетная. Не правительственная. Тут и президент не решит ничего!
(Решительно.) Не нужна стройка! Не нужна дорога!
ОСТАПЕНКО.
А какого же?! Зачем начинал ее, умник?!
КОВАЛЕВСКИЙ.
Не знал тогда, что не нужна!
ОСТАПЕНКО.
А сейчас понял, разобрался?! Или другое лобби над тобой поработало?
КОВАЛЕВСКИЙ (самоотверженно).
Дорога не нужна. Есть другое решение. Вот вы все здесь люди умные! Есть невероятнейшее решение! Повторяю, невероятнейшее! Через пару дней вся страна, весь мир… заговорит о нас!
Смешки в кабинете.
УЧАСТНИК СОВЕЩАНИЯ.
Ковалевский, давайте сказочки оставим уже! В самом деле! Надоело! Я ваш почерк давно прочувствовал. Вам лишь бы возглавить что-нибудь эдакое! Признайтесь: на дамбу питерскую метили, — не получилось! Там свои людишки! Вот и придумали ВСМ! А на хрена нам эта ВСМ?! Да на бабки залезть! Из реки финансовой попоиться!
ОСТАПЕНКО.
Да буде вам, хлопцы, чубами трясти, здесь все свои. Все все знают. Обо всех! Не нужно никого на чистую воду выводить! Магистраль нужна стране! Народу нашему нужна! России!
КОВАЛЕВСКИЙ.
Не нужна дорога! У меня есть обоснованное, но невероятное решение!
ОСТАПЕНКО (машет рукой).
Ладно, понятно. Прекращаем дискуссию!
Что там у нас следующее? Начальник Северо-Кавказской дороги, пожалуйста, докладывайте.
Санк-Петербург.
Автомобиль Ковалевского мчится по Невскому проспекту. Инспектор ГБДД отдает честь невидимому пассажиру за затемненными стеклами.
РАДИО.
...Похоже, бесславно заканчивается строительство высокоскоростной магистрали Санкт-Петербург — Москва, так и не начавшись в полной мере. Начальник строительства и инициатор этого амбициозного проекта господин Ковалевский точно войдет в историю нашего города как автор самой большой ямы в Европе или даже в мире.
Поговаривают, что сотрудники русской редакции «Книги рекордов Гинесса» уже обратились к экс-директору на предмет внесения его замечательного детища в анналы современной истории.
Правы были некоторые депутаты относительно полезности этого уникального строительства для нашего города и России в целом.
Но! Как говорят: иных уж нет, а те — далече!
Интересно, чем теперь займется господин Ковалевский?
Пока мы порассуждаем на тему новых западных инвестиций, послушайте музычку. В эфире несравненный Зукеро...
Ковалевский с отвращением выключает радиоприемник.
КОВАЛЕВСКИЙ (водителю).
Домой!
ВОДИТЕЛЬ.
К Анне Петровне или к Тане?
КОВАЛЕВСКИЙ.
На дачу!
Машина Ковалевского на Выборгском шоссе. На автобомильных часах 23.40.
Звонок на автобомильный телефон.
КОВАЛЕВСКИЙ — водителю.
Отключайся. Говорить ни с кем не буду.
ВОДИТЕЛЬ (слушает трубку).
Да, господин министр, сейчас передам.
Ковалевский неохотно все же берет телефонную трубку.
КОВАЛЕВСКИЙ.
Да, Ковалевский, Петр Ильич.
ОСТАПЕНКО.
Слушай, Ковалевский, что ты за чепуху на совещании хотел смолоть?
КОВАЛЕВСКИЙ.
Это совсем не чепуха, это серьезно!
Но теперь уже все равно, Петр Ильич! Все равно!
ОСТАПЕНКО.
Да погоди ты! Как девка нюни распустил. Я тоже серьезно! Видишь, даже ночью тебе звоню! Не понимаешь что ли ни черта?
Как там Таня твоя? Анне Петровне привет, конечно. Баню, поди, девки твои приготовили?
Хорошая у тебя банька, Ковалевский, хорошая!
КОВАЛЕВСКИЙ.
Дак, больше вместе не попаримся! Наверное…
ОСТАПЕНКО.
Почему не попаримся? Ты ко мне завсегда можешь. В любой день. В любой час. Ты хлопчик понятный мне, преданный. Без тайных промыслов. С душой к тебе всегда относился. Не отчаивайся, паря. Не пропадем. Все у нас наладится!
КОВАЛЕВСКИЙ.
Вашими устами да мед пить, Петр Ильич!
ОСТАПЕНКО.
Ну, давай про дело потолкуем.
За сколько, говоришь, по твоей невероятной трассе до меня, старика, в столицу Москву-матушку из Питера домчаться будет можно?
Пауза.
КОВАЛЕВСКИЙ
