они где-то рядом, в простых вещах. В закате над рекой. В тёплой воде. В руке, которая держит твою.
Я хочу приехать к тебе. В августе. На твой день рождения. Если не прогонишь.
Твоя Таня.
P.S. Скажи Серёже, чтобы он готовил гармошку. Я хочу послушать, как он играет. И чтобы ты танцевала под его музыку. Как тогда, прошлым летом. Я буду смотреть и радоваться за вас. Обещаю».
Письмо №9. Лида — Тане. Верейск, 15 июля 1961 года.
«Таня, как я рада! Ты приедешь! Это лучшее, что ты могла мне написать. Я уже всё приготовила: мама обещала испечь пирог с вишней, я постелю тебе на диване в гостиной, Серёжа будет ждать с гармошкой. Приезжай, пожалуйста, не передумай.
Насчёт Виктора — мне очень жаль. Но ты права: ты достойна того, кто будет смотреть на тебя и видеть не свою науку, а тебя. Ты такая красивая, умная, добрая. Он просто ослеп. А ты не слепни. Ты найдёшь своё счастье. А пока — у тебя есть я, есть Серёжа, есть наша речка и наш закат.
Я так хочу тебя обнять! Жду с нетерпением.
Целую, твоя Лида.
P.S. У нас уже поспела клубника. Я наберу тебе целую миску. Ты любишь клубнику со сметаной? Помнишь, в детстве мы с тобой ели на крыльце? Теперь у нас тоже есть крыльцо — мы переехали в дом с крыльцом. Серёжа отремонтировал его. Теперь мы будем сидеть там вечерами и разговаривать обо всём на свете».
Письмо №10. Таня — Лиде. Ленинград, 2 августа 1961 года.
«Лида, я приеду. Я уже купила билеты. Седьмого августа, поезд прибывает в Верейск в 18:45. Встречай меня. Я хочу увидеть твоё лицо, когда ты увидишь меня. Я похудела, наверное, стала выглядеть старше. Но я всё та же Таня, которая любит зелёные яблоки и закаты.
У меня есть тайна. Я не знаю, стоит ли тебе её рассказывать. Но, наверное, скажу, когда приеду. Это касается Серёжи. Не бойся, ничего плохого. Просто я должна тебе кое-что объяснить. О том, что было прошлым летом. О том, что я хотела сказать тогда, но не сказала. Просто пойми: я не хочу тебя обманывать. Я твоя подруга, и я хочу, чтобы ты знала правду. Даже если правда будет странной.
Ты только не сердись на меня. Если я решусь рассказать — значит, я тебе доверяю. А я тебе доверяю. Всегда.
Твоя Таня.
P.S. Не говори Серёже, что я еду. Я хочу сделать ему сюрприз. Вернее, мне нужно с ним поговорить наедине. Это важно. Ты уж прости меня за эту тайну».
Письмо №11. Лида — Тане. Верейск, 5 августа 1961 года.
«Таня, я не понимаю. Ты пишешь о какой-то тайне. О Серёже. Ты хочешь поговорить с ним наедине. Зачем? Что случилось? Ты меня пугаешь. У нас всё хорошо, я счастлива, он любит меня. Если ты хочешь что-то сказать — скажи мне сейчас. Не томи.
Но я буду ждать тебя седьмого августа. Я буду на вокзале в 18:45. С цветами. Мы всё обсудим. Только прошу тебя — ничего плохого. Я не вынесу плохого. У меня всё наконец-то стало хорошо, и я не хочу это терять.
Твоя Лида.
P.S. Ты только скажи мне, что ты ещё моя подруга. Это главное».
Письмо №12. Таня — Лиде. Ленинград, 6 августа 1961 года.
«Лида, завтра я приеду. Я всё тебе расскажу. Только не бойся. Это не то, что ты думаешь. Это не про измену, не про предательство. Это про другое. Я просто хочу, чтобы ты знала: я всегда хотела, чтобы ты была счастлива. Даже если это означало, что я должна отступить.
Я люблю тебя, Лида. Как сестру. И Серёжа тоже. Мы оба любим тебя. И я хочу, чтобы ты знала: у нас с ним нет тайн друг от друга. И когда я приеду — мы все вместе всё обсудим. И ты поймёшь.
Встречай меня завтра. Я приеду с подарком. И с клубникой. Ты же любишь клубнику.
Твоя Таня.
P.S. Если я не приеду — значит, что-то случилось. Но я приеду. Я обещаю».
Здесь переписка обрывается. В ящике №47 не было больше писем от Тани. Были только письма от Лиды, которые она всё продолжала писать в Ленинград, не зная, что Таня их не получает.
Письмо №13. Лида — Тане. Верейск, 10 августа 1961 года.
«Таня, ты не приехала. Я ждала тебя на вокзале до полуночи. Поезд пришёл, но ты не вышла. Я подошла к проводнице, она сказала, что в твоём вагоне была пустая полка. Ты не села. Что случилось? Ты заболела? Передумала? Напиши мне, пожалуйста. Я очень волнуюсь.
Серёжа ждал тебя с гармошкой. Он выглядел расстроенным. Он спросил: «Таня не приедет?» Я сказала: «Приедет, она просто задержалась». Но я не знаю, правда ли это.
Таня, скажи мне, что с тобой. Я не могу спать. Мне страшно.
Твоя Лида».
Письмо №14. Лида — Тане. Верейск, 20 августа 1961 года.
«Таня, прошло две недели. Ты не отвечаешь. Я написала в Ленинград, на твой адрес в общежитии. Мне пришло письмо от коменданта: «Татьяна Морозова выехала из общежития 5 августа и больше не появлялась. Мы не знаем, где она».
Где ты? Ты уехала к Виктору? Ты уехала в другой город? Ты просто уехала от нас? Скажи мне, пожалуйста. Я схожу с ума.
Серёжа молчит. Он смотрит на меня и молчит. Я спрашиваю его: «Ты знаешь, где Таня?» Он пожимает плечами. Я чувствую, что вы оба что-то скрываете. Я чувствую себя преданной.
Но я всё равно жду тебя. Жду, что ты появишься и всё объяснишь. Я не злюсь. Я просто хочу знать, где моя подруга.
Твоя Лида».
Письмо №15. Лида — Тане. Верейск, 12 сентября 1961 года.
«Таня, я выхожу замуж. За Серёжу. Свадьба в воскресенье. Ты не приехала. Я очень хотела, чтобы ты была моей свидетельницей. Но тебя нет. Я поставила свечку за тебя в церкви. Мне сказали, что, когда ставишь свечку за пропавшего человека, он возвращается. Я верю. Ты вернёшься. Когда-нибудь.
Я люблю тебя. И, знаешь, я думаю, что ты любила Серёжу. Я права? Ты любила его прошлым летом, но сказала, что нет, чтобы дать мне шанс. Ты всегда была лучше меня. Ты всегда жертвовала собой. А я принимала эти жертвы. Теперь я понимаю, почему ты не приехала. Ты не могла видеть наше счастье, потому что сама была несчастна. Прости меня, если я обидела тебя когда-то.
Я хочу, чтобы ты знала: если ты вернёшься, я откажусь от Серёжи. Я отдам его тебе. Потому что ты моя сестра. Потому что без тебя мне пусто.
Твоя Лида».
Письмо №16. Лида — Тане. Верейск, 5 января 1962 года.
«Таня, с Новым годом. Загадала желание: чтобы ты нашлась. Мы с Серёжей уже полгода женаты. Я жду ребёнка. Наверное, это мальчик. Я хочу назвать его Таней. Если родится девочка — назову Таней. Чтобы твоё имя жило, даже если тебя нет рядом.
Я перестала писать тебе письма. Потому что ты не отвечаешь. Потому что я устала ждать. Но сегодня я нашла в ящике письмо от тебя. То, которое ты отправила перед отъездом, 6 августа. Почтальон принёс его только сейчас — почта потеряла его на три месяца. Я только что прочитала его.
Ты пишешь, что не приедешь. Что ты уезжаешь к тёте в Саратов. Что ты решила, что не хочешь быть третьей лишней. Что ты любила Серёжу, но не хочешь разрушать наше счастье. Ты пишешь: «Лида, живи с ним. Будь счастлива. И не ищи меня. Я сама найду тебя, когда буду готова»
Таня, зачем ты уехала? Почему ты написала это письмо, если всё равно оставила его в ящике №47? Ты хотела, чтобы я прочитала его? Или ты передумала?
Я не знаю, что мне делать. Я злюсь на тебя. Но я люблю тебя. Я не знаю, как мне быть.
Если ты это читаешь — знай: я простила тебя. Всё простила. Только вернись.
Навсегда твоя Лида».
Записка Игоря (заключение)
«Я дочитал эти письма и почувствовал пустоту внутри. Две подруги, которые могли быть сёстрами, разошлись навсегда из-за любви, из-за гордости, из-за невысказанных слов. Таня уехала в Саратов, вышла там замуж, родила двоих детей и умерла в 1995 году от рака. Лида прожила с Серёжей 50 лет, вырастила того самого сына, которого назвала Таней (назвала сына Таней? Странно, но так и было — у неё родился сын, и она дала ему женское имя, потому что это была её тайная клятва). Сын вырос, стал врачом, переехал в Москву. А письма всё лежали в ящике №47 — и те, что Лида писала Тане, и то одно, которое Таня написала перед отъездом, но так и не отправила.
Я нашёл сына Лиды. Он был уже в возрасте, его звали... Таня? Нет, он в итоге сменил имя на официальное, Александр, но в семье его всегда звали Таней. Он был поражён, когда я принёс ему письма. Он сказал: «Мама всегда говорила, что у неё была подруга Таня, но они поссорились. И она никогда не рассказывала подробностей. Теперь я знаю. Спасибо»
Я отдал ему все письма. Он сказал, что поедет в Саратов, найдёт могилу Тани и положит письма на неё. Чтобы они, наконец, встретились — хотя бы на бумаге.
Ящик №47 снова дал мне понять: иногда слова, не сказанные вовремя, становятся тенью на всю жизнь. Но даже тень можно вернуть, если сказать их вслух. Сейчас. Пока не поздно».
