Произведение «На щучьем приводе» автора Аноним

Знаете, наблюдая за мужчинами нашей средней полосы я пришла к выводу: в каждом из них, даже если он носит очки и работает системным администратором, дремлет суровый викинг. Дремлет крепко, пока не увидит воду, камыш и незамужнюю девушку на горизонте. Тут викинга прорывает, и начинается такое, что ни в одной саге не опишешь.
Июль. Жара стояла такая, что плавились даже мысли. Я сидела на мостках в своей любимой соломенной шляпе, лениво перелистывала какие-то нудные конспекты и дышала зноем. На противоположном берегу пруда, дислоцировались двое. Дачники. Городские романтики. На них были камуфляжные костюмы такого фасона, будто они собрались брать штурмом Измаил, а не ловить несчастную плотву. В руках у них были дорогущие удилища, а рядом ведро элитной прикормки. Наши местные караси — существа простые, консервативные, воспитанные на червях и черном хлебе. От этой кулинарной революции они, по-моему, сразу забились под коряги и объявили голодовку.
Но один из этой парочки, кучерявый Андрей, сразу запеленговал меня на мостках. И чувствовалось, что у него в голове включился извечный мужской тумблер: «Смотри, девушка, как я покоряю стихию». Он начал демонстративно расправлять плечи, усердно втягивать живот (так, что у него, кажется, лицо побледнело от нехватки кислорода) и играть бицепсами при каждом забросе. Я уткнулась в писанину конспектов, но едва сдерживала смех. Это был чистый театр одного актера для единственного зрителя.
Полчаса это двое сидели с суровыми лицами. И вдруг у Андрюхи клюнуло. Поплавок резко ушел под воду, кучерявый подпрыгнул, издал гортанный крик первобытного охотника и ка-а-ак дернет спиннинг назад! Струна звенящая, дуга удилища… Но вместо трофея крючок намертво вонзился в прибрежное затопленное бревно. И всё. Полный конфуз на глазах у прекрасной дачницы, то есть меня. Сюжет требовал подвига. Андрей обернулся в мою сторону и так небрежно, с хрипотцой, бросил на весь пруд:
— Пустяки! Сейчас я спасу эту снасть!
И легким, почти балетным движением скинул камуфляж. В этот момент я чуть конспект в воду не выронила. На Андрюхе были потрясающие, семейные трусы с черепами. Вы представляете себе этот сюрреализм? Суровое лицо сурового мужчины, камуфляжная кепка и парадные труселя в черепах. И вот этот «человек-амфибия», гордо выпятив грудь, отважно шагает в мутную воду, победоносно оглядываясь на меня.
Но у речной фауны на героя были совершенно иные планы. Подводное бревно оказалось не просто корягой. Там сидела огромная, матерая и очень злая местная щука. Почувствовав укол крючка, эта пресноводная акула дала газу и рванула на глубину, в самый центр пруда. Леска натянулась как гитарная струна на бардовском фестивале. Андрюха оказался ровно на её пути, и — вы не поверите! — леска на полной скорости зацепила прочную резинку тех самых суперских трусов.
Щука пошла на взлет. И кучерявый, вместо того чтобы выпустить удочку, со скоростью курьерского поезда полетел вслед за рыбой. Спиной вперед! Задом наперед! На полной реактивной тяге щучьего привода! Со стороны это выглядело гениально: речной монстр поймал дачника на живца и бодро буксирует его в свои подводные чертоги. Друг Александр на берегу уже просто валялся в траве в истерике, а я зажала рот руками, чтобы не оглушить поселок своим визгом. Андрей честно пытался грести руками назад, изображая моторную лодку, но наступил под водой на скользкое бревно и с емким славянским возгласом, который не переведет ни один иностранный филолог, ушел на дно, подняв тучу брызг.
Когда этот ихтиандр вынырнул, на его голове красовалась изящная шевелюра из зеленой тины. Он был так похож на грустного водяного, которого выселили из болота за неуплату коммуналки, что я хохотала на весь пруд.
Кое-как герой дополз до берега, растеряв по дороге весь свой пафос. Рыбы они, конечно, не поймали — думаю, караси от такого шоу до сих пор икают от смеха.
Зато к вечеру этот «победитель чудовищ» уже сидел у меня на веранде, закутанный в моё пушистое полотенце в жёлтые тюльпаны. Его камуфляж все еще сушился, а сам герой пил вторую чашку чая с малиной и с абсолютно честными глазами вдохновенно врал мне про двухметрового сома-людоеда, которого он лично душил под водой в рукопашном бою.
— Ты понимаешь, Леночка, — горячился он, размахивая чайной ложкой. — Там глубина три метра, видимости ноль, и тут на меня идет эта пасть! Пришлось брать его на измор.
Я понимающе кивала и подливала ему чай. Наш человек! Даже в полотенце с желтыми тюльпанами и с тиной за ухом он — несокрушимый защитник и гроза пресноводных глубин. По-моему, ради такого зрелища и такой эпической сказки стоило провести весь день на пруду. Карасей-то можно и в магазине купить, а вот шоу «Андрюха на щучьем приводе» — это эксклюзив, который останется в памяти навсегда.