Верная жена

Он открыл глаза, сладко потянулся и тяжело вздохнул:
«Всё хорошее рано или поздно кончается. Завтра жена из Сочи возвращается, послезавтра на работу. Один отгул про запас всё же останется. Это хорошо!»
Раздалось шлёпанье босых ног, появилась женщина лет двадцати пяти с растрёпанными волосами и в чём мать родила.
- Феликс, есть нечего и кофе кончился, - раздался её недовольный голос.
- Света, домой тебе валить надо, - хозяин квартиры свесил ноги на пол. – Завтра жена возвращается.
- Уже? – она покрутила головой, ища то ли часы, то ли календарь.
- Уже, уже! Неделю с тобой кувыркаемся. Порядок в квартире навести надо, и отдохнуть немного. Всё, Света, собирайся!
Женщина надула губы и стала собирать свою разбросанную по квартире одежду. Одевшись, направилась к двери, остановилась. Феликс подошёл, поцеловал в губы:
- Позвоню, - и легонько подтолкнул.
- Я, кажется, у тебя колечко оставила. Оно хоть и не золотое…
- Найду, - и подтолкнул сильнее.

Оставшись один, Феликс зашёл на кухню.
«Боже мой! Шестнадцать бутылок. Катя моя в обморок упала бы, увидев это. Ух, ты! Бутылка водки почти целая и мартини немного осталось».
Мартини он допил прямо из горла́, а водку положил в холодильник и стал складывать пустые бутылки в пакеты. И как был в шлёпанцах и трусах направился на мусорку. Жара-то под тридцать, даже утром.
- О, с эти пакетами дверь из подъезда не откроешь!
Едва отложил их в сторонку, дверь сама открылась.
- Феликс, а я к тебе! – воскликнул вошедший, размахивая бутылкой. – Коньячок армянский подогнали. Пошли, раздавим!
«Мусор, уборка квартиры, встреча жены», - мелькнуло в голове, всего на мгновение. – Пошли, Трофим! Не выпить с другом бутылку армянского коньяка – это грех великий. Тем более, мы с тобой месяц не виделись.

- Что у тебя за бардак? – спросил друг, проходя в комнату.
- Катя, моя дорогая, в Сочи. Дочь замужем, сын – в армии. Имеет же право отец семейства раз в жизни оторваться по полной.
- Ты? Раз в жизни? – Трофим загоготал, затем мизинцем поднял с пола женские плавочки. - А это что?
- Я здесь целую неделю…, с такой девочкой! - воскликнул хозяин, бросая столь интимную деталь женского туалета в мусорное ведро. – Пошли на кухню! Что у нас там в холодильнике? О, конфеты шоколадные! Как раз под коньячок!
- За что пьём? – спросил гость, разливая коньяк в чайные чашки.
- За жену мою верную!
- Хороший тост, - похвалил Трофим, выпив содержимое. – Сомневаюсь, однако, насчёт верности баб, отдыхающих на море.
- Да кто на мою очкастую зануду внимания обратит?
- Фигурка-то у неё, о-го-го! А в сорок с небольшим женщина в самом соку.
- Брось ты смеяться! Катька и измена – понятия несовместимые. Наливай!
- Слушай, у тебя пожрать, кроме конфет, что-нибудь есть? – поморщился друг после второй.
- Колбаса, чесночная, - достал из холодильника палку колбасы. – Светка, запретила есть. Говорит, чесноком воняет.
- Давай! – Трофим тут же стал резать прямо на столе. – Так значит, ту, с которой ты кувыркался, пока жены не было, Светой зовут?
- Не только Света.
- Так у тебя ещё были?
- Была одна. Лариса. Такие пышные формы. Пару раз с ней… Затем уж Свету нашёл. Вот это баба!
- Ну и бабник ты, Феликс! У тебя же любовница была?
- Вика? Я ей в первый день после отъезда жены позвонил. Телефон недоступен. На следующий день – тоже самое. Думаю, чёрт с тобой! Других найду. И нашёл этих. Наливай!
- Что наливать-то? Кончился коньяк.
- У меня водочка есть.
Через полчаса кончилась и водка.
- Пошли, провожу тебя, - предложил хозяин загадочным голосом.
- О-го-го! Феликс, ты куда-то намылился?
- Пока ты «в одно место ходил». Лариска позвонила. Помнит и ждёт.
- Эта та? - Трофим изобразил самку гориллы, поддерживающую груди.
- Она.

Феликс открыл глаза и… вылетел из кровати:
«Катька же приезжает, - глянул на часы, - через два часа. Куда трусы-то делись?»
- Дорогой, кофе в кровать, - показалась пышная фигура. – Ты уже раздетый?
- Ещё не одетый. Где мои трусы? - схватил с разноса чашечку с кофе и залпом выпил содержимое. – Давай покороче! Мне через два часа жену встречать на вокзале.
- Я их постирала. Они у тебя грязные были…
- Потом заберу, - быстро надел джинсы, рубашку. – Всё! До встречи!

Он летел с лестницы и решал, что успеет сделать. А успевал только добраться до своего гаража, завести машину и мчатся, мчаться…

Примчался. За пять минут до прибытия поезда. Успел цветы купить и жвачки.
Далее всё, как полагается. Объятия, поцелуи.

Минут через двадцать они уже входили в подъезд.
- Кто это столько бутылок набросал? – спросила Катерина, увидев два разорванных пакета с бутылками и, воняющими на весь подъезд, остатками закуски.
- Праздник, наверно… у кого-то…, - промычал муж и потащил жену к дверям квартиры.
- Наконец я дома! – хозяйка радостно улыбнулась, но улыбка тут же сошла с уст. – А что за бардак на кухне.
- Трофим приходил, - почти торжественно произнёс муж. – Мы с ним сто лет не виделись.
- Вы же с ним месяц назад до чёртиков нажрались, - Катя улыбнулась. – Наташка его рассказывала, что он этих чёртиков по всему дому гонял.
- Всё, Катенька, сейчас уберу.
- Убирай, - миролюбиво согласилась супруга.
Не успел Феликс заняться уборкой, как из спальни раздался возглас:
- Почему постель не убрана?
- Катя, понимаешь, только хотел убрать, а тут Трофим…, - стал оправдываться, забежавший муж.
- А это, что за пятна? – она показывала на множество засохших на простыне…
Надо быть полнейшей дурой, чтобы не догадаться об их происхождении. Голова Феликса заработала со скоростью компьютера, просчитывая все варианты ответа, и остановилась на самом простом:
- Катенька, неужели ты не понимаешь? Три недели без женской ласки…
- Так ты онанист? – и громко засмеялась.
- Ну не идти же мне налево! – гениальный ответ.
- Ладно, прощаю! Сейчас схожу в туалет, помоюсь. Ты пока все на кухне убери.
- Слушаю и повинуюсь, - бросился убирать остатки пиршество. – «Ну, Катька, просто золото!»
Собрал все бутылки. Супруга зашла в туалет. И… тут Феликс вспомнил, что лежит в мусорном ведре. Бросился туда, не выпуская из рук пустые бутылки, и лег на мусорное ведро, как на амбразуру дота, закрыв своей грудью.
- Феликс, что с тобой? – улыбнулась сидящая на унитазе жена.
- Бутылки в мусорку хотел положить, - вдавливая бутылкой вглубь ведра чужие женские плавочки. – Поскользнулся. Пойду, мусор выброшу.
Выхватив пакет из ведра, вместе с бутылками выбежал из квартиры. По дороге собрал свои пакеты из подъезда. Всё! Улики уничтожены!

- Катя, ты где? – он прошел в спальню
- Сейчас грязное бельё в машинку заброшу и пойду мыться.
Она сбросила с кровати одеяло и сняла простынь. А под кроватью, прямо у ног супруги женские прокладки, и тоже чужие. Много прокладок.
«Ох, и дура Светка!»
И тут из простыни на пол со звоном упало колечко. Катя положила грязное бельё на кровать и…
Времени на раздумье не оставалось. Феликс толкнул жену на кровать, поцеловал, схватил руками за грудь.
- Я так соскучился, Катенька! – а ведь совсем не хотелось.
- Подожди, хоть помоюсь! – супруга рассмеявшись, оттолкнула его и вырвалась.
- Немедленно мыться!
Буквально затолкал жену в ванную, а простыни в стиральную машинку.
Затем бегом нашел кольцо, собрал прокладки, затолкал в новый мусорный мешок. Подумав, взял деньги и вышел из квартиры. Уничтожив очередную порцию улик, направился в магазин, купил кофе, пирожное, шоколадных конфет.

Увидев накрытый стол, жена улыбнулась и прошла в спальню. Через десять минут вернулась такая свежая, соблазнительная.
- Кофе хочется, - села за стол и отхлебнула горячий напиток. – Какой ты у меня молодец!
И тут Феликсу пришла в голову интересная мысль:
«Когда супруги не видят друг друга три недели, по идее, должны броситься друг на друга. Это же природой заложено. У меня желания нет – это понятно. Но почему у моей жёнушки нет никакого желания заняться любовью? Нет, это я себя оправдываю».
- Феля, как там красиво. Такой пляж! Море! Я фотки привезла. Целый альбом. Сейчас кофе допьём и пойдём, посмотрим.

- Да! Красиво на море! – придав своему голосу восторг, произносил муж, рассеянно разглядывая фотографии.
- А эта вся наша группа, - Катя открыла последнюю страничку.
«О-па-на! – чуть не вырвалось из уст Феликса.
На фотографии стояла и его любовница Вика. Любовниками они были уже больше года. Появилась возможность узнать интимные подробности о её похождениях «на стороне».
- Со мной были отдыхающие и из нашего города, - продолжала объяснять жена. – Вот эта семейная пара, вот эта девушка, этот мужчина, женщина вот эта.
- Катя, вот говорят, что на юге все изменяют?
- Конечно, изменяют, - слишком безбоязненно произнесла жена. – Вот эта из Москвы приехала. Ой, что она вытворяла! Однажды её с двумя застали. И что ты думаешь? Улыбнулась довольно и стала не торопясь одеваться.
- С москвичками всё ясно. А наши?
- Вот наша девчонка. Двадцать недавно исполнилось. А любовник каждый день новый.
- Она молодая, гормоны играют. А вот эта? – и он ткнул на фотографию своей любовницы.
Жены фыркнула, закрывая рот. Дальше пошли описания её похождений:
- Она за весь сезон ни разу ни плавочки, ни лифчик не одела. По вечерам даже к морю голая ходила. Люби, кто хочешь! Ни одного мужика не пропустила…
Закончив с Викой, супруга стала описывать любовные похождения очередной подруги по отдыху.
- Катя, а как ты себя вела? – задал муж интересующий его вопрос.
- Феля, ну кто на меня очкастую зануду внимания обратит?
- Фигурка-то у тебя классная!
- Я тебя люблю, мой родной!
У него появилась мысль, что супруга уходит от ответа, но додумать она не дала. Очень уж «соскучилась» по мужу.

Прошла неделя. Жизнь вошла в обычную колею. А это значит, когда-никогда Феликс должен был вспомнить о своих любовницах. Вспомнил о Вике и набрал её номер.
- Феликс, - раздался её томный голос. – Ты почему так долго не звонил?
- Виктория, ты обнаглела! – произнёс нарочито холодно. – На целый месяц куда-то исчезла. И вдруг такая предъява.
- Милый, я на море ездила.
- Могла бы и предупредить.
- Феликс, ну не обижайся! Так получилось. Приезжай, я всё объясню.
- Через полчаса приеду. Не знаю, что с тобой сделаю!

Через полчаса был уже в кровати любовницы. Когда они слезли с этой самой кровати и выпили кофе, Вика открыла альбом, так похожий на альбом жены. Да и фотографии мало чем отличались. Феликс что-то спрашивал, чем-то восторгался, а сам ждал последнюю страничку. Так хотелось развеять сомнения, червем шевелящиеся в груди. И вот, наконец, групповое фото.
- Это наша группа в полном составе, - с оттенком ностальгии произнесла любовница.
- Вика, вот говорят, что на юге все изменяют? – он пошёл по тому же сценарию.
- Конечно, изменяют, - тут же согласилась подруга. – Вот эта из Москвы приехала…
Дальше подробности её похождений. Похоже, москвичка была самым популярным человеком, по крайней мере, среди мужчин.
- Ну, с москвичками всё ясно, - зачем отступать от сценария.
- Эх! – Усмехнулась Вика. – Вот эта из какой-то глухомани приехала. И каждый день то с инструктором, то с массажистом…
Далее последовали подробные разъяснения с интимными подробностями. Выслушав их, любовник ткнул в изображение другой женщины.
- Эта…
Опять подробности. Мужчина не слушал, пытался унять волнение. Когда рассказчица на секунду умолкла, ткнул в свою жену и с замиранием сердца