оправдались.
– Слышу тебя, что у вас? Эвакуационные модули с «Коалиции» уже сели рядом со мной. С тобой жаждет поговорить одна особа, все частоты забивает, требует тебя и всё тут! Не знаю, что у неё за дело к тебе, но поговори с ней или я за себя не отвечаю! – и Николай переключил меня на другую волну.
– Алекс? Ты меня слышишь? Я проанализировала данные косморазведчиков и те, что получила с наших зондов. В них есть определённая последовательность, – голос Милы на секунду осёкся, словно она боялась того, что хотела сказать, но потом, не скрывая волнения, продолжила: – Это покажется удивительным, но эта последовательность свойственна поведению частей единого организма, которым, как бы странно не прозвучали бы мои слова, является вся биосфера планеты! Это похоже на проявление неизвестного разума. Все данные говорят, что сама XL17е, возможно, и есть это разумное существо. За всю историю освоения космоса такого ещё ни разу не было! Как у вас дела?! Алекс, я должна сказать то, что не успела перед вашей высадкой!
– Ещё успеешь, Мила, всё будет хорошо. Мы уже вышли на разведчиков. Скоро выведем их на поверхность и будем у вас, не волнуйся, – я попытался успокоить её, хотя у самого мысли путались всё сильнее и сильнее.
К чему, к чему, а к этому я не был готов. Меня волновало то, что мы вступили во взаимодействие с неизвестным разумом. И этот контакт оказался необычен. Приняв образ Этты Варшавской, он мог запросто убить нас, но почему-то этого не сделал, хотя перед этим уничтожил разведчиков в квадрате М11 и тут, на базе.
Поневоле я стал одним из свидетелей эпохального события для человечества – полноценного контакта с иным разумом, первого за историю полётов в космос! Но, сейчас, в первую очередь, нужно вывести Сергея и оставшихся в живых людей к эвакуационным модулям с «Коалиции». И это было важнее, чем свершившееся. Переключив частоту, я снова связался с Николаем:
– У нас был контакт первого уровня. Не знаю, как это объяснить, но мы с Сергеем столкнулись с активным проявлением и действием иного разума. Мы локализовали косморазведчиков, нужна срочная медицинская помощь. Сергей тяжело ранен. Идём к главному входу, пошли медиков. Выведу Сергея, потом займёмся остальными.
– Встретим вас у головных ворот. Ты же понимаешь, что такое контакт первого уровня, если это и в самом деле был он. Ждём вас.
Я, всё ещё находясь под впечатлением от встречи с Эттой, на какое-то мгновение забыл о раненом Сергее. Он стоял, прислонившись спиной к стене, и тяжело дышал. Я тронул его за руку.
– Со мною всё нормально, только сломанные рёбра дышать не дают. Обезболивающее больше не ставь – сердце может не выдержать. Похоже, сегодня я тебе не помощник. Не верь тому, что видишь, и запаху её духов тоже не верь, – произнёс он, облокотившись на моё плечо.
Я тихонько повёл Сергея в сторону выхода.
– Ответь на один вопрос, зачем ты стрелял? – спросил я, подумав о том, что всё-таки какая замечательная вещь «экзот».
Если бы не он, то нёс бы я сейчас на своем плече мёртвого, а не тихо ругающегося Сергея.
– Это была не она, это была иллюзия, – пояснил он, стиснув зубы от боли.
– Эта иллюзия, как ты говоришь, могла убить нас, но не убила. Не важно, кто или что это было, но я верю тому, что мы с тобой только что видели. Знаю, что могу попасть под трибунал, но она обещала сохранить жизнь нашим людям. Такой результат лучше, чем его не было бы вообще. Мы с тобой когда-то были спасателями, остаёмся ими и сейчас. Держись, вот уже и выход, – и мы, наконец-то, вышли к головным воротам центрального входа на базу.
* «экзот» – костюм-экзоскелет, предназначенный для работы в экстремальных условиях, увеличивающий силу мышц в несколько раз и защищающий тело гибкой, но прочной бронёй.
