провела в различных больницах, в результате могла самостоятельно сидеть и передвигаться в инвалидной коляске. Ещё два долгих томительных года, благодаря спортивной закалке и выдержке, ушли на то, чтобы окончить школу и сделать первые попытки встать на костыли. В семнадцать лет тело её обрело необходимую для возраста женственность и сидя за столом она ничем не отличалась от своих сверстниц. Но ограниченные возможности стали сказываться на характере. Мир, замкнутый в четырёх стенах, постоянное одиночество, всё это заставляло Наташу осознавать собственную ущербность. Видеть в людских глазах жалость к себе становилось невыносимо. Круг друзей сузился, подруги по спорту разъехались, а других у неё не было. Оставался лишь маленький садик за домом, да полка перечитанных книг. Внутренние силы, на которых она ещё держалась, неудержимо таяли. Человеческое бессилие перед судьбой овладело душой, и слёзы стали частыми гостями её голубых глаз.
Михаил служит в армии далеко за полярным кругом, ему остаётся несколько месяцев до конца срока службы. Между ним и Наташей идёт активная переписка.
«Здравствуй, Миша!
Извини, что задержалась с ответом. Я сейчас в городской больнице на реабилитации, второй раз после твоего ухода в армию, и спешу тебя порадовать: сегодня пыталась ходить без посторонней помощи. Врачи советовали повременить, назначили специальный курс гимнастики. Но я-то знаю, что смогу, вот и сделала первые шаги. Доктор рассердился, но всё же похвалил меня и сознался, что не ожидал таких результатов.
А ещё тебе хочу сказать, что я сильно скучаю по тебе, и очень, очень, очень сильно люблю тебя и с нетерпением ЖДУ нашей встречи.
Спасибо тебе за то, что ты у меня есть!
Твоя Наташа
P. S. Прости, что письмо получилось коротким и сумбурным, но я переполнена эмоциями и не могу не поделиться с тобой радостью. Завтра сяду писать другое и, как ты просил, не упущу ни минутки из своей жизни».[/justify]
