Во тьме приснился край далекий,
А в том краю степной ковыль,
Под треск невидимой сороки,
Заказом, бравую кадриль,
С ветрами в диком хороводе,
Исполнил под кабаний визг...
Из бурдюка налив кумыс,
Ведь кровь давно уже не бродит,
Старик дряхлющий глаз не сводит,
С калмычки юной. В этом смысл,
Он видит жизни уходящей.
И дела нет до табунов,
И до спины в ночи ломящей,
И до изодранных штанов.
Она ж раскосых очей долу
Потупив, сумрачно молчит.
И в сердце незавидной долей,
Как рассказал один пиит,
Судьба чабанки верещит.
Сейчас отец ее прискачет,
Оговоренный им калым
Получит. И она заплачет –
Любовь рассеется как дым.
Девица юношу любила,
Что приезжал не раз в аил.
В его глазах заря светилась,
И руки были полны сил…
Приоткрывая войлок юрты,
Девица милая украдкой,
Глядела, как бараньи гурты,
Не затмевали мыслей сладких.
Но в них джигит, о сердца стук,
Натягивал свой гибкий лук.
Стрела взлетев, вонзилась в сердце,
С тех пор открылись жизни дверцы... |
Хотя, похоже, в старика. Видимо это известный народу эпос? Но я с ним, к сожалению, не знаком.
Понравилось описание быта и обычаев, самого конфликта. Штрихами и в тоже время очень ярко.