Предисловие:
Автор убедительно просит читателя не считать, что эти стихотворения разжигают национальную рознь.
Это вообще не стихи, а автор формально, по закону о возвращении, сам есть еврей. Не отрекается, но русский еврей с фамилией, что на -ов.
ЗАВИСТЬ И МЕСТЬ
Опять бардак и чехарда
На новых башнях Вавилона.
Отряду Авраама дан закон:
Не выносить любовь из дома.
Но вор найдётся как всегда.
Что проку в эгоизме и в пустых делах,
Когда курс мира, каравана
Зависит от пророка и его кармана?
Дробит и распыляет светотени
Заморский свет на дальних маяках.
В угоду сферам высшей пробы
Вакцины, генофонды, как обычно, плаха.
Истреблены в семье неверные уроды,
Но плоти бытие - провал без дозы праха
И вечной оппозиции какого-то аллаха.
Опять, ещё, на новый ептильон, на царство света
Благославляет всех своих гематрия.
Мудрец даёт цивилизациям своё лекарство.
Мудрец указывает направления рассвета.
Отряд его непобедимая семья.
Конечно, босс не только вор в законе,
Коль скоро строит, кормит города.
Война культур творцам иным руда.
Как бедному хасиду жить и танцевать
Без праздной зависти его антисемита?
МУЖИКАМ
Для вечности сто лет пустяк.
У мужика в сибири есть супруга.
Для удовольствия еще два друга.
Что атом, то ништяк.
На пятом этаже большая антресоля.
Пылятся "крокодил" и "огонек".
В углу с картошками кулек.
Весь мир как воля.
Китайская мобила гимн играет,
И надо отвечать кому-то как дела.
На дух святой опять хула,
Когда в борще сметаны не хватает.
Шампанское в ведре остудишь, но тайком.
Знакомому жиду за океан пошлешь приветы.
Сисястый ангел пылесосит кабинеты.
Летают в космосе советские ракеты.
Ведь были времена,была надежда.
Транзистор пел про счастье бригантины.
Студент в деревне рисовал картины.
Доклад читал ученый, но невежда.
Оратор речи дар имеет золотой.
И было одержание в народе.
Все гласно рассуждали о свободе.
Потом проект изобрели другой.
Монах из города подался в лесники.
А лес тот, вовсе не растет в сибири.
Стреляешь метко, брат, по куклам в тире,
Надежда бродит в чистом поле, мужики. |
