Опять так холодно внутри стеклянной сферы.
Густою сетью паутин связались нервы.
Жгутами стянуты виски остатком ночи
И вены тонкие руки не кровоточат.
Души увяли лепестки и нежный запах
А вместо этого плевки, кошачья пакость.
Глаза уходят из ресниц, слезой по капле.
И сердце делят на куски паучьи лапы.
Срезает лезвием мясник под корень ноги
На месте топчутся они, здесь нет дороги.
Вонзили в спину мне враги пятьсот кинжалов
Из-за ключиц ползёт одна родная жалость. |
Будет кому душе поплакаться, унять боль...