Я к вам пишу, нескладно, право,
Не так, как вы писать могли,
Я не соперница - в неравном,
Вам двести лет, как родились.
Когда бы пожили подольше,
И был дописан ваш портрет,
Тома творений стали толще,
Когда бы дрогнул пистолет.
Другая жизнь, другие числа,
Но я хочу вам рассказать.
Собрав обрывочные мысли,
Как будто двести лет назад,
Мы, примеряясь к каждой фразе,
Как вы, душой не покривив,
О войнах пишем, о Кавказе,
Но в общем, больше о любви.
Хочу сказать, что ваши строки
С народным образом слились,
Как тучки, парус одинокий,
Бородино, и всё про жизнь.
И про печаль, и про разлуку,
И про господ, и про рабов,
Про камень, что положен в руку
В ответ на верную любовь.
***
Катился диск луны по рёбрам гор,
Пока рассвет за скалами томился,
Вы вслушивались в горский разговор,
И вглядывались в желтизну на лицах.
Вы чувствовали вольный дух племён,
Что их свобода всех сокровищ выше
Как будто на Кавказе был рождён,
Кто «Валерик» впоследствии напишет.
Тот камень до сих пор лежит в горах,
И демон, пролетавший над Дарьялом,
По-прежнему в ущелье сеет страх.
И Терек ищет путь в прибрежных скалах.
***
В Тарханах ветер трубами гудит.
Убит поэт, Машук тому свидетель.
Мишель убит, Мишель убит… |
