Один поэт седлать Пегаса взялся,
Он на Парнас хотел скакать на нём.
но перед тем настолько нализался,
что на колени пал он пред конём.
Потом привстал и взял седло на руку,
забыв вальтрап и потник положить,
забыв про стремена и про подпругу,
но не забыв коня "стихами" крыть...
Пегас не виноват, что взгромоздился
на круп его взбесившийся поэт,
который, ко всему, как свин, напился –
и на него теперь управы нет.
- Пошёл скорей! – кричит поэт ретивый
и шпоры в бок вонзает, не щадя,
и хлещет бедного коня крапивой
он, с гонором стихи свои твердя…
Коня терпенье долгим быть не может,
его бока терпеть не могут боль.
Эх, был бы конь Пегас чуть помоложе,
то потерял бы он давно контроль
и сбросил седока, и дал копытом,
и долго б над поэтишкою ржал,
над жалким неудачливым пиитом,
и на Парнас один бы ускакал… |
Привет, как дела, Юрчик?