У зимы в груди ветер выл
Все ее жалели, да никто не любил Все ее боялись, и никто не желал Только стылый ветер в сердце целовал Только вьюга волосы ей плела, Льдистым холодом околдовывала. Околдовывала, завораживала, Словно горе к тоске прилаживала… Горе с тоскою согнулись в дугу Синими цветами на белом снегу.
*** И зима вздохнула и спросила вдруг: Чем тебе не угодила, мой Господь, мой друг? Может тем, что душа моя, словно снег чиста? Может тем, что правдивы мои уста? Усмехнулся Господь: «Что с того, что чиста? А кого согрела твоя чистота? Где кристальный свет – там и жизни нет. Что застыла? Прими! Это мой ответ!» | 
В холоде померзнут, и бегут в уют.
Радостно смеются, лежа на печи,
Бабушка ухватом достанет калачи.
Все на лавку сяду, у стола рядком
И калач горячий остудят молоком.
Ветер за окошком, воет и стучит,
И в сугробе спрятавшись скоро замолчит.