Жизнь как виденье мелькнула: была и – нет.
Помню: казалась в юности бесконечной,
А, обернувшись назад на исходе лет,
Вижу, что всё уместится в торбе заплечной.
Память капризно тасует набор картин,
Тусклых и ярких, к которым я был причастен.
Шаг за порог неизбежен и необратим,
В торбу сложу только то, что зовётся счастьем:
Небо, ладошка внучонка в моей руке,
Рыжик, махнувший с опушки морковной шляпкой,
Дрожь поплавка в тихой заводи на реке,
Вера в надёжность друга без всякой клятвы. |
