Месяц нисан, прокуратор, все так же страшен.
Тьма наползает с моря угрюмым зверем,
Брюхом цепляясь за острые копья башен,
Тихо сочится сквозь занавеси и двери.
Ты, прокуратор, болен и безутешен.
Мир в одночасье треснул, качнулся, рухнул.
Тьма накрывает город осточертевший.
Сад пахнет дымом и розовым жирным духом.
Выйди к толпе и с сердца сотри осадок.
Выдай толпе того, кто и так унижен.
Те, что вчера кричали ему «Осанна!» —
Будут тебе сегодня кричать «Распни же!».
После — молчи: слова ничего не скажут
И ничего не исправят ни до, ни после.
Чуешь? От тьмы над городом тянет сажей.
Слышишь? Там, на горе, забивают гвозди.
Каждый удар отдается в виске набатом.
Каждый удар отдается небесным громом.
Жди же грозы, ослепительный прокуратор,
Выйди же в сад и подставь же дождю ладони.
Выйди же в дождь и побудь же хоть миг собою.
И не смотри, как между травинок хрупких
Тянется алый след твоего подбоя.
... Что, прокуратор, опять умываешь руки?..
|
