В тяжелом ритме – сердце суетливо бьётся,
Надрывно резко, чуть с натугою, внапряг.
Свободен тот, кто глядЯ в этот мир смеётся,
Отбросив Разум и воздев безумья – стяг.
Так трудно видеть, как века уходят в Лету,
Уходят ценности, что были выше всех.
Уходят песни, что теплом сердец – согреты,
Вдали исчезнув, как чудесный дикий стерх.
И тянет что-то, где-то там в груди, безмерно,
Как натянувшийся, струною, хрупкий нерв.
Как заплутать смогли? Ведь шли дорогой верной,
Пусть и питалися похлёбкой из консерв.
Глаз воспалённый смотрит в мир на злые будни,
Закрыта даль туманом серым. Что нас ждёт?
Там путь в нирвану или станет всё паскудней?
Какие формы мир наш дальше – обретёт?
Вновь по ушам тревожно шорох трётся – утро,
К нам новый день пришёл. Скажу ему – привет.
Ждать от него Добра – не очень как-то мудрО,
Добро само приходит редко. Вот ответ.
И благодать нисходит к нам всё реже, реже,
Как будто где-то, исчерпали весь лимит.
Весь день в забегах, словно звери на манеже,
Не всё успел еще – уж глянь – закат горит.
Нелепой белкой в колесе – скачу сквозь время,
У белки шубка есть хотя бы – ей свезло.
На шею давит груз проблем, дней серых бремя,
Как будто в лодке, на реке, сломав весло.
И вот несёт куда-то прочь, туман, бьют волны,
Давно руль сломан, путь не виден, темнота.
Нет никого вокруг – обманов лик притворный,
Здесь нет ни брода, ни парома, ни моста.
Нет переправы, нет спасенья – ложь да смута,
В сердца людей надолго вложен лживый дух.
К концу подходит жизнь – для Вечности минута,
К какому мир идёт концу – скажи мне друг?
Но нет ответов – скалит зубы лик Забвенья,
И нет путей, что прямо в счастье – приведут.
Осталось Волю, сжав в кулак, оставив пренья
Тянуть свой воз по жизни в ворохе минут…
|