Шуточная песня о вреде пьянства.
НОВОСЕЛЬЕ
Мы как-то выпить собрались в конце недели,
И повод был – у Гошки новоселье.
Сменял квартиру на лачугу в коммуналке
Платить поскольку за квартиру было жалко.
И за обмен он взял примерно «тыщу»
В свою немытую, огромную лапищу,
Купил коньяк он под названием «Белый Аист»,
Хоть много взял, но деньги оставались.
Мы вчетвером все собрались в его конурке:
Я, Коля Бык, да Пуповицин Шурка,
Подарок вскладчину хозяину купили:
Пластмассовый сервиз, чтоб не разбили
С утра и начали, чего нам ждать потёмок,
В клетухе новой – ничего, один котёнок,
Еще диван, три старых табуретки,
И закусона нам на всех по две конфетки.
Лишь час прошел – коньяк угомонили.
Не наш напиток, Гошу в лавку проводили,
За водкой быстро новосел у нас смотался,
А закусон пока что оставался.
Хоть водка не коньяк, но тоже пойло.
Не морщась пьёшь, как молоко коровье,
Разбавлена на треть, уж это – точно,
Водой, что из канавы сточной.
Часам к двенадцати опять пусты стаканы.
Ты что? Гостям не рад? Иль мы тобой не званы?
Хозяин стукнул по дырявому карману,
Но все ж принес бутылок восемь он «Агдаму».
«Агдам» пошел ещё получше водки,
На «стары дрожжи» - это все в охотку,
Как джентльмены пили мы его глотками
И заедали от рубашек рукавами.
Но арсенал, он тоже ведь не вечен,
Последнюю мы пили уж под вечер,
Ну, а потом, ну вроде для разгона
Принес нам Гошка от соседки самогона.
Что, литра два, для нашей, для ватаги?
Иди, проси у ней, голубчик, браги.
В три круга браги мы бутыль уговорили,
И полегчало сразу, будто и не пили.
Но расходиться было еще рано
И денег нет, а ну-ка прочь с дивана!
Его продали мы какому-то пьянчуге,
Просторно стало в Гошкиной лачуге.
А магазин-то до семи и время было!
На все – одеколон! Чтоб всем хватило!
Я помню мне достался огуречный,
А Шурке со звездой пятиконечной.
Запахло в комнате, как в парфюмерной лавке
И захотелось ко флакону нам добавки,
Сжевали «Поморин» с кусочком хлеба,
А время шло, и потемнело небо.
Часы у одного, но все же были,
С трех табуреток мы одну, но сколотили.
Шурка снял свою коронку золотую,
А я рубаху в петухах всю расписную.
Всё распродали алкашам, тут по соседству,
У плотника купили клей древесный,
Мозольной жидкости, да стеклоочиститель,
Что так хвалил покойный мой родитель.
Все в кучу слили – получилось славно,
Ночь впереди, вина у нас навалом!
Теперь горой пойдет у нас веселье,
Отпразднуем как надо новоселье.
- Девчонок бы позвать, - тут брякнул Колька,
- Без баб уже живу, не помню сколько.
Но на него руками замахали,
Алкашек этих, мы в гробу видали.
Ведь надо их поить, чтобы пробрало,
Они ж нас обопьют, и скажут «мало!»
Они ж сюда придут, чтобы напиться,
Не стоят, Коль, они твоего мизинца.
Братва решила, Колька согласился,
От умиления слезами он залился,
Так и проплакал до утра, хоть утешали,
Всё причитал, чтоб бабу ему дали.
А Гошка петухом кричал к рассвету,
Что, мол, житья тут от соседей нету,
Ему, мол, интеллигентному мужчине
В окно приходится мочиться, как скотине.
А Шурка все орал, что он пропеллер!
Что Пуповицин – это то же, что Рокфеллер.
Мол, Пупо – брат его, ну, а папаша – Вицин!
И, сейчас, с балкона он взлетает за границу
А я хлебал отраву из ведёрка
И было мне и пакостно и горько,
Всё пью и пью – в ведре не убывает!
Хотя и знал, такого не бывает.
А дальше что-то помню смутно,
Уж вроде бы и наступило утро,
Был куда надо, соответственно, звонок,
И от стола забрал нас черный воронок.
Шурка плакал всё, и клял судьбину,
Рычал пропеллер, пел петух и тряс машину:
Мол, отпустите гнусные сатрапы,
Прочь от свободы моей пакостные лапы!
Наверно били нас, поскольку с синяками,
Очнулись к вечеру с опухшими глазами,
И началось тогда жестокое похмелье,
Кошмаром отрыгнулось новоселье.
Так повелось, кому уж тут пенять?
Кому-то жить, кому-то доживать.
Стыдил начальник нас, а это и обидно,
Что сам не постыдился, но не видно.
За синяки, за треснувшие губы,
За то, что мы небриты и беззубы,
За то, что мелочь выгребли до нитки,
За то, что понесем теперь убытки.
Пошли, ребята пообмоем раны,
Мы ж просто пьяницы, но мы не хулиганы!
Бельмо в глазу мы, прыщ на здравом теле,
А чего же вы ещё от нас хотели?
Не вы ли господа, так учинили,
Чтоб ни о чем мы не вздыхали, только пили.
И зря теперь вы за башку схватились,
Как будто вы не к этому стремились?
Пока мы пьём, ловите миг удачи:
Наотмашь бейте, не дождётесь сдачи!
Но помните, что править вам дано
Пока в стаканы подливается вино. |