Громила приблизил лицо к Мальвине, сделал страшные глаза и
прохрипел:
— Я теперь этой бабе её долг ни за что не прощу и еще штраф потребую в двойном размере. Имею полное право!
— Ладно, можете быть свободным, Телятников. Но теперь я точно вас не забуду. Вас и ваш дипломат! Будьте здоровы!
— Буду, буду! — злобно оскалился бандит и проскользнул на выход.
______
Мы молча наблюдали всю эту картину. Марго произнесла, обращаясь к участковому;
— А вы что же, так ничего и не поняли?
— Я все понял. Мне стажировку довелось проходить на следственно-оперативной работе. Завтра я соберу все сведения об этом Телятникове, заодно и о вашем этом, как его — Якоре, и, если найду что-нибудь интересное — сообщу в конце недели.
— А вам, советую, камеры поставьте и внутри офиса, и снаружи. Ладно, у меня совещание на носу. Вот моя визитка. Звоните, если будет что-то срочное! В конце недели загляну. До-свидания!
_______
После всего происшедшего настроение у нас было просто подавленное. И это еще мягко сказано. Во-первых, впереди маячила встреча с самим главарем банды. Во-вторых, даже не успев пройти государственную регистрацию мы попали «под колпак» правоохранительных органов. В-третьих, и это было самое обидное, мы не видели способа защитить себя от тех же бандитов. И еще нас грызла горечь от понимания того, что всевозможные Якори, Бизоны, Хорьки и прочая уголовная гадость уже много лет прекрасно вписались в нынешнюю действительность. Причем, существовали они все вольготно и безбедно, заполнив свободную нишу, созданную благодаря слабости законов, а больше слабости тех, кто обязаны были обеспечить действие этих законов, созданных для охраны общественного порядка, торжества морали и справедливости.
Первой не выдержала Верка.
— Мы должны постоять за себя! Нужно отбить охоту у этого Жорика требовать с нас деньги.
— Конечно! — сказал я. — Тем более, что у нас-то их и совсем нет.
— Хорошо! Я сегодня же переговорю с этим предпринимателем — Марго снова достала ту самую визитку из сумочки. — Только сделаю это попозже. Вначале нужно будет посоветоваться с сестрой. Кажется, она знает кого-то из его окружения.
Между тем время подбиралось к трем часам дня. Филарет поднялся из-за стола и объявил:
— Считаю сегодняшний рабочий день законченным. В силу пережитого и учитывая пропущенный обед, рабочий день объявляю законченным. Все, расходимся до завтра.
Мальвина сразу же поспешила к вешалке с одеждой, я потянулся следом, а Верка … Она подошла к Филарету, забралась с коленками на стул для посетителей и что-то стала быстро и тихо шептать прямо в ухо нашему Боссу.
Марго вышла, а я решил подождать Верку на улице. В это время Филарет вдруг округлил глаза, с удивлением взглянул на студентку и протянул:
— Думаете, получится?
— Если сможете изготовить такую штуку — точно отобьем охоту у этого Якоря к нашим деньгам.
— На такое изделие мне потребуется особое разрешение моего мэра. Не знаю, удастся уговорить его или нет? Когда получу добро, попробую там у себя в мастерской забить в программу Квазиоклава техзадание на его изготовление. Если наш суперробот примет эту программу, возможно что-то и получится.
— Получится, получится… Вы же такой талантливый!
— Правда? Ну, постараюсь, конечно…
_____
Я дождался Верку на улице.
— Ты чё там с шефом шушукалась?
— Чё, чё? Оружие на этого Якоря изобретала. Надо же оправдывать название фирмы!
Да! Голова у этой девчонки точно светлая! И мысли, вроде такие добрые, а на деле, как пить дать — оружие! Правильно говорят — талант не зароешь!
Глава 6. Собака бывает кусачей…
На другой день мы ждали Филарета целых 2 часа. Я и Мальвина замучили автоответчика на телефоне нашего босса. Когда Марго стала набирать его номер в шестой раз, я предупредил её словами:
— Мы дождемся, что телефон шефа точно начнет крыть нас, если не понимаем, что его измерение находится вне зоны действия сети МТС.
— Да, да, — произнесла со вздохом Марго, прекращая набор номера Филарета. — Я всего лишь хотела предупредить его, чтобы он был осторожнее в своих проектах и не рисковал зря. Мой знакомый пообещал нам помочь с проблемой Жоркиного рэкета. А этот товарищ цену своим обещаниям знает…
В 10:30 появилась Верка, заявив, что сбежала с лекции по Механике грунтов и что это такая же гадость, как и Теория упругости и пластичности.
— Тупость, это хотя бы наука с точными расчетами, а Грунты сплошь основаны на аксиомах и предположениях. В общем — полный бред! Но я не из-за этого… У нас тут юбилей ВУЗа намечается. Будет и вечер с танцами. У девчонок наших после рассказов кореянок и моей подруги-буфетчицы глазки прямо разгорелись. И вот результат заявок больше чем на десять штук! И половина предоплатой. И еще Колька-слесарь наш баллонник крестовой заказал и предоплату две штуки сразу отдал. Я спросила, на черта он тебе нужен? Тестю, говорит, гаду подарить хочу. Жмот и зануда, замучил, говорит, своими поучениями. Последний раз зимнюю резину меняли на его Хонде. Два колеса открутили, и тесть ключ баллонный сломал. Так и не смогли новую резину поставить. Так он, гад, обвинил меня, что я последний раз гайки на колесах перетянул и потом целый час лекцию читал, как правильно крепеж на колесе ставить. Вот и пусть теперь вашим ключом сам затягивает. А через полтора месяца, когда летнюю ставить будем, я посмотрю, как он эти гайки со срезанными шлицами после вашего ключа откручивать будет. Учитель, блин…
Верка добавила, вздохнув. — Бедненькие! Они с женой у ее родителей живут третий год. Колька сказал, что ипотеку оформлять будет в этом году…
И Верка подала Мальвине список заказов почти на десять штук рубликов и наличные с предоплаты — шесть тысячных банкнот.
— Я тут еще не очень разбираюсь в этих товарах, — призналась Марго. — Положите на стол шефу.
— А где же Филарет Матвеевич? — спросила Верка.
— Сами ждем, — вздохнул я. — И ты, наверное, догадываешься, что его держит.
— Ах, да! Но я не думала, что он так сразу с утра…
В это время материализовался Филарет. Верка тут же подскочила к нему:
— Ну что, получилось?
Филарет поздоровался со всеми, разделся, присел за стол и достал свой бумажник.
Потом вынул из бумажника 2 купюры, одну стодолларовую, другую рублевую, номиналом в две тысячи целковых, и положил их на стол. Потом достал из кармана еще точно такие же две ассигнации и положил
на другой край стола.
— Какие мои, какие ваши? — нетерпеливо спросила студентка.
— Сейчас увидим!
Тут к Филарету обратилась Марго.
— Филарет Матвеевич! Я хотела дозвониться до вас и предупредить, чтобы вы зря не рисковали и не пытались рассчитывать на волшебство достижений высочайшего уровня развития техники вашего мира. Эти достижения вполне могут быть отторгнуты несовершенством нашего общества вплоть до правовых противоречий. Я вчера смогла дозвониться до своего бизнесмена, и он пообещал определенное содействие в решении наших проблем.
Она видно хотела добавить что-то еще к своему короткому монологу, но её взгляд упал на стол Филарета и ей стало не до продолжения речи.
Я тоже привстал со стула и увидел, как вдруг у обеих купюр, которые наш шеф вынул из кармана, на самых краях бумажных ассигнаций сформировалось что-то вроде мордочек. На всю ширину у обеих купюр приоткрылся ротик полный мелких и острых на вид зубов. Потом с обоих боков у них вытянулись по два тоненьких усика по сантиметру-полтора длиной. Усики зашевелились, потом, немного покрутившись по кругу, остановились и вытянулись вперед в сторону лежащих на другом конце стола таких же ассигнаций, словно прицеливаясь: у одной в сторону американской денежки, у другой в сторону нашей родной купюры. Затем, хищно оскалившись, разинув по шире рты, обе бумажки выгнули спины и, как гусеницы, довольно быстро поползли к неподвижно лежавшим купюрам, что были вынуты из бумажника Филарета. При этом мне показалось, что с уголков их зубастых ртов капало что-то вроде слюнок.
Филарет успел перед самыми их мордочками подхватить со стола неподвижные купюры и вернуть их Верке. Хищницы проводили взглядом свои, ставшие недоступными жертвы, облизнулись и, как ни в чем не бывало, вытянулись на столе. Никаких следов ужасной атрибутики на их поверхностях не осталось.
— Господи! Какая гадость! — Произнесла Мальвина и скривилась. — Они что же хотели сожрать друг друга?
— Нет! — ответил Филарет. — Здесь только две хищницы, созданные моим квазиоклавом. Они ничем по своему внешнему виду и даже на ощупь не отличаются от подлинных. На самом же деле эти два создания являются искусственной мутацией насекомых с одной из планет соседней с нашей галактикой. Квазиоклав всего лишь уменьшил для них ассортимент питания, ограничив пищу для одного насекомого долларовыми, для другого рублевыми ассигнациями. При этом удалось значительно увеличить их аппетит. Каждый хищник способен сожрать до двух — трех купюр аналогичного размера в минуту. Свои жертвы они чувствуют на расстоянии в пределах полутора метров.
— Значит мы отдадим этих насекомых вместо первой оплаты Жорке Якорю? — спросил я.
— В кейсе Телятникова находилось вчера полмиллиона рублей. — Верка наморщила лоб и посчитала. — Допустим половина в рублях, если одними пятитысячными, то это будет 50 бумажек. Пусть их будет 3 вида: тысяча, две тысячи и пять. Думаю, всего будет не более двухсот штук. Получается, что часа за три-четыре эта гадость, — Верка показала на одно из насекомых, — кончает у бандитов всю их рублевую выручку.
— А на доллары для второго хищника хватит и двух часов, — добавил я.
— Не знаю, не знаю, — протянула Мальвина. — Вряд ли это кончится для нас чем-то хорошим.
— Но мы же должны постоять за себя? Убить они нас все равно побоятся. Даже, если узнают, что столкнулись с нашим оружием. Дорогая Марго! Поэтому, мы ведь также рассчитываю на помощь вашего бывшего клиента! — с надеждой в голосе воскликнул я.
— Дай-то Бог! — вздохнул Филарет.
_____
Только мы собрались после обеда в офисе — дверь с грохотом распахнулась и повисла на одном шарнире. В офис залетел сам Жора Якорь со своим кассиром — Телятниковым.
— Вот Жора! Прихожу вчера к этим фокусникам, а у них в сортире на горшке меня один из ментов уже караулит. Выскочил с дурой в руке и чуть не пальнул в меня…
— Погоди, Телок! Я разберусь. Значит стуканула ментам, стерва! — рявкнул Жора. — Знаешь, чё ты теперь мне должна?
— Послушайте! — Марго просто поразила меня своей выдержкой. — Участковый Кислухин в единственном лице оказался у нас случайно. Он совершал обход своего участка и всего лишь зашел познакомиться с новым заведением. А в туалет ему просто приспичило. Через какие-то пять минут его бы у нас уже не было.
— Та-ак! Значит это и был твой наряд? Да, говнюк? Ты этого воробья зассал? На зоне ты у меня теперь вечным «шнырем» сгниешь, падла!
— А для тебя, Бикса, я сегодня добрый, так и быть сдашь десятку и штрафа столько же отсыпешь. Тогда и разойдемся с миром — брякнул
