В летнем воздухе разлито такое спокойствие, что хочется забыть все сведения из энциклопедий и справочников и уйти куда-нибудь в рейд по профилактике детской беспризорности. Или купить килограмм ванильных сухарей. Или выкрасить соседский балкон в ослепительный бежевый цвет.
А ведь было и другое время…. Была потребность в каком-то приложении усилий. Во имя наползающего процветания родного края, где трудились над воплощением правительственных проектов поколения жуликоватых предков. И усилия эти хотелось отдать окружающей этносфере во всей полноте.
Но тут случился обвал.
Обвал нравственности, экономики и горный. Синоптики предупреждали, метеорологи предрекали, но никто к ним не прислушался. Пошли в горы. Хотя давно предписано туда не ходить, если есть ум. Но ум – дело наживное. Человечество стремится к наживе. На живца и зверь бежит. И человек. Все бегут. А он им светит… «Динамо» бежит, "Трудовые резервы"... «Торпедо»…
Торпедоносцы.
Странная профессия.
Вот есть почтальонки. По-старинному, по-извечному и глубинному – письмоносицы. А, стало быть, есть и письмоносцы. Встречаются, по крайней мере. А тут тебе вместо письма принесут торпеду. Зачем она?.. Что с ней делать? Куда положить, хранить где… Непонятно.
Непостижимо для ума на свете многое весьма, как заметил Мартынов, не убивавший, а – напротив – ценивший Лермонтова. Настоящую цену дают не сразу. Тут поторговаться нужно. В облицованном красным базальтом здании министерства внешней торговли. Которое стоит на набережной Марата. А известно – где Марат, там и Арарат…
И вот расположились вы на вершине Арарата, и тут к вам подходит Сулейман Великолепный и говорит надтреснутым голосом: «Хэнде хох!». Захочется ли вам после этого наваристых щей или покататься на коньках?.. Нет, конечно. И шапка-невидимка уже не нужна.
Интересно было бы ознакомиться с полным собранием сочинений Марата. На португальском языке. И вообще… Курил ли Жан-Поль Марат трубку? Пил ли вино, любил ли каких-нибудь женщин, кроме лучезарной роковой Шарлотты?.. Цветы мял ли?.. На траве валялся?.. Под летним этим самым небом...
Надо дожить до лета. До бедного мая. Май всегда бедный. Как и Марат, Друг народа.
Скушали.
