Произведение «Варианты от Ментора» автора В.Н. Миронов - Литературный сайт Fabulae (страница 2 из 34)

присматривает, приплачивает, чтобы обиходить их. Пытался тебя найти. Не получилось. Когда жена погибла, дочка маленькая, здоровье слабое, денег нет. Вот он и собрал металлоискатель. Большой, неказистый, но работал хорошо. Февраль – время штормов в Сочи. Море в себе ничего не держит, от чего может избавиться – очищается. Вот и всё золото, что купальщики летом теряют в воде, море выбрасывают. Опять же ангелы помогают. И ему помогли. Он нашёл большой перстень с крупным алмазом и ещё по мелочи. Этого хватило, чтобы в Москву перебраться для лечения дочери. Ну а там он выбрал бандитскую дорогу. Денег надо много, вот он и не смог найти такую работу. Потом отошёл от этого…[/justify]

-- Ага. Отошёл… А казино?! – закричал Иван.

-- Если бы ты знал, что он делал раньше, то казино – это не страшный грех.

-- А чего он на пляже делает? Богатый же!

-- Дань привычке. Он каждый год приезжает на годовщину смерти жены. И за три дня до этой даты идёт на пляж. Именно здесь он нашёл те самые драгоценности. Стоял на пляже один, смотрел в небо и призывал свою покойную жену помочь ему, чтобы дочь лечить. Ну не жена - другие помогли. В эти дни он становится очень сентиментальным, помогает людям. Вот и у тебя был шанс пообщаться с ним. А ты… Утонул.

Пауза.

-- Господи!!! – Иван орал в голос. – Прости меня! Какой же я идиот!!!

-- Поздно, – голос Ментора сух, без эмоций.

-- Я готов. – Иван обреченно.

-- Ну, если готов, значит, готов.

Вариант №1

Лето. Москва. Крымский мост. Ранее утро. Над водой клубится небольшой туман. Прохожих нет, только редкие машины проезжают по мосту.

Рядом с мостом стоят двое молодых людей. Иван делает глоток из бутылки шотландского односолодового виски. Предлагает товарищу.

-- Нет, Иван, спасибо. Я же за рулём. Не хочу, чтобы права отобрали.

Иван внимательно смотрит на товарища. Делает глоток, закуривает.

-- Объясни мне, друг Серёга, ты никогда не совершаешь ошибок?

-- Отчего же. Совершаю. Как все. Для чего позвал в шесть утра сюда? Да ещё в воскресенье.

-- Поговорить хотел. Влип я по самые уши. Проиграл всё. Три квартиры проиграл, все деньги спустил. Ничего нет у меня. Да и долгов наделал… -- Иван сплюнул в Москва - реку.

-- Долгов-то много?

-- На пароход хватит, а, может, и на два. Я не считал все. На «Боинг» - точно.

-- От меня-то чего хочешь? У меня нет таких денег. Даже если соберу всё, то не хватит. Чем помочь-то?

-- Не знаю, Серёга, не знаю! Что мне делать? Вот и позвал тебя сюда под мост. Вот, думаю, напиться, да с моста вниз башкой сигануть в реку. И всё. И точка! И нет меня. И нет долгов. Знаешь же, что его называют «мостом самоубийц»?

-- Знаю. Не выход.

-- А ещё, говорят, что в этом мосту одна заклёпка из чистого золота.

-- Говорят, что в Москве кур доят, но я не видал, а ты?

-- И я не видел, Серёжа! Что посоветуешь?

-- Точно не сможешь отдать долги?

-- Точно. – Иван обречённо кивнул, снова приложился к бутылке. – Даже если меня на органы разобрать. Я уже смотрел расценки. Не хватит. И даже на десять процентов.

Серёга присвистнул от удивления.

-- Солидно ты задолжал. Народ серьёзный?

-- Не то слово, – Иван обречённо махнул рукой. Тоска. Хоть вешайся или топись.

-- Ну, это всегда успеешь. Или тебя убьют, разберут на органы или в рабство продадут. Чтобы долг отрабатывал.

Серёга почесал лоб.

-- Бежать тебе надо, Иван. Быстро и далеко. Чтобы не нашли.

-- От этих не убежишь далеко. Найдут на другом конце света. В любой стране.

-- С Дона выдачи нет!

-- В Ростов-на-Дону что ли? И там достанут, – Иван щелчком выбросил окурок реку.

-- Да, нет, Ваня, не в Ростов. В армию беги. В военкомат завтра с утра. Скачками. Просись к чёрту на кулички.

-- В армию? Я что похож на неудачника? «Лох Петров» что ли?

-- Ты очень удачлив! – Серёга саркастично посмотрел на товарища. – Особенно сейчас, выбирая малодушно между мостом и верёвкой.

Иван немного подумал.

-- А ещё варианты?

Сергей пожал плечами.

-- Это то, что мне пришло на ум. Из армии, как и с Дону, выдачи нет. Армия укроет, потребует много, но не выдаст. Познакомишься, встретишь много интересных людей, которых ты сможешь безнаказанно убить! – Сергей улыбнулся. – Станешь другим человеком. А то всё крутился с «золотой молодёжью», для которой проигранные тобой деньги – это папа на карманные расходы даёт.

-- Не тронь моих друзей! – Иван зло посмотрел на друга и сбросил его руку со своего плеча.

-- «Друзья»! – передразнил его Сергей. – То-то ты сейчас со мной под мостом стоишь, а не с ними. У них же денег куры не клюют. Где они?

-- Ну, да. Ты прав. – Иван хмуро кивнул. – Не люблю дисциплину. Равняйсь! Смирно!

-- Ничего. Всё в первый раз. Дисциплина ещё никого не портила.

-- Тебе-то хорошо говорить. Ты уже отслужил своё.

-- И не жалею. На многое смотришь иначе. Особенно на таких дружков, которые ничего не сделали, живут на всём готовом. И ты с ними, голодранец, со школы тёрся. Дружил. В друзья набивался к ним. И что?!

-- М-да уж. И тут ты прав. Помню, как твой отец меня на рыбалку с тобой брал. На Рыбинское море ездили. Ночевали на острове. У костра сидели, уху варили из свежи пойманной рыбы! Одно из самых ярких моих воспоминаний. Плохо мне. Плохо… Эх!

-- Так поменяй всё. Чего ты сидишь под мостом и трясёшься от страха? Помнишь, как детстве: «Сегодня ночью под мостом поймали Гитлера с хвостом!» Не будь с хвостом. А то ухватят за него. Дуй в военкомат. Ни на что не жалуйся. Говори, что здоров, как бык. Всё, как в фильме «ДМБ» у тебя будет. Долгов в казино наделал и в армию смылся.

-- Там комедия! И его кредиторы Улукбек и Максуд – пушистые зайчики из живого уголка детского сада на углу. Но, пожалуй, ты прав. Если что, возьму автомат и буду отбиваться. Терять-то мне нечего уже.

…

Прошло полгода.

Сахалин. Артиллерийский полигон. Утро.

В шеренгу стоят военные КАМАЗы. Рядом крутятся солдаты, офицеры. Невдалеке расположена курилка. Солдаты курят.

Иван расстегнул бушлат, шапка на затылке, затягивается. К нему подходит солдат, в руках крутит письмо.

-- О. Серёга, почта пришла? Письмо с малой родины? С Большой Земли!

-- Ага! – Серёга вскрыл конверт.

Вынул бумагу. Издалека было видно, что это официальный документ. Солдат внимательно прочитал. Расстегнул бушлат, потом куртку, потёр грудь. Снял шапку и засунул её в карман. Было видно, что крупные капли пота градом бегут по остриженной голове, стекают по лицу. Серёга шапкой вытер лицо, голову, шею, снова в карман.

Иван внимательно смотрел на товарища.

-- Чего там? Как ты?

Серёга вздохнул – выдохнул.

-- Дай закурить.

-- Так ты же не куришь?! – Иван удивился.

-- Нормально. Теперь можно. Уже курю.

Взял сигарету умело прикурил. Затяжка, закашлялся, пошатнулся, схватился за столбик. Перехватил тревожный взгляд друга.

-- Всё нормально. Давно не курил. Голова закружилась.

-- Что тебе прислали?

-- А, это? – Серёга помахал документом. – Официальное уведомление о разводе.

-- О как! – Иван удивился. – Я и не знал, что женат.

-- Уже нет. Я ждал этого.

-- Поведай, друг, мне, что случилось. – Иван подвинулся поближе, чтобы не пропустить ни слова.

-- После 9 классов я поступил в техникум в краевой центр. Из деревни приехал. На строителя учился. Думал, вернусь домой, буду строить. Механизатором стал ещё в школе, а вот строителем захотел. И на последнем курсе влюбился. Влюбился. Втюрился до беспамятства. Увидел в кафе и всё! Свет в голове выключили. Стал ухаживать. Но она смеялась. Кто она, и кто я!

-- А кто она?

-- Она … – Серега полез во внутренний карман куртки, достал военный билет.

Там лежало фото девушки. Протянул Ивану.

Красивая блондинка. Длинные волосы, тонкие черты лица. Припухлые губы. Чуть-чуть вздёрнутый носик. Милые ямочки на щеках. Голубые глаза. И в глазах - как чёртики притаились. Неудивительно, что такая могла вскружить голову деревенскому парню.

-- Ты так дырку протрёшь на ней! Смотри! Не влюбись! – Серёга забрал фото и спрятал в карман.

-- Не влюблюсь. – Иван покачал головой.

Иван не стал рассказывать Серёге, что в Москве ему приходилось общаться со многими красавицами. Но на фото действительно была красивая девушка. Её глаза… они манили.

-- Долго я ухаживал. Вернее пытался. Меня все отговаривали. Говорили, что она дочь Лба!

-- О, ё-тать! И кто такой Лоб?!

-- Семён Петрович Печёнкин. Он же Лоб.

-- И почему «Лоб»? Логично же - «Печень»?

-- Он и был поначалу, как рассказывали, «Печенью». Вначале девяностых бандитствовал. Но потом поменяли кличку на «Лба». Он здоровый. Под метр девяноста. Он хватает человека - а хватка у него, как у кузнеца деревенского - и лбом бьёт в лицо. Лицо всмятку. Говорят, что кто-то и умер. Кости носа попали в мозг. Не знаю - правда, или просто брешут. Но страшен. Время прошло, все кто рядом с ним были, сели надолго, а потом и умерли по тюрьмам, да, лагерям. А у него брат старший в милиции – полиции. Сейчас высокий пост занимает.

-- Наверное, он дружков брата и определил на лесоповал, а там уже …

-- Многое болтали. Предупреждали, стращали. А я как телок за маткой привязанный шёл. Куда она, туда и я. На последние копейки покупал ей цветы. Просто, как морок на меня напал. Обмороченный был я. Да и сейчас не до конца оклемался. Как похмелье осталось.

-- Тестю ты тоже не глянулся?

Серёга рассмеялся, махнул рукой.

[justify]-- Я никому из её семьи не глянулся. Совсем. Батя её крутой. Самая крупная строительная фирма. Пара ресторанов. Магазины, автосалон. Не считая мелочи, типа