страшная ночь ждёт её. В квартире было тихо и темно. Вероника думала, что отец и мать давно уже спят, и тихо, пытаясь не разбудить их, прошла к себе в комнату. Но мать не спала, она прислушивалась к каждому шороху и, когда услышала, как её дочь открыла дверь и вошла, успокоилась и заснула. Девушка присела на свою кровать и вдруг почувствовала сильную усталость. Ей захотелось спать. Она заснула так быстро, что забыла раздеться, и осталась в своём бальном платье.
В это время в чужом потустороннем мире ведьмы колдовали. Старшая ведьма связалась своим колдовством с Вероникой на балу и не отпускала её своими заклятиями, молодая девушка не знала об этом. Между ними протянулась магическая невидимая нить.
Вероника в эту ночь заснула необычным сном. Она чувствовала, как шла по дороге, вдоль которой росли кусты с розами. Эта дорога привела её к хижине старых ведьм. Крышей старой хижине служили толстые еловые ветки. Дверь была ржавая и скрипучая. Вероника не боялась. Она смело открыла дверь и вошла. Девушка сразу почувствовала тяжёлый запах плесени и старости, но не смогла уйти оттуда, её крепко держала и тянула колдовская нить. Ведьма руководила Вероникой во сне, подавляя в ней волю. Она шла и шла вперёд, и не могла сопротивляться чужой воле. Молодая девушка подошла к ведьмам, которые стояли возле большого старинного треснутого зеркала, подсвеченного изнутри красным светом.
— Здравствуй Вероника, — сказала старшая ведьма. — Не бойся, подойди поближе ко мне.
Вероника сделала один шаг навстречу.
— Ещё ближе, — приказала ведьма.
Девушка сделала ещё один шаг. Она подошла к ведьме почти вплотную. Вероника видела и чувствовала, куда она идёт, ей было страшно, но она не могла проснуться и сбежать. Ведьма крепко держала девушку своей невидимой колдовской нитью.
— Встань рядом со мной справа и повернись ко мне своей левой стороной. Возьми меня за руку, — приказала ведьма девушке.
Вероника подчинялась и выполняла всё, что ей приказывала ведьма. Он чувствовала её ледяную руку, но не могла уйти или проснуться. Это был кошмар. Ей было страшно.
Вдруг в хижине зажёгся красный свет. Старшая ведьма, которая стояла вместе с Вероникой и держала её руку, замолчала. Вторая ведьма продолжила выполнять таинственный обряд.
— Прижмитесь друг к другу щеками и закройте глаза. Я начинаю таинство. Сила луны и ночи, возьми у юного земного существа облик и перенеси его на Лунную тень. Лунная тень, отдай этот облик твоей дочери, которая двести лет ждёт своего часа, — сказала вторая ведьма. — Заклинаю тебя, Лунная тень, будь со своей дочерью всегда и не оставляй её одну на Земле. Не разрушит это заклятие человек алчный, порочный. А разрушит его сердцем чистый, который сожжёт проклятые деньги и пепел бросит в колодец.
Ведьма произнесла своё заклинание, и зеркало стало целым, а лицо Вероники и её тело, кроме рук, сползло с неё и словно приклеилось на старшую ведьму. Юная девушка поменялась со старой ведьмой обликом, кроме рук, они у Вероники остались прежними. Ведьма надела перчатки, чтобы скрыть свои руки от людей.
Через минуту Вероника проснулась. Она сидела возле колодца в Ивановке в бальном платье и не могла вспомнить, как она сюда попала. Её нашли местные жители и отвезли в районную больницу после того, как она сказала, что зовут её Лунная тень и она ничего не помнит. Они подумали, что у старушки помутнение рассудка. Ведьма проснулась утром на кровати Вероники и заняла её место в семье. Она подошла к зеркалу в комнате и с интересом взглянула на себя.
— Вот так, Вероника, теперь я буду тобой, а ты — мной, — сказала она тихо.
У ведьмы остались только её старческие руки с когтями, которые она вынуждена была скрывать в перчатках. Она не могла поменять свои руки, ведьма колдовала ими в своём мире и будет продолжать это делать среди людей.
Глава 4.
ЗАГАДКА СЛЕДСТВИЯ
Никита пытался найти Веронику. А следователь Николай Григорьевич думал, как объяснить пропажу денег из сейфа своим коллегам. Он решил выяснить у чиновника имя его сообщника в полиции. Пропало восемьсот тысяч рублей, их нужно было вернуть в сейф быстрее, пока о пропаже не стало известно другим.
Чиновника привели в кабинет следователя для допроса.
— Я вам предлагаю, Артём Петрович, написать признание в том, за что и от кого вы получили взятку в виде тридцати пяти миллионов российских рублей. Суд при вынесении приговора учтёт ваши показания и смягчит наказание. Хорошо подумайте. Сумма взятки большая, срок будет немаленький, — сказал следователь.
— Я должен посоветоваться со своим адвокатом. Я настаиваю на его личном присутствии на допросе, — ответил чиновник.
— Грамотные все стали. Все знают свои права. Да… А фокусам с деньгами кто вас научил? — неожиданно спросил Николай Григорьевич.
— Каким фокусам? — удивился Артём Петрович.
— Как же. Исчезновение денег из сейфа в отделении полиции. Вы это проделываете сами, сидя в камере, или у вас в нашем отделении есть сообщник? Кто он? Кто ваш подельник? Что это вы рот открыли? Не ждали от меня такого вопроса? И не надо на меня так смотреть, я гипнозу не поддаюсь, — сказал следователь.
— Да вы что? Вы хотите сказать, что я краду деньги из вашего сейфа, находясь в СИЗО? У меня много свидетелей, моих сокамерников. Спросите их о моих отлучках из камеры. Хотите на меня повесить дело о краже собственной взятки? — ошарашено спросил чиновник. — Интересно, сколько я украл, по-вашему?
— А вы не знаете? Я вам скажу, вы украли восемьсот тысяч, — сказал Николай Григорьевич.
— Кто? Я украл? Слушайте. Я не знаю, кто у вас ворует из сейфа мои деньги. Я вам скажу только одно: кражу этих денег вам не удастся на меня повесить. Я вам этого не дам сделать! Я требую адвоката! Дожил… Сам себя обворовываю. Может, вы сами положили деньги себе в карман и пытаетесь меня обвинить в воровстве? Я с вами без адвоката разговаривать не буду! Я честный человек! Я не вор! Всё. Ведите меня обратно в камеру, — закончил разговор Артём Петрович.
— Идите, «честный» взяточник. Сегодня вы мне больше не нужны. Подумайте о нашем разговоре. Я найду вашего подельника, и вы получите срок ещё больше. Будет лучше, если вы мне сами его назовёте. Я вас предупреждаю о том, что так будет лучше для вас, — сказал следователь.
После ухода чиновника Николай Григорьевич почувствовал облегчение, как будто тяжёлый груз свалился с его плеч. А Артём Петрович после допроса долго возмущался в камере. Он жаловался своим сокамерникам на алчного следователя. Чиновник думал, что следователь украл деньги из его взятки и пытался обвинить в краже его. Такой поступок стал неожиданностью для его сокамерников, они сочувствовали ему. Артём Петрович не успокаивался. Он ходил по камере и ругал всех: себя — за то, что взял деньги, следователя — за то, что тот крал эти деньги, экстрасенса Эсмиру — за то, что она обманула его.
— Она меня втянула в эту историю. Это всё она —экстрасенс в пятом поколении. Имя какое взяла — Эсмира! Чёрт меня дёрнул связаться с ней. Все жулики. Все. А сяду я один за всех… Эсмира будет продолжать обманывать таких дурачков, как я. Вот тебе и «чистые деньги». Вот так брать взятки. Как я попал. А? Ну как я попал с ней, — сокрушался чиновник в камере. — Нет. Не повесит он на меня воровство. Нет. Я ему не дамся! Негодяй какой! Сотрудник полиции, следователь. Конечно, он чист перед законом, а я — нет!
После душевных страданий чиновника в камере Николай Григорьевич узнал про Эсмиру и решил познакомиться с ней.
Сокамерникам стало интересно знать больше о краже денег в полиции. Они думали, что воровство могут попытаться повесить на них, если Артёму Петровичу удастся снять с себя подозрения Николая Григорьевича.
— Как ты говоришь? Украли деньги прямо из сейфа? Вещдок? Обвиняют тебя? Как? Сообщника тебе ищут? А ты, не бери это на себя, — сказал сокамерник чиновника, читающий какую-то газету.
— Если ищут сообщника — значит, найдут. Никому ничего не докажешь. Как бы и нам, вместе с тобой за кражу не попасть, — сказал второй сокамерник, внимательно слушающий разговор.
— Что ты им докажешь? Они — власть, а ты — преступник. Захотят и посадят. Не ты первый, не ты последний. Вот и всё. Вот и срок, — закончил разговор третий сокамерник, повернувшись на другой бок на верхней койке.
Артём Петрович должен был смириться со своей участью. Но ему стало жалко себя, и он молча заплакал, думая о том, что последний раз он плакал в детстве, ещё в школе, из-за неожиданно полученной тройки в четверти в седьмом классе. Он думал тогда о несправедливой оценке его творчества, его мнение не совпало с мнением учителя.
— О. Довели до слёз уважаемого человека, — сочувствовал сокамерник с газетой. — Успокойся. Поговори с адвокатом. Ты же можешь нанять хорошего адвоката. Выпутаешься как-нибудь.
Сокамерник закончил читать газету и отошёл подальше от чиновника, давая ему возможность побыть немного в одиночестве, а потом он посмотрел на железную дверь камеры, задумался и погрустнел.
Глава 5.
СЛЕДОВАТЕЛЬ И ЭКСТРАСЕНС
Николай Григорьевич нашёл офис Эсмиры быстро, ему хватило на поиски всего два дня. Экстрасенс принимала клиентов в центре города в старинном здании. Следователя не удивила обстановка комнаты, где творила Эсмира. Именно творила — от слова «творчество». Она как артистка играла свою роль перед клиентами и делала это очень хорошо, клиентов было много. Но именно в тот день, когда следователь пришёл к ней, клиентов у неё не оказалось. Она скучала, поэтому обрадовалась нежданному посетителю.
На столе перед экстрасенсом стоял большой стеклянный шар, по которому она водила руками, чтобы произвести впечатление на нежданного гостя. Вся комната была уставлена чёрными горящими свечами, в ней приятно пахло сандалом, а полумрак подсвечивался красным светом.
— Здравствуйте, — вежливо сказал Николай Григорьевич, подойдя к столу.
— Здравствуйте. Присаживайтесь, пожалуйста, — сказала Эсмира.
Следователь сел на удобный высокий стул с подлокотниками и посмотрел опытным взглядом на женщину, сидящую напротив него.
«Яркий тёмный макияж, раскосые восточные глаза, говорит на русском языке без акцента, она местная, — подумал он. — Симпатичная, средних лет женщина, похоже, не замужем. Типичная экстрасенс, или, как говорят простые люди, ведьма. А мы, профессионалы, зовём таких просто— мошенница».
— Можете не говорить мне своё имя. Я знаю, вас зовут Николай, — начала свой сеанс Эсмира.
— Откуда вы знаете? Я к вам на приём не записывался, — поинтересовался следователь.
— Я вижу это имя на вашем лице, — ответила загадочная женщина.
— Да? И как оно у меня написано: большими буквами или маленькими? От руки или отпечатано машинкой у меня на лбу? — уточнял незваный гость.
— Вы смеётесь? Зачем, вы пришли ко мне? — спросила Эсмира.
— А вы сами прочтите ответ на моём лице, — предложил Николай Григорьевич. — Неужели не видите? Присмотритесь внимательней. Мой профессиональный острый взгляд вам ни о чём не говорит?
— Вы из полиции? — спросила экстрасенс.
— Да. Я следователь. Зовут меня Николай Григорьевич. И пришёл я к вам по делу одного чиновника-взяточника, вашего клиента Артёма Петровича. Он сидит у нас в
