мужик! А то, что отлупил – так это дело житейское. Стерпится – слюбится».
Взгляд Инессы затуманился, и она потянула Шеда за собой на топчан, томно протянув:
- Я тебя хочу…
И на его сексуальные пристрастия, гнусные и отвратительные в глазах любого нормального человека, она теперь смотрела уже куда снисходительнее.
«Ну и ладно, не помру же». И вновь ее сознание выбрало и для этой ситуации ту же самую формулировку:
«Стерпится – слюбится».
Потом довольный Шед ушел, заперев за собой дверь на ключ, а она осталась лежать на топчане. Наркотическое опьянение потихоньку уходило, через какое-то время оно исчезло совсем, и к Инессе вернулся трезвый взгляд на происходящее.
Хотя ломки как таковой пока не было, девушка прекрасно понимала, что это еще впереди. Ведь, скорее всего, это героин. А сейчас ее ждал жестокий и беспощадный анализ всех предпосылок для той ситуации, в которой она сейчас оказалась.
Детство. Инесса была единственным ребенком в семье, росла избалованной, все ее желания выполнялись. Когда же она стала старше, ни любви, ни благодарности по отношению к родителям у нее не присутствовало. Весь мир существовал только для нее одной, а все его обитатели были ее должниками. За то, что она вообще есть.
Когда мать серьезно заболела и легла в больницу на операцию, Инесса ни до операции, ни после нее так ни разу и не нашла времени ее навестить. Девушка так зажигательно проводила время в молодежных компаниях, что отвлечься от этого времяпровождения не могла даже в мыслях.
Все обошлось благополучно. Когда мать выписалась из больницы, она ни в чем дочь не упрекнула. А отец лишь сказал:
- Инесса, ну как же так?
А сейчас, покидая навсегда свою страну, она даже не удосужилась подумать о том, что станет с родителями в старости. Ведь когда-то за ними потребуется уход, а других детей у них нет. Но поняла это Инесса лишь сейчас, лежа на топчане в запертой каморке.
Мысли девушки соскочили на другую тему: ее отношений с мужчинами. Только в этот момент она поняла, что созданный ею «фильтр» был, оказывается, со знаком «минус», хотя раньше она этого не понимала.
Взять хотя бы несколько эпизодов.
Вот она познакомилась в пансионате с парнем по имени Степан, не имевшим сексуального опыта. И с небольшой проблемой. Из-за нее, когда дело дошло до близости, ситуация в первый момент пошла как-то вкось, но что ей мешало проявить терпение и деликатность? Дальше все было бы нормально, она вообще могла бы из него веревки вить, ведь у парней к своей «первой» отношение особое. Так нет же, не сумела она удержаться от соблазна его уязвить, на чем знакомство и завершилось.
А несколько лет спустя она случайно встретила Степана на улице с какой-то рыженькой, которая наверняка в него мертвой хваткой вцепилась. Когда Инесса слегка прикололась над этой парой, рыженькая обложила ее трехэтажным матом, наверное, почувствовала потенциальную соперницу.
А с Никитой? Он ведь тогда к ней не поехал и больше на связь не выходил, потому что наверняка услышал, как она на лестничной площадке пренебрежительно о нем отозвалась. Получается, что зря обидела хорошего парня. Но он-то несомненно потом себе пару быстро нашел. Впрочем, и она вот тоже… нашла!
Получается, что она всегда хороших людей от себя отваживала, а привечала совсем иных. Был у нее такой – Гена. Не питерский, но мечтающий прихватить в Питере жилплощадь. Инесса раскусила его вскоре после начала их романа. Меркантильных людей она видела насквозь, потому что сама была такой. Когда в качестве любовника Гена ей уже наскучил, он как раз приготовился предложить ей более капитальный вариант отношений. А ведь от Инессы не укрылось, как оценивал он цепким взглядом ее квартиру.
И когда он предложил оформить отношения, Инесса с пафосом заявила:
- Гена, я так польщена твоим выбором! Но, понимаешь, своим предложением ты вынуждаешь меня открыть тебе мою тайну. Я – сингл.
- Чего? – оторопело переспросил Гена. – Ты, что ли, из тех, кто Индиру Ганди убить хочет?
- Мне до нее фиолетово. Сингл – это не сикх. Это английское слово, обозначающее тех, кто может вращаться на своей орбите только в одиночку.
И не дав Гене опомниться, она выставила его за дверь и из своей жизни.
Но сейчас, задним числом, она понимала, что в сравнении с таким монстром, как Шед, даже самый дерьмовый из ее «бывших» выглядел бы белым и пушистым.
Впрочем, прошлое – это прошлое. Ей надо думать, что делать сейчас. Еще точнее – как спасти свою жизнь. Для этого надо выбраться отсюда.
Героиновая зависимость – это смерть в довольно обозримом будущем. Шеду это только на руку. Использовав Инессу по полной программе, он потом спокойно констатирует ее смерть и отправится искать за границей новую дурочку. Да и здесь иммигранток хватает, которые поведутся на его обаяние и сами с удовольствием полезут в западню.
Конечно, полиция когда-нибудь может обратить внимание, что все его очередные жены довольно скоро умирают от передозировки наркотиков, но ведь Шед тоже не дурак. Он до этого может продать свой бизнес в этом штате и купить в другом, аналогично сделав с домом. Переехал – и концы в воду.
У Инессы только один путь к спасению – вырваться из этого дома и бежать в полицию. Если она сбежит от Шеда, есть надежда, что в наркотической клинике ее спасут от зависимости. Сейчас ее первостепенная задача – как-то добиться того, чтобы Шед не оставил ее насовсем в этом подвале, а «перевел» обратно в дом. А что для этого нужно? Не бунтовать и демонстрировать полное послушание и смирение со своей судьбой. То есть – выглядеть сломанной, да так, чтобы он не почувствовал фальшь.
Для этого ни в коем случае нельзя самой проситься, чтобы он «перевел» ее обратно в дом, ведь тогда он сразу заподозрит ее в желании совершить побег. Нет, к этому решению он должен прийти сам после ее длительного примерного поведения. А в доме все уже проще. Использовать подходящий момент и сзади приложить его по голове чем-нибудь тяжелым, чтобы вырубился надолго. Даже если после этого она не сможет открыть наружную дверь, то всяко сможет выбить стекло, а если не удастся выбраться через окно – кричать и звать на помощь. Терло – городок тихий, ее будет слышно далеко.
Выработав план спасения, Инесса немного успокоилась.
А затем потянулись одинаковые дни заключения в подвале – от одной инъекции до следующей, после каждой из которых ей надлежало ублажать своего хозяина.
К чести Шеда, он дал ей прочувствовать ломку всего один раз – разумеется, в воспитательных целях, для профилактики неправильного поведения. Впрочем, и этого раза Инессе хватило с лихвой. Но поскольку она вела себя смиренно и бунтовать не пыталась, Шед во всех остальных случаях вкалывал ей дозу своевременно.
Освобождение из подвала произошло неожиданно. Муж будничным тоном заявил:
- Мне надоело, что я тебя содержу, кормлю, трачусь на твой кайф, а ты бездельничаешь. С сегодняшнего дня ты будешь заниматься в доме уборкой.
Инесса промолчала, ничем не выказав своей радости. Первый шаг к обретению свободы был сделан. Но вскоре ей пришлось испытать и огорчение: находиться в наземных помещениях дома она могла только во время его пребывания там, а на время своего отсутствия он загонял ее в подвал.
Оставался только один вариант, который еще раньше пришел к ней в голову самым первым: незаметно подойти сзади и чем-нибудь тяжелым ударить его по голове. Но пока такого случая не представлялось.
Об этом она размышляла в тот момент, когда протирала оконное стекло, а Шед сидел на диване и курил. И то, что Инесса вдруг увидела на улице…
Возле автомобиля Шеда копошились двое смуглых мексиканцев. Один занимался замком, вскрывая его каким-то приспособлением, другой просто прохаживался рядом , кидая взгляды в разные стороны.
Неожиданно Инесса сообразила, что ситуация сейчас может сработать на нее. Только бы все получилось!
- Смотри! – крикнула она мужу, показав на улицу.
Выглянув, Шед в первый момент остолбенел, затем злобно выругался и бросился к выходу из дома.
Странным было то, что он не стал доставать пистолет, который наверняка у него был. Если бы он застрелил грабителей, американский закон встал бы на его сторону. Впрочем, тогда бы и родственники убитых объявили ему вендетту. Сейчас Шед понадеялся на свое физическое превосходство.
Инесса побежала за ним. Она понимала: сейчас или никогда!
Когда муж выскочил на улицу, не захлопнув за собой дверь (как она и надеялась), Инесса выждала несколько секунд и выбежала вслед за ним.
У машины уже вовсю кипела драка. Шед был сильнее любого из двух щуплых на вид мексиканцев, но они атаковали его с двух сторон. Невозможно было предугадать, чем закончится эта потасовка. Но сейчас Шеду точно было не до Инессы, поэтому путь к побегу был для нее открыт.
Но случилось то, чего она не могла предвидеть.
В руке одного из мексиканцев оказался неизвестно откуда выхваченный нож, которым он весьма профессионально ткнул Шеда в шею. Тут же
