иностранцами, более взрослыми, более опытными экспертами гидами и проводниками альпинистами в этих горах.
Наталья, как Семен и Светлана уже имели хороший боевой альпийский опыт. Да и был опыт в других горах у себя на Родине. Как, никак у самой Натальи Карелиной за совсем еще юной спиной русской альпинистки был Кавказ и Памир. Там тоже было нелегко, да и гораздо выше, чем здесь, но она справилась. Справится и здесь. Справятся они все втроем и вместе. Они дойдут и победят еще одну альпийскую вершину в этом весеннем заграничном сезоне. Это будет уже пятая победа, после главной вершины Шамони и Французских Альп Монблана. И в Цермате в Пенинских Альпах Маттерхорна, что был победоносно последним, покоренным ей Натальей Карелиной и ее друзьями Семеном Яриным и Светланой Белобоковой. Русскими студентами альпинистами.
Она считала, что обязана это сделать ради самой себя, доказав самой себе, что может и умеет. Своей девичьей гордости и самомнению. Не успех был ей неприемлем сейчас никак. После восхождения они все разъедутся на каникулы по своим местам. Светлана Белобокова в свою далекую Сибирь. Семен Ярин в Пензу, а Наталья Карелина в свой любимый ею Волгоград. К своим родителям к папе и маме. Александру и Галине Карелиным. А потом, после каникул на учебу снова и опять в Москву в свой Московский МАИ, хвастаться своими успехами и достижениями, как в учебе, так и в спорте.
***
Было 11:30, когда они все пятеро прошли длинный узкий протяженный скальный участок, похожий на некую заснеженную тропинку между двумя почти вертикальными стенными скальными отвесами и вышли на конкретные такие же, вертикальные практически целиком оголенные и без снега и льда скалы.
- Здесь ночью и в утренние часы не пройти, вот так просто - произнес им француз Робер Дюбуа, идущий вторым в горной связке и проверяющий в небольших остановках все страховочные привязки и крепления в соединении со стеной. Руками в теплых перчатках ощупывая каждую трещинку и разлом в черных шершавых скалах – Скалы практически полностью покрывает натечной скользкий лед. И приходиться все время искать другой более легкий путь. Либо ждать обход солнца с другой стороны горы на Северную сторону и таяния снега и льда. Но, это не есть тоже хорошо.
Прекрасно разговаривал на русском и почти без акцента. Это несколько удивляло саму Наталью Карелину. Как оказалось, он какое-то время жил в России и учился даже. В том числе учил русский язык. И просто отлично разговаривал на русском.
Робер Дюбуа из-за спины и другого впереди своего товарища француза альпиниста Симона Мартина, что прокладывал как ведущий дорогу по вертикальным скалам, показал на осыпающий мелкой текучей рекой вниз точно белоснежная пудра снег. То справа, то слева от них, что падал в почти двухкилометровую пропасть и распылялся в самом высокогорном чистом режущем своей необычайной остротой и свежестью прозрачном воздухе.
Надо сказать, здесь было гораздо сложнее, чем где-либо. Точнее, так, где побывала Наталья Карелина. Эта Северная, сокрытая почти вся и целиком от влияния солнца стена была точно специально сформирована и сконструирована так, чтобы вобрать в себя все трудности горного мира. Сами вертикальные скалы просто налегали одна на другую и нависали друг над другом. Были места порой, где вообще зацепится, не было никакой возможности ни руками, ни ногами в стальных ледовых даже кошках. Ни ледорубом, ни Айбсайлем. Приходилось останавливаться всей группе и команде, чтобы обсудить дальнейший подъем и выбрать другой маршрут. И это лишь было только начало вертикального горного маршрута от середины горы к ее вершине. Было невероятно опасно. Сверху постоянно что-то падало. Сыпались мелкие камни. Но, летящие с такой скоростью, что при попадании, например в голову даже в защитной каске могли, оглушить или намертво даже захлестнуть и убить человека.
- Приблизительно, вот также, где здесь своими руками и ногами, проходила в 1936 году печально известная австро-немецкая группа Тони Курца - произнес, обернувшись к Наталье и двум ее товарищам, идущим прямо за его спиной по вертикальным скалам француз Робер Дюбуа.
Робер Дюбуа, остановился и дождался, когда Наталья Карелина сделает на довольно большой заснеженной каменной полке остановку. Где стоял он, и когда подойдут другие члены ее русской альпийской команды. Его товарищ и друг, соратник и как видно, более опытный на самих вертикальных скалах Симон Мартин, ушел вверх и скрылся из виду за большим каменным ребристым навесом. Он, где-то там, слышно было ставил новые крепления в трещины и глубокие расщелины скал. Вбивал скальные крючья, прокладывая другим путь наверх. Пока солнце было на другой южной стороне горы, нужно было двигаться дальше.
У французов был огромный опыт, и как было очевидным отличная просто альпийская горная школа и подготовка. Тот же Симон Мартин, вообще был из самих гор. Он, родился и жил в горной части Франции. В красивой местности с названием Савойя. В городке Анси. И с детства уже лазил по горам и отвесным скалам там у себя дома.
Но у альпинистов в этой игре с самой судьбой всегда высокая ставка. И здесь на Эйгере все их навыки в альпинизме проверяются троекратно.
Это знала и Наталья Карелина, и ее друзья Светлана Белобокова и Семен Ярин. Ее единомышленники, любители высоких гор и альпинизма.
Эти французы Робер Дюбуа и Симон Мартин их предупреждали, что тут будет куда труднее и сложнее. Тут их все спортивные горные навыки пройдут настоящие испытания. И только сейчас Наталья, как и ее товарищи это поняли по-настоящему.
Северная стена Тони Курца
На Северной стене Эйгера погибло более шестидесяти человек. Кого-то нашли, кого-то нет. От кого-то нашли лишь редкие частичные останки. В самом низу среди камней и больших валунов, скальных расщелин. Одни упали вниз, другие были точно специально засунуты в скальные разломы вертикальных скал неким живущим здесь жутким существом. Так рассказывали те, кто побывал тут из спасателей и горных проводников. Говорили, останки были, буквально истерзаны и разодраны толи руками, толи зубами некого горного духа или существа. Содрана кожа и сама плоть до костей. Но, как правило, это уже после гибели и с мертвеца. Как будто, кто-то необычайно и вечно голодный, специально выискивал и собирал погибших на самом Эйгере, ползая по вертикальным стенам горы, ловко цепляясь за сами крутые острые и корявые скалы. Тот, кто такое делал, был создан для этого и мог обитать и жить в таких условиях. Потому, как самому на такой высоте любому человеку такое было не под силу.
Говорили, однажды, даже видели тут на склоне человеческое мертвое заледенелое тело без рук и ног. Оно торчало в одной из скальных широких и глубоких трещин. Точно, засунутое туда специально. Точно, и как страшный знак предупреждения. Оставленное, точно как в холодильнике. Так как дело было холодной зимой при сильных ледяных ветрах и очень низкой высокогорной температуре. Будто некто отгрыз человеку руки и ноги, а труп сам, протащив вверх по скалам, оставил здесь на временное хранение. А может, ему нужны были лишь руки и ноги. Остальное было ни к чему. А еще может, как рассказал, пугая этими легендами и сказками своих двоих подружек альпинисток Семен Ярин, наслушавшись этих самых легенд и сказок от местных жителей, этому толи духу, толи жуткому горному существу вообще не нужно было ничего, кроме лишь убийства или некой мести тем, кто лазает по горам. Может, просто из самой звериной не разумности и дикости. На Светлану Белобокову это действовало жутко и устрашающе, но вот Наталью Карелину такое не прошибало вообще.
- Сказки, сказками - так она ответила Семену Ярину, когда он вновь затеял эту в таких трудно проходимых местах не очень приятную к разговорам тему – Это, просто легенды и не более.
***
Было на ручных часах Натальи Карелиной 12:40, когда выйдя с вертикальных скал на заснеженный довольно большой, но крутой склон группа из французов и русских, продолжила подъем вверх, медленно, но уверенно, сохраняя свои силы. Нужно было пройти этот с глубоким снегом протяженный участок до очередных вертикальных скал.
- Именно здесь, когда-то проходила группа Тони Курца - произнес, обернувшись к Наталье Карелиной этот малознакомый ей, пока еще, но довольно привлекательный тридцатишестилетний альпинист француз Робер Дюбуа - В 1936 году. Это было 20 июля. Их было четверо. Два Немца и два Австрийца. И они, именно проходили здесь, так же как и мы. Можно сказать, мы идем по их маршруту.
Сзади Натальи, утопая по колено в глубоком белом горном снегу, шла сейчас следом Светлана. Она тоже слышала слова, хорошо говорившего на русском этого симпатизировавшего русской двадцативосьмилетней волжанке красавице альпиниста француза. Светлана Белобокова внимательно слушала этого разговорившегося, как-то и вдруг внезапно, толи от скукоты самого долгого, почти без остановки подъема, толи просто завлечь собой Наталью Карелину и развлечь себя Робера Дюбуа.
Этот лет тридцатишести француз из Прованса был ей тоже весьма симпатичен. Синеглазый и высокий шатен. С пепельными кудрями красивых волос на мужественной голове. Довольно, как было видно, натренированный, спортивный и сильный. Впрочем, и его коллега таких же лет, этот брюнет кареглазый и черноволосый Симон Мартин, был тоже ничего. Правда, чуть пониже ростом, но куда как казалось более ловкий и умелый на крутых скалах альпинист. Оттого и шел первым, так думала Светлана. Как и идущий, за ней и замыкая, подстраховывая всю стремящуюся вверх группу, Семен Ярин. Он сматывал и собирал длинную, скручивая позади всех перильную веревку, вынимая ту из петель креплений и вбитых в расщелины
