группа вдруг разъединилась.
Сделали небольшой перерыв на скальной заснеженной небольшой полке, где Симон Роберу предложил оставить, пока тут русских и вдвоем проложить наверх маршрут. Мол, так будет лучше и гораздо быстрее. Что потом, всем остальным будет проще подниматься. И они вдвоем просто за веревки вытащить троих наверх под снежный нависающий козырек предвершинного большого восточного склона. А там, все впятером уже по самому снегу выберутся на узкую макушку самой вершины.
- Портится погода, и надо спешить - произнес Симон Мартин всем. Робер Дюбуа его поддержал.
Хотя все трое русских были в некотором недоумении от такого внезапного решения обоих французов. Даже сама Наталья Карелина. А Семен Ярин был, вообще против такой идеи двух французов альпинистов.
- Рванули наверх, как ненормальные. Наверное, эти французы испугались горных духов людоедов – произнес несколько не столько с юмором, сколько с издевкой Семен Ярин – Друзья друзьями, но не оставили бы они нас тут эти наши французы. Да еще под такую погоду.
А погода еще заметно и резко ухудшилась. Стал дуть еще более сильный и холодный ветер. А солнце совсем пропало среди пелены белых рваных облаков. А гору стал окутывать такой же белый ползучий холодный туман.
Все встревожились. Ведь от французов не было ни слуха, и ни духа. Те обещали подать им сигнал сверху. Они сейчас должны были быть уже где-то под самим снежно0щедовым восточным навесом на скальной стенной вертикали. Но, пока ни звука и сигнала.
Робер сказал всем русским, что у него в рюкзаке есть пистолет ракетница. Он пальнет и подаст сигнал. Так, оказывается было условлено еще в самом городке Эйгерглетчер. Оттуда вылетит вертолет, чтобы забрать альпинистов с вершины. Прямо с самой макушки горы.
Выбрались уже без самих и помощи французов на небольшой почти ровный скальный, похожий на площадку участок. Точно рассчитанную, как раз на троих альпинистов.
Светлана Белобокова была в недоумении.
Сама даже Наталья Карелина была в некоторой растерянности, не зная, что делать дальше.
Дальше и вверху была вертикальная опять высоченная кажущаяся бесконечной стена. Местами, гладкая и ровная, покрытая лишь глубокими разломами и трещинами. Выше был опять навес и ребристый заснеженный во льду скальный ступенчатый рельеф.
Все уперлись в этот кажущийся непреодолимым для всех барьер. Французы исчезли, где-то наверху. И от них не было слышно ни шума ни звука.
Семен Ярин был в паническом злом негодовании.
Все повторялось, как тогда, когда в Шамони штурмовали Монблан. Все почти также. Французы ушли наверх и исчезли из поля видимости и любого визуального и прочего контакта с остальной группой. Что, они там тогда делали, никто не знал. Хотя еще внизу договаривались никого нигде не бросать и не оставлять наедине с горами. Особенно, если погода будет ухудшаться. Сейчас, именно так и опять повторялось. Тогда все трое русских просидели в гордом одиночестве на склоне горы до полной ночной темноты.
Семен напомнил всем, что произошло при спуске с Монблана в Шамони. Когда вот также быстро испортилась погода, хотя метеосводка не предвещала ничего подобного. И налетела настоящая снежная буря. Тогда эти двое французов исчезли из вида, оставив их на снежном протяженном склоне французской вершины одних. И они, не смогли сделать обратно, ни шагу Может Семен, просто ошибался в них. Может, все потому, что этот Робер Дюбуа, запавший на Наталью Карелину, решил, испытывая свою роковую судьбу, помочь с риском для своей жизни ей и всем другим.
- Кто, его знает - произнес негромко, и как-то не доверяя уже друзьям французам, Семен Ярин - Может, ради покорения Северное стены, они пойдут
на такое. Такое бывало и не раз в горах. Когда вроде бы друзья товарищи, а на деле совсем не друзья, и не товарищи, когда дело идет на крупные ставки.
- Не пори ерунды Семен– его оборвала Наталья Карелина - Робер же сказал, что они с Симоном проложат нам путь наверх. Что ты, нагоняешь страха опять.
Светлана молчала, лишь переглядывалась с одного на другого. Ей было, как видно уже страшно, но она заступалась за своего теперь влюбленного в нее любимчика француза.
***
Было на часах Натальи Карелиной, вот также тогда, как сейчас 17:39 дня.
Заметно потемнело, хотя еще стоял день. Там в Шамони в горном хребте Монблана и на самой вот также вершине.
Все отчетливей и сильней портилась погода. Дул сильный ветер, сметая снег с вершины вместе с каменными осыпями вниз со стен, обрушая огромные многотонные лавины, что неслись вниз со скоростью железнодорожного локомотива по узким между стен каменным желобам кулуарам.
Начал падать сильно снег. Он был сырым и липким. Крупными пушистыми хлопьями, оседал на теплые болоньевые анораки и плечи троих русских молодых двадцативосьмилетних студентов альпинистов.
Они все, тогда и возможно, могли там навсегда и остаться. Не зная маршрута обратно вниз. И уже решали, что делать. Но, вдруг, те появились и вывели их оттуда с горы в жилую хижину.
- Я боюсь застрять здесь, да еще в такую погоду – произнес Семен Ярин –Если они не вернуться, значит бросили нас. И нам надо будет искать на ночь какое-нибудь здесь хот небольшое, но укрытие. Иначе холодная ночевка нам обеспечена и дорого обойдется. Хоть на дворе здесь весна. Май месяц. Сами знаете, не понаслышке, как в горах бывает. Придется быстро окапываться в снегу и ставить палатки. Невзирая на сильный ветер и снегопад.
- Может уже пора, что-то думать? - произнесла Светлана Белобокова – Может уже пора нам найти свое укрытие.
У Светланы задрожал голос. Так как стало быстро темнеть. И видимости уже не было никакой. Она прижалась к своему возлюбленному Семену Ярину и обняла его своими руками.
- Будем ждать Робера с Симоном - произнесла категорически и упрямо Наталья.
- Нет, ждать нельзя - произнес Семен Ярин - Пока еще есть время, надо идти наверх по их проложенным туда следам.
***
Робер Дюбуа и Симон Мартин резко оторвались от всех. Они сказали, что так необходимо. Они вдвоем проложат там впереди над ними новые крепления и вобьют страховочные крючья. Спустят перильные двойные веревки, чтобы было потом проще забраться остальным по таким нависающим вертикальным скалам. Там за ними уже недалече сама узкая как консервный острый нож вершина Эйгера. За скалами просто огромное большое снежное предвершинное поле. И все победа!
Они обещали спуститься вниз за другими, чтобы вместе взойти на Эйгер, совершив последний, просто по скорости и по времени рывок к вершине.
Ледяное безмолвие
06.05.2022г.
Бернские Альпы.
Северная стена Эйгера.
18:10 вечера.
- Они, точно бросили нас - произнес Семен Ярин – Нам надо самим выбираться отсюда и идти вверх. Иного пути уже нет. Выбираться самим, используя все свое снаряжение и свои все наработанные навыки. Нам нельзя тут оставаться. Мы погибнем здесь, если не перестанем ждать этих двух французов и не будем сами выбираться отсюда. Нельзя ночевать здесь. Горы, это не место для беззаботного пикника. Я еще помню Монблан. Погода окончательно и быстро портиться. И это будет точно конец всему.
Семен, вероятно, был прав. Но, Наталья даже не хотела верить в сказанное им. Он сейчас обозвал Симонм Маотина нехорошим словом и особенно ласково отозвался о самом Робере Дюбуа.
- Не смей, говорить так о нем – произнесла громко и нервно Наталья Семену – Откуда, ты это знаешь. И все выдумываешь. Робер не такой. Симон и Робер хорошие люди. Робер прейдет за нами и вернется, даже если Симон его оставит одного. Я помню тоже Монблан – она, сверкая своими карими злыми и обиженными глазами на Семена Ярина. Прокричала ему – Робер вернется. Не может все вот так закончится. Не может. Он прейдет за нами и мной. Вместе с Симоном, они вытащат нас отсюда и на саму вершину.
- Вот это уж вряд ли – произнес Семен ей – Они неразлучны как два закоренелых холостяка. И те еще эгоисты оба. Ради своего личного успеха пойдут на многое. А ваша любовь лишь временно помутнение рассудка. Ты не лучше своего сейчас Робера.
Наталья от злобы и уже бешенства от таких слов Семена в ее сторону сжала свои девичьи кулаки.
- Что? Может , ты и меня в конченные эгоисты запишешь?! – она произнесла Семену Ярину – Да, я самодовольная самовлюбленная сучка, но чтобы быть эгоисткой! Я бы никогда не сделала вам обоим ничего плохого и не бросила вас в беде! – Наталья Карелина прокричала сквозь набежавшие от боли и такого в оскорбительном недоверии и унижения на ее карие красивые женские глаза слезы.
Она готова была сейчас даже броситься на Семена, чтобы побить того за его обидные слова.
Такое было впервые между хорошими неразлучными практически друзьями. У них такого не случилось тогда даже на Монблана, когда случай был похожий.
Видя такой непоправимый и кошмарный разлад в близкой доверительной товарищеской дружбе, срочно между ними вмешалась Светлана Белобокова.
- Семен, замолчи! - громко прогремел голос Светланы Белобоковой – Наташа, ты тоже! Вы, что совсем сбрындили сейчас оба?! Что с вами обоими?!
Она обратилась к Наталье - Наташа - произнесла она той спокойней – Не верь этому сказочнику и болтуну. Он это произнес на нервах и не думая.
- Мы все сейчас тут на нервах. У нас паника. И надо взять себя в руки - произнесоа сверкая своими карими, почти черными Волжанки красавицы глазами, произнесла Наталья Карелина.
- Да. На нервах - произнес Семен Ярин - Я теперь знаю, о чем шептались они там на той станции в Гриндевальде. В нужный для них момент, оставить нас тут в подобном практически гибельном положении.
В этот самый момент, сверху посыпался белый снег. Прямо с самой высоченной скальной вертикальной стены и прямо на головы
