(Текст 18+)
1.
Зак звонил из такси, сказал, что прибудет минут через десять. Долго болтать было не о чем и неохота. Марк отключился и, вроде, тем же нажатием включил собственный мандраж. Чтобы не подпитывает его, не давать разрастаться, старался думать о будущем не далее, чем на пять минут вперед. Сосредоточился на сиюминутном: надеть джинсы, носки, майку, кофту. Часы не забыть, телефон. Что еще? Взять с собой бутылку воды? Нет, если понадобится, купит по дороге.
Дверной звонок.
Зак выглядел свежо, улыбался широко и ненатурально, то ли скрывая нервозность, то ли желая видом своих идеально белых зубов подбодрить приятеля. Был одет примерно в то же самое и хорошо, что без техасской символики. Зато безвкусно. Кофта белая с синими рукавами, будто он только что явился с тренировки. Молния ее застегнута до половины, из разреза выглядывает майка с тупым рисунком: на фоне американского флага морда Микки Мауса. Вот удивительно, Зак – умный человек, а насчет одежды ни малейшего понятия о стиле…
Обменялись рукопожатием и короткими «привет-привет», прошли в гараж. Гость сел на пассажирское кресло «Мерседеса», хозяин - за руль и занялся шоферской рутиной. Рутина давала сбой, вернее Марк давал сбой. Тыкался ключом стартера в дырку и не попадал. Опускал крышу, беспокойно вертелся, проверяя – ровно ли ложится. Поднимал дверь гаража, слишком сильно надавил на кнопку, и она заела.
Зак наблюдал.
- Волнуешься, амиго?
- А ты бы не волновался?
- Честно сказать – не знаю... Сомневаюсь, что вообще оказался бы на твоем месте. Не люблю трудностей, особенно в отношениях с прекрасным полом. Всегда можно найти простое решение.
- И какое бы ты предложил мне? – спросил Марк, хотя полезного совета не ожидал.
И правильно делал.
Зак не любил вмешиваться в чужие дела. Помочь – да, лезть с расспросами или давать советы – нет. Не его компетенция. За лечением души обращайтесь к психотерапевту, у него всегда наготове стандартный вопрос: как давно вы ухаживали за собой? И стандартный совет: лягте поудобнее, расслабьтесь, дышите глубже. Будто если все время удобно лежать и глубоко дышать, счастье гарантировано.
В случае Марка выход очевиден и незамысловат – бросить все и беречь психическое здоровье. Но он романтик и однолюб, советом не воспользуется, не стоит и предлагать.
Они, конечно, друзья и очень похожи, но жутко разные в отношениях с женщинами. Зак был влюбчив - во всех сразу и ни в кого надолго. По поводу непостоянства не испытывал угрызений совести. Вел себя честно: любовницам никогда не обещал жениться, жене никогда не предлагал развестись. Расставался с подругами легко и без страданий, часто без видимых причин. Хотя одна причина всегда имелась в запасе на случай, если девушка требовала объяснений: он женат! И счастлив в семейной жизни - по-своему, но все равно. Какие могут быть претензии?
Больше всего на свете Зак ценил комфорт тела и души и то же самое посоветовал бы делать Марку. Зря он тешит себя надеждой разыскать Тиффани. Если бы любила и хотела вернуться, нашла бы способ связаться с Марком. Для чего существуют телефоны, компьютеры и прочие достижения современности? Даже, если она под контролем или чего-то боится, могла бы улучить момент. Объяснить. Посоветоваться. Дать о себе знать, чтобы не мучить человека. Если до сих пор не сделала, значит, не считает нужным.
Но не стоит навязывать другим собственную мудрость, у каждого должна быть своя. Если Марк хочет, пусть обманывается. Попадет в проблемное положение, Зак не оставит его одного. Поможет чем может - по старой дружбе и из спортивного интереса. Чем черт не шутит, вдруг у него получится? Шансов мало, но в жизни порой случаются удивительные вещи. К тому же фактор удачи еще никто не отменял.
- Ты большой мальчик, сам знаешь, что делать, - уклончиво ответил Зак.
- В том и дело, что не знаю...
- Могу сказать одно: чтобы ты не слишком много ожидал. Приготовься к худшему варианту. Если он случится, настройся идти дальше. Не случится - твоя удача. Не знаю, чем тебя привлекла эта загадочная Тиффани, но она не единственная в Лос Анджелесе симпатичная курочка.
Марк помолчал. Единственная? Не единственная? Глупые определения. Она – то, что нужно.
- Я тебе уже говорил. Тиффани особенная. Ее невозможно описать словами, только ощущениями. Такая хрупкая... Бесхитростная, бескорыстная. Не строит из себя диву. Не врет, лучше промолчит. Желания не таит. Не боится выглядеть слабой. Но и в обиду себя не даст. Она в балансе. Непохожа на современных, как ты говоришь, курочек, которые кудахчут о своей независимости, а чуть что – бегут за помощью к петуху.
- Ах, не относись слишком серьезно к феминисткам. Они, как дети, которым вдруг многое позволили. Думают, что это их собственное достижение, и орут про то на каждом углу - чтобы прежде всего убедить самих себя. Думаю, ненадолго это, поиграют и бросят. Вернутся к старым, добрым традициям патриархата, когда мужчина находился на лидерских позициях. Впрочем, одно достижение эмансипации мне очень даже нравится - то, что женщины принялись экспериментировать в постели. Это единственное место, где я уступаю им инициативу. Кстати, про секс. Ты слышал о новой позе, называется «Гудини»?
- Не слышал.
- Классная придумка. Одно условие – выполнять следует на первом этаже или в комнате с балконом. Говоришь девушке, что хочешь войти сзади, ставишь в позицию и зовешь друга. Он входит в нее, а ты потихоньку выбегаешь и машешь в окно. Представляешь ее удивление? Супер-трюк. Ха-ха-ха!
- Уже опробовал?
- Нет еще. Хочешь поучаствовать?
- Ты сумасшедший.
- Я про тебя недавно думал то же самое.
Зак поерзал в кресле, устроился поудобнее, положил правую руку на дверцу. Ночью хорошо заниматься двумя вещами: или сексом, или философией.
- Во всем надо знать меру. В эмансипации и в ее противоположности. Взять тех же амиш. Удобства цивилизации - телевизоры, телефоны и прочее не признают. Электричеством не пользуются. Одеваются в темные, бесформенные вещи и годами носят одно и то же. Ездят в повозках, запряженных лошадьми. Лечатся природными средствами. Короче, живут по стандартам давно ушедших времен и наверняка так же занимаются сексом. По-миссионерски: в темной комнате, закрыв глаза, не снимая пижам и ночных рубашек. Бедные их жены. Они – лишь машины для производства младенцев. О том, чтобы получить удовольствие от процесса, нельзя мечтать.
- Религия не позволяет, - вяло отозвался Марк.
- Жить ради исполнения религиозных заповедей по меньшей мере глупо. Жизнь слишком коротка, радуйся, что существуешь! Я бы на месте их женщин восстал. Потому что в современном мире есть вещи поинтересней, чем постоянно быть беременной или кормящей. Самая примитивная эксплуатация женского организма, которую следует запретить на государственном уровне. У амиш представление: чем больше детей – тем лучше. Иметь меньше шестерых неприлично. В Пенсильвании их население за двадцать лет увеличилось вдвое. Считаешь, нормально? – с возмущением вопросил Зак и повернулся к другу за поддержкой.
Поддержки не получил. Проблемы воспроизводства среди амиш Марка волновали в последнюю очередь. Скорее, не волновали вообще. Пенсильвания находится в другом конце страны, ее жители представляются человеческими динозаврами, сохранившимися в отдельно взятом штате. Что с них взять?
Но спасибо другу, что старается его развлечь, чтобы забыл про напряжение, которое в другом случае росло бы с каждым километром. Вдобавок за разговорами дорога кажется короче, давно известный закон.
- Как тебе другое сексуальное отклонение – полигамисты? – спросил Марк, задавая новую тему.
- Ужас. Идея, вроде, неплохая: один мужчина и несколько жен. Но исполнение… У них там сплошная ревность, инцест и опять же бесконтрольное размножение! Нам не от Мексики надо стеной отгораживаться, а от Юты, чтобы не распространяли свой разврат на другие штаты. Вообще, знаешь – за что я люблю Америку?
- Потому что в ней находится Техас?
- Это само собой. Еще за многообразие и свободу выбора. Здесь каждое извращение существует совершенно легально и находит последователей.
- Пусть. Они далеко. К нашему делу отношения не имеют.
- Да, про дело. Я вот что хотел спросить. Если та «Орхидея» окажется Тиффани, что предпримешь?
- Странный вопрос.
- Ничего не странный. Ты же знаешь репутацию девушек из ночных клубов. Вдруг она не так чиста и невинна, как тебе ка…
- Старки, давай без пошлостей, – незлобиво перебил Марк. – Веди себя. Ты же еще не пьяный.
Зак попытался смягчить попытку выступить в роли святоши.
- Я и когда пьяный корректный. Ты разве не замечал?
- Замечал. Интересно, а когда ты некорректный?
- Наедине с собой. И с тобой. – Зак шутливо потрепал плечо друга. – Не печалься, амиго! Найдем твою Тиффани. Я почему-то уверен.
- Хорошо бы.
Через минуту «Мерседес» завернул на платную парковку на заасфальтированном пустыре в двух кварталах от «Анаконды». Пока поднималась крыша, Марк сидел неподвижно, глядя на решетчатую ограду стоянки. Девиз этой ночи - «все или ничего». Если верить Старки, больше шансов у «ничего», Марк склонялся к тому же и хотел отсрочить.
Зак подумал – друг сомневается, стоит ли продолжать. Спросил:
- Ты в порядке?
- Да.
- Хочешь вернуться домой?
- Нет. – Даже если процент удачи ноль целых, ноль десятых, без попытки не отступит.
На Авеню Фонтанов все было в точности как три дня назад, пожалуй – побольше народу. Операцию друзья договорились провести следующим образом. Марк заступит на пост в каком-нибудь заведении поблизости, Зак отправится на разведку. Если появятся новости, сообщит по телефону или явится сам. В зависимости от добытой информации вместе будут решать, что делать дальше.
На тротуаре перед клубом приятели расстались. Марк постоял, огляделся, выбирая место дислокации. Напротив «Анаконды», на другой стороне улицы увидел вывеску с названием «Ароматный каппучино. Кафе» и чашечкой, из которой исходит мерцающий дымок. Двинулся туда, не очень надеясь найти свободное место.
Заглянул в окно. Полно публики, предпочитающей проводить ночь в кафе, а не в кровати. Зал просторный. Пол, потолок, мебель и барная стойка - из темного дерева, цветом похожего на поджаренные кофейные зерна. Столы прямоугольные, без скатертей, на шестерых, четверых и двоих. Белые лампы с абажурами в виде молочных капель, у которых срезано дно. Официанты одеты по принципу «белый верх, черный низ», выглядят аккуратно.
Это не дешевая забегаловка, где едят трехэтажные чизбургеры, запивают колой и рыгают вслух. Не дорогой ресторан, где заказывают изысканные блюда, пьют вино и танцуют под медленную музыку. Это заведение хорошего среднего уровня, где согласно выставленному меню подают легкие закуски, десерты и свежесваренный кофе разных сортов. Алкоголь – до 3 ночи.
Подойдет.
Хорошо, что на входе не стояли вышибалы, Марк проникся к ним антипатией и, если бы заметил, повернул назад. Внутри шум: посетители и музыка пытались заглушить друг друга, кондиционеры работали на полную мощность. Когда Марк прошел под одним, его обдало холодом как сухим водопадом.
Администратор спросил:
- Вы один или…
- Я жду товарища. – Если сказать
