еврейский этаж: третий...
Вымученно рассмеялся Борис и ревниво глянул на ладонь супруги. То, что вся его последующая жизнь будет зависеть от настроения обладательницы этой широковатой для девушки, короткопалой ладони он понял сразу по приезду в Москву.
Александра довольно быстро обросла самыми разнообразными но как понимал Борис практически жизненно-необходимыми связями. С утра до вечера в их квартире ошивались какие-то странные личности: актеры кино и театров, музыканты и начинающие поэты, побитые жизнью и старческой перхотью режиссеры и сценаристы, директоры кафе и магазинов. Все чаще и чаще супруга возвращалась домой поздно вечером, а то и за полночь, обычно в подпитии, расхристанная, с распухшими губами. В Москве после победы активно действовал черный рынок, где можно было купить практически все, начиная от черной икры и заканчивая модными парижскими туалетами. Ей уже катастрофически не хватало денег, что зарабатывал Борис в Москонцерте, и ему частенько приходилось подрабатывать в ресторанах, где его выступления почти всегда проходили на «ура».
Все чаще и чаще, Борис стал замечать, что он уже не с тем радостным как раньше настроением выходит на сцену, что стук метронома в часы дневных репетиций вызывает в нем глухую волну отчуждения, а на свои лаковые туфли с двойными профессиональными теп - набойками смотрит как на врагов.
А назидательные фразы супруги, в которых все чаще и чаще стали звучать мудреные словечки типа: step-ball,Scuffle или Ball change, значение которых, как он догадывался, она и не предполагала, бесили его все отчетливее и откровеннее. Но больше всего его бесило то, что Александра каким-то хитроумным образом в эту квартиру, умудрилась прописать только себя. Он же был прописан временно, без права наследования. Так что в случае развода (о котором он все чаще и чаще задумывался), Борис бы остался тем, кем был и раньше: сыном врагов народа, без прав и жилплощади…Год протекал за годом удивительно медленно и убийственно однообразно. Танцор, внешне оставаясь все таким же аккуратным и лощеным, внутренне опускался все ниже и ниже. Он затаился, по-настоящему возненавидел супругу, считая ее единственным виноватым в его однообразном и убогом существовании.
Постепенно Борис смерился со своей пусть и не слишком достойной настоящего мужчины ролью неумного и недалекого человека. Мужчинка, как иной раз презрительно обзывала его супруга, в очередной раз, вернувшись пьяной и под утро.
- Что ж ты, ****ь, за мужик-то такой, Калиткин!?- иной раз искренне поражалась его спокойствию Александра, уже особенно не скрывая темно багровых следов от засосов, в последнее время все чаще и чаще украшающих ее шею и полные груди.
- А вдруг я, ты меня слышишь, мужчинка(?), вдруг я, Русских Александра Валерьевна тебе изменяю? А, Калиткин?...Ты как тогда поступишь? Убьешь меня, или простишь? Ну, правда, интересно.…Ну и хули ты, молчишь, Боренька?
Борис молчал, терпеливо раздевал пьяную супругу и, уложив ее в кровать тихонько, на цыпочках уходил на кухню, где приложившись к крану, долго пил холодную отдающую хлором и металлом воду, заливая острую ненависть к Александре.
Мысленно он давно уже приговорил свою супругу, но однажды подслушанный им ее телефонный разговор, вынудил Калиткина продолжать терпеть выходки пьяной и ****овитой Александры. Уж кого и как сумела эта оборотистая женщина обработать, но его записали в запасной состав труппы советского цирка готовившегося к большим гастролям по странам Европы. Она получила странную, ни к чему не обязывающую должность второго администратора.
Весь последующий, 1956 год пролетел с головокружительной скоростью. Гастроли в Бельгии, Англии, Франции.
Унизительное ожидание в приемной консульства Франции. Прошение политического убежища как для сына врагов народа. Выступление по радио и статьи в газетах. Гневная нота правительства СССР. Официальное презрение всего советского народа…Бесконечные проверки, репетиции и выступления в блистающих «Мулен Руж» и « Парадиз Латин». Неожиданная и полная импотенция, когда даже срамные открытки, задорого купленные у консьержки, не помогали ему, в постели изображать страсть по обрюзгшему, рыхлому телу Александры.
Удивительно, но Борис со своей русской техникой степа неожиданно пришелся по вкусу избалованным парижанам. Публика приходила в кабаре иной раз только полюбоваться на его выступления, а полное отсутствие у русского танцора интереса к дамам, служило только на руку Борису. О нем пошли сплетни, его записали в гомосексуалисты. Вскоре о талантливом танцоре заговорила пресса.
Находясь постоянно в гуще людей, Калиткин довольно быстро освоил французский язык, в отличие от Александры: та даже в ближайший магазин выходила только с разговорником.
…Борис довольно скоро понял, что век танцора в кабаре не долог, по совету импресарио втайне от супруги открыл счет в банке и еженедельно пополнял его.
- Медленно, но верно, дорогуша…- Мысленно посмеивался он над своей супругой, довольно скоро спустившей все свои драгоценности тайком вывезенные из России.
Александра уже откровенно спивалась. Не имея за душой ни профессии, ни образования, она необыкновенно быстро поняла, что Париж это не Москва, а Франция не Советская Россия, и надеяться на помощь знакомых и родственников из всесильной конторы уже не приходится.
Саша попыталась изобразить из себя любящую жену и домовитую хозяйку, но Бориса, подобная ее метаморфоза лишь позабавила. Он, столько лет постоянно и прочно унижаемый там, на Родине, во внезапно вспыхнувшую Сашину любовь не поверил. Более того, он словно нарочно после каждого своего выступления приносил домой бутылку алкоголя, а поутру находил лишь пустую посудину. Первое время, Александра, словно догадываясь о замыслах своего благоверного, пыталась с головой погрузиться в Православие, но с каждым днем ей, спивающейся, все труднее и труднее давались долгие стояния в храмах, а из всего мало-мальски относящегося к религии, у нее в душе осталось разве что внешнее проявление набожности: куличи да крашенные к пасхе яйца…
Уже через пару лет, по квартире в ожидании мужа и естественно алкоголя, на дрожащих ногах с трудом передвигалась опустившая, отвратительно быстро состарившаяся Александра. Иногда она словно пробудившись от алкогольного забытья, старалась привести себя в порядок и встретить супруга во всеоружии, подкрашивала губы и глаза, но дрожащие руки алкоголички могли создать лишь грубую маску, жалкую пародию на ту Александру, что совсем еще недавно блистала в Москве среди жен высших офицеров…
…Борис, уже многие месяцы спавший от жены отдельно, однажды под утро проснулся от громких булькающих звуков. Супруга, слепо ерзающая по сбитым, не свежим простыням, сотрясалась от бурных приступов тошноты.
Еле сдерживая брезгливость, Борис бросил Александру на спину, и крепко зажал ладонью широко разверзнутый рот единственной дочери директора Федоровского детского дома номер тридцать четыре, досадливо морщась при каждом рвотном ее позыве.
Минут через десять, чистоплотный Борис Калиткин, ополоснул руки и, придав лицу скорбное, подобающее случаю лицо, спустился вниз, через консьержку вызвал неотложку.
- ... Votre ;pouse, M. Kalitkin ;touff; vomir. Dans un r;ve ... Il arrive assez souvent ... S'il vous pla;t accepter mes condol;ances.*******- Проговорил аккуратный старичок- врач, сидя за столом и выписывая бумаги неизбежные в подобных случаях.
- Да, да. Конечно. – Проговорил расстроенным лицом Борис и, вложив в кармашек врача несколько хрустких купюр, закрыл за ним дверь.
– Я знаю, что подобное случается сплошь и рядом…я знаю…
…Когда труповозка уехала, вдовец застелил кровать свежим, накрахмаленным бельем и аккуратно раздевшись, вытянулся на постели.
- Bonne nuit, Monsieur Kalitkin.-********Улыбнулся он в еле прозрачный утренний сумрак и тот час же уснул.
Он.
…Расстелив на скамейке аккуратно, до твердой складки выглаженный носовой платок, Борис Сергеевич вынул из небольшого бумажного пакета пару бутербродов с курицей, нарезку сыра в крупную дырку и небольшую плоскую бутылочку с бренди.
- Да Александра, бренди…. – Буркнул старик, равнодушно посмотрел на крест и плеснул чуток в одноразовый молочно-белый стаканчик.
- Наверное, в таких случаях полагается пить водку, но ты уж прости меня, старика, дражайшая ты моя Сашенька. Никогда водку не пил, даже по молодости, так что не обессудь, переучиваться не буду…
Калиткин выпил, не торопясь закусил и с удовольствием закурил.
Небольшая тонконогая синичка безбоязненно подлетела к ногам старого танцора и завертела головкой.
- Ишь – ты, смелая какая!- поразился Борис Сергеевич и, наклоняясь, аккуратно положил оставшийся бутерброд на песок.
- Ну, теперь тебе на весь вечер хватит что поклевать - усмехнулся старик, распрямляясь, и вдруг резкая, нестерпимая боль вспыхнула где-то в груди, глубоко под ребрами.
- Ах е…- Выдохнул Калиткин и грубо, кульком свалившись со скамьи засеменил ногами, часто и резко, выворачивая каблуками блеклые пучки травы…
- Больно. Больно – то как, Господи…Больно.
Старик громко закашлялся и, забившись под скамейку, затих.
- Боооммм- Боооммм- Боооммм…-многократно отражаясь от стен Sainte-Genevi;ve-des-Bois заметался дребезжащий колокольный звон небольшой часовенки возведенной на старой территории…
- Боооммм- Боооммм- Боооммм…- небольшая синичка нервно тряхнула головкой и косясь бусинкой глаза на неподвижное тело старика в три прыжочка достигла бутерброда, исковерканного и расплющенного коленями упавшего старика.
- Боооммм- Боооммм- Боооммм…- прохладный вечерний ветер высвободил умирающее колокольное эхо и швырнул его высоко в небо, туда, где оно вскоре полностью растворилось среди холодных и равнодушных звезд…
Она.
…Уже давно остывшее тело Златовратской, скрюченное и окоченевшее над удочкой, совершенно случайно, ранним утром обнаружил темноволосый, практически не знающий русского языка дворник-таджик, в пестрой безрукавке с крупными буквами на спине.
…- Ох, алла…- шептал дворник, опасливо оглядываясь по сторонам, а пальцы его, смуглые и жесткие уже отдирали руки старухи от простенькой удочки…
…Дрожащие, по-утреннему блеклые фонари все еще колыхались в черной воде Москвы – реки, когда за спиной Златовратской прозвучали шаркающие шаги уставшего, вымотанного за ночь врача скорой помощи, все ж таки вызванной дворником-таджиком, практически не знающего русского языка.
Выражения на французском языке встречающиеся в рассказе и их перевод:
* Que souhaite m. ? Le caf; ? L'eau-de-vie - Что желает месье? Кофе? Бренди?
** - Je demande прощенья ; m., je vous ai compris pas tout ; fait ? - Прошу прощенья месье, я вас не совсем понял?
[font="Trebuchet MS", Helvetica, "DejaVu Sans", "Lucida Grande", "Lucida Sans Unicode", "Lucida
