В свою очередь, множественно-единое активное (сознание) преобразует указанным выше нами образом дискретные обновляющиеся структуры голографической проекции в известный нам континуум с пространством, текущим временем, движущимися объектами [там же].
Жизнь в ее самых разнообразных проявлениях возможна только в конечном, в локальных временных лакунах; она и есть то несовершенное, являющееся, в котором может расти и развиваться сознание, одолевая разные сущностные пороги, или относительные истины бытия, стремясь к совершенству через прохождение бесчисленных жизней в несчетных мирах, но, не достигая совершенства никогда, и поэтому никогда не останавливающаяся.
Сознание, а не человек, точнее, сознание посредством субъекта действий – человека – через его ощущения сначала «извлекает» истинный, то есть адекватный для существования и развития как человека, так и его индивидуального сознания, мир из безграничного Единого, а затем через того же человека проходит череду заблуждений и открытий не для того только, чтобы обрести многознание, но, прежде всего, чтобы определить себя же в жизненных коллизиях, где оно может не только приспосабливаться к окружающему, но и, благодаря определенной отделенности от бытия, или самосознанию, способно действовать свободно, стремясь к бытию, отстраняясь от него и снова соединяясь с ним.
Поэтому истинность или ложность всего проходящего индивидуальное сознание определяет только через себя и на себе испытаниями в соблазнах и терниях, пытаясь найти свой кодекс чести. Поэтому не следует искать критерий истины или саму истину в каком угодно внешнем, будь то Бог, судьба, случай; сознание есть у каждого человека, оно им руководит, оно его и создает, как и все вокруг, оно вместе с ним развивается, к нему и надо обращаться, потому что выше его нет ничего; тем более известно, что его проявлением является совесть.
Таким образом, одна из немногих основополагающих истин, по крайней мере в нашем мире, состоит в способности принятия существом с самосознанием решений пусть даже и ошибочных, но формулируемых им самим, и осуществлении соответствующих действий при опоре на проявленное им бытие в ходе информационного процесса, связывающего сознание и Единое, в котором первое распознает второе ради последующего узнавания сознанием самого себя.
Никаких абсолютных истин, поняв которые, можно остановиться и застыть в собственном совершенстве, не существует, поскольку единственный смысл действий сознания в мироздании состоит в бесконечной реализации и узнавании себя каждый раз в конечном; в прохождении бесконечно разнообразных в своих проявлениях коллизий, в приближении каждый раз сквозь череду заблуждений к сущностям являющегося в веренице событий, то есть в смещении от одного уровня понимания сущего к другому в различных измерениях.
Следует вместе с тем отметить, что всюду любой человек сталкивается с противоречиями в определении истинного и ложного. Но так и должно быть, потому что путь к истине, точнее, от явления к сущности труден и постижение истины на любом уровне происходит в течение многих жизней, сквозь целый ряд ошибок, заблуждений, а также в прохождении от сущностей одного уровня познания к сущностям совершенно иного уровня.
Кроме того, за обманом может скрываться та локальная истина, без которой невозможно выжить целому роду, и поэтому исключить ее из ряда сущностей-истин, способствующих сохранению всего рода, нельзя.
Без этого многозначного и противоречивого пути самой жизни и познания ее законов невозможно развитие сознания и обретение им большей свободы, или больших возможностей для реализации собственных стремлений в попытках решить проблему собственной неудовлетворенности, принять на себя любые вызовы, выразить себя так, как хочется.
Наука же в отграничении истинного от ложного не всесильна, во-первых, потому что область ее деятельности ограничена экспериментальной проверкой обнаруженных ею фактов и явлений, что не всегда возможно; во-вторых, сама наука в своем развитии отвергает с течением времени то, что признавала за истинное и признает истинным уже иное: одни законы сменяются другими, одно понимание предметов и явлений меняется на иное.
Хотя, конечно, роль банальных, точнее, житейских истин, обретаемых человеком в течение жизни велика, и она дает ему некое подспорье для приспособления к ней, но слабо способствует развитию сознания.
Более того, животная натура человека, склонная к конформизму, эгоизму, лживости, вспышкам злобы и недоверия, к различным порочным наклонностям и т. п., есть естественный и главный предмет для постоянной борьбы сознания в ипостаси альтруизма самосознания с нею. Собственно, вся жизнь человека и состоит из этой борьбы, но только в ней самосознание человека может укрепиться, поняв, что означают истинная радость, боль, мечты, стремления, подготовив себя для жизни в новых условиях, в новом своем настоящем времени.
Как мы указывали выше, человеческое сознание односторонне отделено от единого сознания, что обязательно для его индивидуального развития, без помощи чего-то и кого-то.
Но, тем не менее, самосознание в живом существе – человеческом ребенке – никогда не проявится без поддержки родителей, родственников и т.д. Отсутствие такого рода общения оставляет ребенка на уровне просто живого, или существа, которое может лишь приспосабливаться к окружающему.
Посредством различных форм общения ребенок довольно быстро осознает себя как личность, обретая способность воздействовать на окружающее, исходя из собственных запросов, стремлений к изменениям вокруг себя и в себе самом.
В основе этого процесса осознания себя в ходе общения, то есть стремления к объединению с остальными людьми, к их пониманию, стремление к совместным действиям не только для получения непосредственной выгоды, но и к действиям по достижению общих целей, заложено коренное свойство сознания – являться не только индивидуальностью и личностью, но и единым сознанием.
Поэтому в бытии, по аналогии с голографической проекцией, все живые существа так или иначе группируются, а самосознающая часть живых существ стремится в коммуникациях не только пробуждать самосознание в своих наследниках, но и в собственном объединении пытается преодолеть собственную животную натуру с ее конкретной индивидуальностью, желающую только питаться, размножаться, доминировать, и стремящуюся выжить любыми способами. Люди создают цивилизацию, культуру, развивая сознание во многих поколениях, но они всё же не способны «истребить» свою животную основу и, как следствие, не могут выстроить общество, в котором отсутствовала бы зависть и разобщение [3].
Так что, истинный смысл существования человека и человечества состоит в развитии сознания, а не в приобретении благ, не в развитии технологий, науки, не в укреплении того или иного общественного строя, не в создании определенного кем-то «справедливого» порядка. Всё это – химеры, но в том и состоит развитие, чтобы среди химер адекватно определить себя, не поддаваться на посулы и прельщения.
Истина «меняет свои одежды» в зависимости от возможностей индивидуального сознания, которое через человека со скрытой помощью единого сознания формирует собственное время, а значит, и собственный мир из определенных единым сознанием и соответствующих индивидуальному сознанию фрагментов пассивного, то есть только того, что «поддается» его органам чувств в Едином, а также только того, что индивидуальному сознанию в человеке по силам, и уже в этом обретенном собственном мире ищет то, что ему помогает жить, становиться лучше перед самим собой, полагая это истинным, и старается избегать того, что ему мешает жить и совершенствоваться, то есть - ложного.
Конечно, на деле всё оказывается намного сложнее, но принцип существования человека в мире состоит именно в стремлении к отграничению истинного от ложного. В противном случае, никакого разумного развития не случается, наступает застой или хаос.
Этот же принцип отграничения истинного от ложного обусловливает возможность свободного развития человеческого сознания, которое способно, если захочет, отделить истину от лжи, хотя последняя часто выгодна с меркантильной позиции.
Сознание же человека, который стремится осознанно воспользоваться ложным, например, корысти ради, замедляется в своем развитии и в определенной степени разрушается, поскольку теряет связь с гармонией проявленного им же бытия, уклоняясь от правильных соотношений сущего.
Такого рода поступки обычно квалифицируются как зло. Хотя в действительности это всего лишь временное заблуждение самосознания - эгоизм, выражающий в превалировании собственных интересов перед интересами соседей; самосознание в конечном счете признает поверхностность своих стремлений, основанных в основном на телесных слабостях и соблазнах, и на болезненных ошибках научится выбирать то, что более приличествует разуму, духу, а не телу.
Всё это тягостно, сложно, длительно и требует не одной жизни. Однако без прохождения борьбы телесного и духовного, точнее, животного сознания и альтруизма в самосознании, не может быть развития самосознания, не может быть достижения все большей свободы для него, или все более полного отрыва самосознания от сковывающего его телесного, животного, эгоцентричного.
Всё, что ни есть на свете, то есть то, что первоначально проявляется в сознании, является истинным, поскольку сознание оказывается способным «выделять» и расшифровывать именно это из безбрежного Единого, или переводить в информацию, формируя тем самым свое собственное время и создавая благодаря этому условия и пространство для событий, то есть собственную жизнь.
Мир, формируемый каждым индивидуальным сознанием, отнюдь не заслуга и способность одного только индивидуального сознания; напротив, всё, автоматически появляющееся вокруг и внутри человека, производится только благодаря связи каждого индивидуального сознания с единым сознанием, которое способствует отбору индивидуальным сознанием из Единого только того, в чем индивидуальное сознание на своем уровне и в своем носителе может жить и развиваться в непосредственном контакте с другими людьми. Именно этим объясняется то, что Христос ставил на первое место любовь и осуждал эгоизм.
[justify]Однако человек
