вещей.
Тютчев в своих стихах воспевал природу России, но, по словам Мережковского: “…славянофил, "народник", воспевающий "эти бедные селенья, эту скудную природу", он даже в течение двух недель не мог ужиться в русской деревенской глуши, в своём родовом поместье Брянского уезда.”
“Ах, нет! не здесь, не этот край безлюдный Был для души моей родимым краем. Ах, и не в эту землю я сложил То, чем я жил и чем я дорожил…”
«Ни звуков здесь, ни красок, ни движенья.Жизнь отошла - и, покорясь судьбе,В каком-то забытьи изнеможенья,Здесь человек лишь снится сам себе.”(«На возвратном пути»)
Тютчев, чья любовь к России никогда не оспа-ривалась, тем не менее говорил: “У меня не тос-ка по родине, а тоска по чужбине.”
В письме жене 25 мая 1857 года из Петербурга: «Что за страна, Боже мой, что за страна! И не достойны ли презрения те, кто в ней остаётся.””
“Русская История до Петра Великого - одна панихида, а после Петра Великого - одно уголовное дело.” - Ф. Тютчев
Аксаков о Тютчеве: “ [Oн] только и думал о том, как бы бежать из России.”
Фраза Тютчева недаром была растиражирована в постсоветское время. Она оправдывала соци-альную пассивность и отсуствие реальных ре-форм.
Дореволюционная российская интеллигенция с одной стороны не могла принять “Веру” Тют-чева как принцип отношения к российской действительности и, в тоже время, принимала идею неспособности народа осознать её разу-мом.
Горький: “... русская мысль больна страхом пред самою же собой; стремясь быть вне разумной, она не любит разума, боится его.”
Иван Павлов, академик, физиолог: “… русская мысль знает только слова и не хочет прикос-нуться к действительности.”
“Давно пора, ебёна мать, умом Россию пони-мать!”Игорь Губерман
Не в состоянии понять страну отвергающую разум, Запад застывал от страха перед её не-предсказуемостью. Как говорил Бисмарк: «Никогда не воюйте с русскими. На каждую вашу военную хитрость они ответят непред-сказуемой глупостью».
Русская история отличается каким-то особым отсуствием здравого смысла. Один из примеров - завоевание Сибири. Сибирь - кладовая полез-ных ископаемых, но подавляющее большинство месторождений находятся в труднодоступных и безлюдных местах. Реальное освоение богатств Сибири было невозможно ни вчера ни сегодня, для этого нужны были огромные вложения в течении десятилетий. Сибирь, как часть России, существует уже более 400 лет, но до сих огром-ные территории безлюдны и не освоены.
Для чего же России нужна была Сибирь? С точ-ки зрения экономики огромные, бесплодные и безлюдные территории были бесполезны. Но, захватив Сибирь, Россия превратилась в насто-ящую империю – государство, владеющее коло-ниями. Россия стала величайшей империей ми
ра с 1/6 частью сухопутной территории пла-неты. Имперская спесь возобладала над здравым смыслом.
О справедливости и жестокости русского характера.
«Высшая и самая характерная черта нашего народа – это чувство справедливости и жажда её». (Ф.М. Достоевский)
Почему русский человек всегда истово ищет справедливость? Может быть оттого, что в его жизни ее всегда было так мало?
Де Кюстин: “Среди бела дня на глазах у сотен прохожих избить человека до смерти без суда и следствия - это кажется в порядке вещей пуб-лике и полицейским ищейкам Петербурга. Дворяне и мещане, военные и штатские, бога-тые и бедные, большие и малые, франты и оборванцы - все спокойно взирают на проис-ходящее у них на глазах безобразие, не задумы-ваясь над законностью такого произвола. … и из такого произвола, составляющего жизнь каж-дого человека, рождается то, что здесь называ-ют общественным порядком. ”
.«Главной чертой российского национального характера является жестокость, и то жесто-кость садистическая. Говорю не об отдельных взрыв-ах жестокости, а о психике, о душе народной. В 1917-1919 гг. крестьяне закапывали пленных красногвардейцев вниз головой так глубоко, что из земли торчали ноги. Потом смеялись, как те ноги дёргались. Красногвардейцы же сдирали из живых пленных деникинцев кожу, забивали гвозди в голову, вырезали кожу на плечах, как офицерские погоны… Кто был более жесток: белые или красные? Вероятно - одинаково, ведь и те и другие - русские " - Горький Максим (1922)
Михаил Шолохов в письме Сталину в период коллективизации:
“В Ващаевском колхозе колхозницам обливали ноги и подолы юбок керосином, зажигали: "Скажешь, где яма с зерном? В этом же колхозе допрашиваемую клали в яму, до половины зарывали и продолжали допрос.
В Верхне-Чирском колхозе комсодчики ставили допрашиваемых босыми ногами на горячую плиту, а потом избивали выводили, босых же, на мороз.
В Колундаевском колхозе разутых до боса колхозников заставляли по три часа бегать по снегу или допрашиваемому колхознику наде-вали на голову табурет, сверху прикрывали шубой, били и допрашивали.”
Унижение человека и презрение к человеку — это не признак советской эпохи, оно имеет глубокие корни в русской истории:
“Московитам врождённо какое-то зложела-тельство, в силу которого у них вошло в обычай взаимно обвинять и клеветать друг на друга перед тираном и пылать ненавистью один к другому…” А. Шлихтинг. Шесть лет1554-1560 провел в России, в качестве переводчика ита-льянского врача, бывшему на службе у царя.
Через 300 лет после Шлихтинга Чаадаев пишет: "Наше общество … в нем отсутствует обще-ственное мнение и господствует циническое презрение… к достоинству человека."
Через 100 лет после Чаадаева презрение к чел-овеку пропитало все сферы советской жизни, начиная с верхушки власти. Сталин презирал своих соратников, его соратники свою ном-енклатуру, номенклатура весь народ а народ номенклатуру и самого себя.
Понятие “презрение” не является общеупот-ребительным, в русском языке чаще исполь-зуется слово хамство. Хам унижает других по-тому, что сам унижен.Хам не уважает других, потому, что не испытывает уважения к самому себе. Да и за что ему себя уважать если его били всегда и везде те кто, хотя бы минимально, имел власть над его жизнью.
Хамство - реакция на жестокость, непримири-мость и максимализм российской жизни- качес-тва, уходящая в далекую историю.
Читая лекции в Корнельском университете аме-риканским славистам, Владимир Набоков пред-принял огромные усилия, чтобы разъяснить студентам суть непереводимых русских поня-тий, таким как хамство. Обращение к сино-нимам ему не помогло, потому что понятные американцам слова insolence (наглость), rude-ness (грубость) и impudence («нахальство»), даже английское boorishness глубинную сущ-ность русского «хамства» не отражают. Хамство- органическая часть взаимотношений в России, совершенно непонятного иностранц-ам.
Хамство выражается не только в отношениях, оно часть мироззрения, мировоззрения патрио-тов. Квасные патриоты истово верят в то, что российская культура - величайшая в мире, но не имеют о ней ни малейшего представления. Чем громче человек заявляет о своем патриотизме, тем меньше он знает об истории своей страны, о своей национальной культуры, тем хуже он пишет по-русски, и тем хуже он умеет формули-ровать свои мысли.
Послания патриотов на Интернете выделяются вопиющими неграмотностью, косноязычием и обильным употреблением самого грязного мата
так как не способен на созидание и любовь. Он способен только на разрушение и ненависть. Русский патриотизм ярче всего проявляется в ненависти к другим.
"Ненависть это высшая форма русского патриотизма."
“Хотят ли русские войны? Хотят! Им нужен враг, им нужно кого-то ненавидеть. Потому что ненависть - единственное, что позволяет объединиться и испытывать общенацио-нальный оргазм, синхронный. Злоба хорошо объединяет академика и милиционера, поло-тера и генетика.” А.Невзоров
Быть патриотом означает в первую очередь ненавидеть чужаков:
Ненавидят выходцев из Средней Азии - потому что чурки.
Кавказцев - потому как черножопые.
Китайцев и всех азиатов - из-за их косорылости.
Евреев - потому что жиды пархатые и умные шибко.
Американцев - ибо пиндосы.
Белорусов - потому что бульбаши.
Патриот не приемлет ни фактов, ни логики и правды. Для него правда неприемлима, потому, что она разрушает фундамент его великодержа-вной спеси.
Попробуйте объяснить среднему американцу, что такое русский патриотизм. Что, как только родился, он в неоплатном долгу перед Америкой, и что бы ни сделал, никогда этот долг не выплатит, а так и останется вечным должником. Американец просто подумает, что вы сошли с ума.
Язык патриота пестрит воровским жаргоном, блатной феней. Через нее он выражает свое видение мира.
Миллионы, вернувшись из Гулага в мирную жизнь, привнесли этот язык несвободы, котор-ый растворился в повседневном языке.Естественно, что язык криминального мира ор-ганично вошел в повседневную речь так как наиболее точно отражал общественные отно-шения в которых общепринятые во всем мире правила общечеловеческого общежития были отвергнуты.
Когда советский режим поставил большинство населения в материальное и правовое поло-жение близкое к тому, что и тех кто провел много лет за колючей проволокой, воровской жаргон стал частью повседневной речи. В нем подвергнуты откровенному презрению общес-тво, семья, любовь, дружба, честь, милосердие. Под чудовищным прессом государства эти кач-ества постепенно стали исчезать. Они стали не употребимы в атмосфере всеобщей подозри-тельности и ненависти в войне всех со всеми.
Игорь Фесуненко (журналист-международник и бывалый путешественник): «Я объездил более ста стран, но более хамской страны, чем Россия, простите, не видел...».
Сергей Довлатов: «Я живу в Америке, причём не просто
