Это сильное чувство. Это единственное чувство, неподвластное времени и старости. Тот, кто умеет летать, знает это. Тот, кто не умеет летать, мечтает об этом.
Если у того, кто по-настоящему летал, отобрать в жизни всё, он отдаст всё. Но не свои руки, которые способны поднять его наверх. Он умрёт, но не расстанется со способностью ЛЕТАТЬ. Он будет верить, что полёт неподвластен ещё и смерти.
Пушистый понял, что на земле думал о всякой ерунде. На земле с ним происходила всякая ерунда. И что он сам до этого момента был ерундой. Он пожалел Незнакомца. Если бы то было возможно, он отдал бы на пару часов ему свои руки. Пушистый был уверен, что, спустившись, Незнакомец стал бы иным.
Он летел и сильнее, чем прежде чувствовал ветер и воздух.
“Наверное, Художник стал художник потому, что смог летать...”
Опять прогремел гром. Третий.
Боль почувствовал Пушистый. Боль около шеи. Летать стало сразу трудно. Сознание поплыло и завертелось. Дышать стало невозможно.
Он стал падать вниз
Вспышки тьмы и темноты... Туман...
...низ и верх стали меняться местами..
...он начал догадываться, что сейчас умрёт. “Зачем же я тогда жил?” – была его последняя мысль.
Он был готов ответить на этот вопрос.
