лицо любимой, она радостно воскликнула:
- Стелла, любовь моя! Ты позвонила мне!
(Таксист посмотрел в зеркало и улыбнулся.)
- Кира, ты дома? В галерее? В гостях? Где ты?
- Дома. Я дома! Как я рада! Ты, судя по всему, закончила книгу? Поздравляю!
- Да. Значит, ты дома…
- И очень, очень, очень соскучилась по тебе, Стелла!
- Ты похудела, Кира. Много работаешь? Дописала книгу?
- Осталось немного. Собиралась доработать финальную сцену пьесы. Но это уже не так важно. Ах, любимая, как я ждала этой минуты! Как верила в неё. Я боюсь этого мира, этой жизни…
- Я не боюсь! Вылетаю к тебе первым же рейсом. Мы, поверь мне, разберёмся с твоей фобией. Обещаю, любовь моя…
(Таксист покачал головой.)
- Стелла, ты… ты… назвала меня – «любовь моя». А я всё ждала, когда же?..
- Как только куплю билет, сразу сообщу тебе рейс и время. Жди!
Стелла положила телефон в сумочку, достала красные перчатки и решительным голосом сказала:
- В аэропорт! В Кёнигсберг! К Кире! К Канту!
- Уже едем, - сказал внимательный водитель такси. – Так Вам в международный аэропорт? – уточнил он.
- В Калининград! – ответила Стелла.
- Ясно!
- Так и сделаем! – добавила она.
Перед отлётом к Кире в аэропорту Стелла стояла у кассы и ждала, когда же наконец парень-кассир выдаст ей билет до Калининграда. Вдруг она почувствовала на себе чей-то взгляд. Она обернулась. В двух шагах от неё стояла девочка в чёрной курточке и в джинсах, с распущенными волосами, похожая больше на ангела, чем на ребёнка, и смотрела на неё. Стелла улыбнулась ей. Рядом с девочкой стояли её родители.
Девочка спросила:
- Можно, я Вас поцелую? Вы такая красивая леди!
Стелла от удивления ничего не ответила.
Отец девочки резко сказал:
- Глория, что ты такое говоришь? Ну-ка иди ко мне. Ты что себе позволяешь, малыш?
Отец поднял Глорию на руки, извинился перед Стеллой и направился в кафе, но Стелла остановила его и спросила:
- Извините, вашу дочь зовут Глория?
- Да. Это вы извините её. Она у нас такая взбалмошная. Говорит всё, что ей придёт в голову.
- Так и поступай всегда, Глория. Вы не будете возражать, если она меня поцелует? Это для меня так важно…
- Важно? – удивился отец девочки и посмотрел на жену.
- Пусть поцелует, Евгений, если для неё это так важно… - разрешила супруга.
- Спасибо!
- Отец опустил дочь на пол, и она стояла и ждала, когда же Стелла наклонится. Стелла присела на корточки и сказала: «Ты можешь, если ещё хочешь, Глория, поцеловать меня». - «Хочу», - ответила девочка и поцеловала Стеллу. И этот поцелуй, длившийся всего пару секунд, напомнил Стелле о её детстве, когда она вот так же, как сейчас эта девочка, попросила разрешения у Глории поцеловать её. Глория, присев на корточки, сказала: «Конечно, милая моя!»
На глазах у Стеллы появились слёзы.
«Это знак! Теперь Глория целует меня! Маленькая Глория! Значит, Глории и Андрею на небесах понравилась моя книга о них», - вздохнула с облегчением Стелла, прижав к груди девочку.
- Вы плачете? – спросил отец девочки.
- Ничего, ничего, - вытирая слёзы, ответила Стелла.
- Что Вы мне скажете? – спросил ангел.
Стелла рассмеялась и, вспомнив слова, которые ей сказала Глория, повторила их точь-в-точь:
- Будь всегда открытой, и ты многого добьёшься в своей жизни. Знай себе цену и никому никогда не позволяй её занижать. Ты всё поняла?
- Да. Ваши слова отпечатались в моей голове.
Услышав странные и загадочные пожелания незнакомки в адрес дочери родители переглянулись.
- А как зовут Вас? – спросила маленькая Глория, улыбаясь, во рту у которой не было двух передних зубиков.
- Стелла Демидова, - ответила наставница.
Отец девочки, услышав имя и фамилию незнакомки, с удивлением спросил:
- Вы Стелла Демидова? Писательница? Глазам не верю.
- Вы читали мои книги? – целуя Глорию в щёчки, спросила Стелла.
- Это честь для нас! Вы так молоды и талантливы. Конечно же, читал. Я преподаю в Лондоне русский язык и литературу. Евгений Петрович, - представился мужчина. – А это мать моей дочери – Наталья Петровна Штерн.
- Очень приятно, - сказала Стелла, которую окликнул кассир, - но мне уже пора. Глория, возьми эту коробку конфет. Ей можно? – спросила Стелла родителей Глории.
- Ну да. Возьми, доченька, - разрешила мать.
- Спасибо! А как я узнаю, какая в них начинка?
- А это шоколадная рулетка, - ответила Стелла.
Стелла помахала рукой Глории, взяла билет и пошла на регистрацию.
- Ты знаешь, кого ты поцеловала, Глория? – спросил отец свою взбалмошную дочь.
- Тётю Стеллу. Она…
- Знаменитая писательница, хоть так ещё молода. Как только тебе удалось из всех людей в аэропорту…
- Это знак, милый, это знак, - целуя дочь в губы, ответила мать.
- Как она ещё молода! – подчеркнул отец. – А прочитаешь её рассказы и думаешь, что написала их женщина хорошо знающая жизнь. Женщина, которую многому научила судьба…
- Кира Альтова тоже хороша. У неё такие потрясающие рассказы и удивительные новеллы, - добавила мать. – Есть что-то в них общее, да, Евгений?
* * *
У Киры дома
СТЕЛЛА ПРОСНУЛАСЬ в хорошем расположении духа. Они с Кирой провели романтическую ночь, к тому же она хорошо выспалась. Она потянулась, осмотрела комнату и увидела картину:
- Боже мой! Не может быть! – вставая с постели, воскликнула она.
Кира, услышав громкое восклицание, открыла глаза. Она увидела Стеллу, стоявшую у картины, губы которой закрывали пальцы, и сказала:
- Доброе утро, звезда моя, мой свет! Красивая картина?
- Кира, кто её...
- Фред! – ответила Кира и подошла к Стелле.
Они стояли, прижавшись телами, и были похожи на две белые розы, на два голых цветка.
- Фред? Фред сделал копию? Потрясающе! Картину написала Камилла Белоцерковская на стихотворение Эдгара «Две голых лилии». В моей московской квартире, в зале, висит оригинал! Настоящий оригинал. Я тебе уже говорила. Помнишь, мы читали рукопись Эдгара? Про Марину и Свету...
- Конечно же, помню. Сколько же она стоит?
- Оригинал? Много! Камилла умерла молодой, ты это знаешь, и написала чуть больше трёхсот картин, большая часть из которых находится в частных коллекциях, больше в Европе, особенно в Италии, где её живопись признали первыми. Словом, итальянцы открыли Камиллу художественному миру. Кстати, подделок тоже хватает. Сколько их в музеях по всему миру! И её творческие шедевры были написаны ею в то время, когда она была с Эдгаром. Она черпала вдохновение в его стихах. Оригинально, да? И написала более шестидесяти картин на его стихи. Они-то и стоят больших денег. Мы говорили уже об этом, когда я приезжала к тебе в первый раз. Но ведь тогда её не было…
- Я повесила картину, когда ты спала. Сюрприз!
- Хорошая копия. А оригинал подарил мне мой бывший…
- Ты так внезапно позвонила, и всё так быстро произошло, словно силы небесные соединили нас, я тут же на радостях поехала к Фреду в галерею и сказала ему, что ты прилетаешь и мне необходима картина. «Она ещё не просохла», - ответил Фред. Я ему сказала: «Высохнет на моей стене». Собралась заплатить, но он и слушать не стал. Он знает про нас. Сам догадался ещё в первый твой приезд…
- О двух писательницах? Ничего. Любовь – повсюду! Даже на этой копии. Не обижайся, Кира, но оригинал лучше. Эта картина слегка притенённая и мазки крупнее. Но он же писал её с фото. Камилла, безусловно, мастер! Возьми, к примеру, её пейзажи. Они такие загадочные, проникнуты духом одиночества, тишиной. И этот загадочный дух одиночества витает над её туманными пустошами и горными хребтами. Это было до знакомства с Эдгаром. Она, как и ты, боялась жизни. Какие-то страхи её посещали… Но Эдгар разогнал их своей любовью.
- Надеюсь, что и с нами произойдёт то же самое. И у меня пройдут эти страхи…
- Портреты же носят на себе печать искренности и теплоты. Она их выписывала с теплом и любовью. Камилла смотрела на мир глазами творца и переживала любые нарушения гармонии в отношениях с Эдгаром. Эдгар, как любой поэт, тоже чувствовал мир тонко, если так можно выразиться, поэтому всегда старался загладить свою вину. Это их личное дело. Говорим о них в настоящем времени…
- Только в искусстве такое возможно, - добавила Кира.
- Вот так! И портрет всей её жизни висит сейчас в городе Горячий Ключ, в комплексе "Инга", на одной из стен квартиры, где проживала Камилла Оксакова – дочь Эдгара и Лары. И… не охраняется. Возможно, я выкуплю его, если…
- Эдгар и Камилла. Я читала романы Эдгара. Прочитав его стихи, сразу влюбилась в него – так бывает только с творческими людьми. У него женская душа. Платоническая любовь!
- У нас платоническая любовь превратилась в истинную, подлинную, настоящую, - пояснила Стелла.
- Скачала его сборники. Изучала сюжеты, стиль, формы, поэзию.
- Это заметно. Прочитав твои стихи до нашей первой встречи, я сразу поняла: твоя поэзия возникла, выросла, появилась из поэзии Эдгара. Но о картине я не знала - сюрприз! Бесспорно, лучше вчерашнего…
Стелла сделала паузу, вспомнив о сюрпризе Альберта, и подумав: «Хм! Мне кажется – я в своей московской квартире», - рассмеялась.
- Скажи, о чём ты? Посмеёмся вместе.
Стелла поцеловала плечо Киры и ответила:
- У меня находится весь архив Эдгара, в посёлке Октябрьском…
- Где это? – поинтересовалась Кира.
- На Кубани. Я тебе не говорила? Мы столько всего говорили друг другу, что уже забываем… В архиве я нашла диалог между Эдгаром и некой мисс Мариной. Она говорит ему: «… что это за любовь такая странная, Эдгар, в которую ты нас всех
