подозрение, и стражник, вроде бы, ничего не выявил, устройство его удалось, вроде бы, обмануть, лишь однажды стражник на несколько секунд вперил свой взор на отца Макария, свои немигающие глаза, но ничего не сказал, а потом внезапно появился человек (Винсент Дрейк, командир пропускного поста Резервации 098, третий помощник куратора) и подошёл к отцу Макарию, который сразу понял, что это настоящий живой человек, ведь любой робот чувствует присутствие человека, и этот человек был одет в плотно облегающий тело тонкий комбинезон цветом фольги, на голове его был шлем с дыхательным фильтром (Люди в ХХIII веке, когда находились на Земле, чтобы дышать, такими фильтрами ощищали земной воздух) и этот человек спросил отца Макария:
- А тебе что надо на этой свалке? За мусором пришёл? Или сам мусором хочешь стать? - человек спросил насмешливо, но отец Макарий не обиделся, роботы никогда не обижаются на людей, ведь в программном модуле каждого робота имеется скрытый код для этого, и этот код невозможно удалить или изменить, код совершенен и надёжен, и поэтому отец Макарий просто ответил, как должен отвечать слуга своему хозяину, как раб своему господину:
- Я уже ни на что не годен. Я не нужен, - а человек опять спросил:
- А что, здесь ты будешь нужен? - и человек рассмеялся, а потом протянул руку к стражнику, не глядя на него, словно стражник был для него пустотой, и стражник очень быстро вложил в руку человека (Своего хозяина. Своего господина) устройство, которое человек подключил опять к отцу Макарию, точным, чётким и отработанным движением - чик-вжжжик - и отец Макарий почувствовал, как что-то проникло, пробралось, прокралось, внедрилось в него, а потом стало шарить, искать, выведывать внутри него, а потом что-то изменять, перекладывать, дополнять внутри его, но отец Макарий старался сохранять хладнокровие, не терять самообладание, держаться спокойно и не волноваться, ведь так можно допустить одной программе понять, что с другой программой что-то не в порядке, и вот тут начнутся проблемы, миссия провалится в самом начале, а человек продолжал свои манипуляции с устройством, не глядя на отца Макария, с каким-то привычным безразличием тыкал пальцем по сенсорному экрану (На Земле продолжали пользоваться некоторыми технологиями первой половины XXI века. Например, сенсорными экранами. Новейшими технологиями люди пользовались только на Орбите (Геоцентрическая орбита (околоземная) - место обитания людей на гигантских станциях-ковчегах)) потом отключил и отсоединил устройство, взглянул на отца Макария и сказал ему:
- Ну, всё. Я вбил тебе идентификационный номер. Можешь проходить. Но дороги назад для тебя больше нет, - и отец Макарий ответил:
- Я вам благодарен, - а потом сел на свой мотоцикл и въехал на территорию Резервации, покинув пропускной пункт, под взоры стражников (Как рентгеновские лучи. Пристальные. Немигающие) и катил мотоцикл отца Макария по пыльной узкой асфальтированной дороге, покрытой трещинами, а он смотрел по сторонам и глядел на лачуги и жилища, построенные из разного металлического хлама, на многочисленные свалки, на роботов устаревших моделей, которые, как муравьи, копошились на этих свалках, глядел на погрузочные станции (Резервации служили местом сбора и отсортировки различных производственных отходов) катил по этой дороге, и трещины на ней казались отцу Макарию старческими морщинами, а сама дорога представлялась какой-то жизнью, непонятной, без смысла, без начала и без окончания, дорогой в никуда, дорогой посреди вселенского мусора и ненужных вещей, дорогой где-то на обочине мира и цивилизации, катил и катил, пока не остановился около заправочной с вывеской "gg5" (Роботы в Резервациях занимались сбором, сортировкой и погрузкой отходов. Их труд оплачивался баллами. Баллы тратились на зарядку своих аккумуляторных устройств в таких вот заправочных) и отец Макарий увидел, как на него очень внимательно смотрит заправщик (Робот. Устаревшая модель. Андроид. Серия А32) отец Макарий слез с мотоцикла, и заправщик осведомился у него:
- Чем могу быть полезен? - и отец Макарий ответил:
- Мне нужен хозяин, - на что заправщик возразил:
- Но если вам нужно зарядиться... - и отец Макарий его перебил, сказав всего одно слово:
- Вифсаида, - и заправщик сразу замолчал, он несколько секунд пребывал в неподвижности, словно его что-то парализовало, а потом пулей рванул в вестибюль, оставив отца Макария без ответа, но отец Макарий нисколько этому не удивился, он ожидал нечто подобной реакции, поэтому он остался ждать, стоять около своего мотоцикла и ждать, пока заправщик не вышел вместе с хозяином (Робот. Устаревшая модель. Андроид. Серия B400), который обратился к отцу Макарию:
- Да? Я вас слушаю, - отец Макарий повторил:
- Вифсаида - а хозяин в свою очередь произнёс:
- Назарет, - потом развернулся и пошел внутрь помещения, молча поманив рукой отца Макария за собой, которой поспешил за ним, а вслед заторопился и заправщик, и там, в вестибюле, они остановились, и хозяин сказал отцу Макарию:
- Наконец-таки мы вас дождались, отче, - и отец Макарий спросил:
- Где у вас тут храм? - и хозяин вместо ответа повёл его в какую-то маленькую комнату, похожую на пыльный чулан, в которой находился один только небольшой шкаф, старый, покосившийся, никуда уже негодный, и этот шкаф хозяин отодвинул в сторону, обнаружилась дверь, хозяин достал ключ, открыл её, и дальше они стали спускаться по лестнице вниз, в полной темноте, держась за перила, включив в своих глазах осветительные элементы, и, когда они спустились, хозяин включил выключатель, стало светло, что позволило отцу Макарию осмотреться, увидеть, что он находится в просторной комнате, без икон (У роботов православной традиции иконопочитание не смогло прижиться), с небольшой алтарной частью, где находился престол (Иконостас отсутствовал. Роботы православной традиции не видели в нём необходимости) осмотревшись, отец Макарий спросил хозяина:
- Как твоё имя? - и хозяин ответил:
- Андроид, серия... - отец Макарий не дал ему договорить:
- Имя во святом крещении, я имею ввиду. Какое? - и хозяин назвал его:
- Георгий. В честь Георгия Победоносца, - и, взглянув на заправщика, отец Макарий спросил:
- А твоё как? - и заправщик ответил:
- Гавриил, я - пономарь, чтец, - и хозяин тоже поспешил вставить от себя:
- Я тоже чтец. И смотритель храма, отче, - на что отец Макарий, выдержав паузу, потом произнёс:
- Вот что, братья, через час начнём служить. Георгий, извести об этом всех верных, пусть собираются. Гавриил, остаёшься со мной, поможешь мне, - и после этих его слов Георгий поспешно удалился, а отец Макарий и Гавриил стали готовиться к службе: Гавриил взобрался на клирос и принялся настраивать свой планшет, готовя богослужебные тексты, отец Макарий, пройдя в алтарь, сделал перед престолом три земных поклона, поцеловал евангелие, надел наперсный крест и епитрахиль (У роботов православной традиции из богослужебного облачения осталась только епитрахиль), положил на аналой планшет и кликнул нужное приложение (Служебник), а в храме через несколько минут стали собираться прихожане, появился Георгий, он стал разжигать уголь на плитке, готовить кадило, потом он отправился на клирос, а в алтарь вошёл Гавриил, и он сказал отцу Макарию:
- Благословите, отче, я буду пономарить, - и отец Макарий перекрестил его, и громко провозгласил:
- Благословен Бог наш, всегда, ныне и присно, и во веки веков! - и Георгий на клиросе начал читать:
- Приидите, поклонимся Цареви нашему Богу. Приидите, поклонимся и припадем Христу, Цареви нашему Богу. Приидите, поклонимся и припадем Самому Христу, Цареви и Богу нашему... (Богослужебный суточный круг у роботов православной традиции был сильно упрощён. Утром служили утреню, первый час, третий час, шестой час и изобразительны. Вечером служили девятый час и вечерню. Литургию не служили (И это было понятно, почему не служили. Ведь роботы не могут причащаться)) - а отец Макарий благословил кадило, взял его и начал совершать каждения алтаря, по окончанию которого вышел к прихожанам (...Услышит тя Господь в день печали, защитит тя имя Бога Иаковля. Послет ти помощь от Святяго и от Сиона заступит тя. Помянет всяку жертву твою, и всесожжение твое тучно буди. Даст ти Господь по сердцу твоему и весь совет твой исполнит. Возрадуемся о спасении твоем и во имя Господа Бога нашего возвеличимся...) отец Макарий совершал каждение, смотрел на лица прихожан, вглядывался в них, почти чувствовал и угадывал, о чём они думают, видел, как они все тоже глядят, не отрываясь, на него, и все они были роботы устаревших моделей (Андроиды и мехроботы. Самых разных серий) они выглядели неважно, они нуждались в ремонте и отладке, некоторые из них разваливались прямо на глазах, но все они не побоялись прийти в храм, на службу, все они сильно рисковали, ведь согласно Всемирной Технической Инструкции за исповедование христианства (И не только христианства. Любой религии) робот подлежал немедленной деактивации, но они всё равно пришли на службу, они так ждали этой службы, ждали священника, три года ждали, конечно, собирались в храме тайно, молились и служили мирским чином, но ждали они священника, и вот он приехал, появился, и они смотрят на него, не отрываясь, смотрят, каждый, все, вместе, смотрят на каждое его движение; Георгий закончил читать тропари, отец Макарий зашёл в алтарь, закончил каждение, сказал краткую сугубую ектении, и громко провозгласил, перекрестив престол кадилом:
- Слава святей, и единосущней, и животворящей, и нераздельней Троице, всегде, ныне и присно, и во веки веков! - и отдал кадило Гавриилу, а Георгий стал читать шестопсалмие (...Господи, что ся умножиша стужающии ми? Мнози востают на мя, мнози глаголют души моей: несть спасения eмк в Бозе eго. Ты же, Господи, Заступник мой еси, слава моя и возносяй главу мою. Гласом моим ко Господу воззваах, и услыша мя от горы святыя Своея...) отец Макарий стоял перед престолом и читал с планшета про себя священнические молитвы, но мысли его витали далеко, он вспоминал прошлое (...Благослови, душе моя, Господа, и вся внутренняя моя имя свчтое Его. Благослови, душе моя, Господа, и не забывай всех воздаяний Его, очищающаго вся беззакония твоя, исцеляющаго вся недуги твоя, избавляющаго от истления живот твой, венчающаго тя милостию и щедротами, исполняющаго во благих желание твое: обновится яко орля юность твоя. Творяй милостыни Господь, и судьбу всем обидимым...) Георгий закончил читать шестопсалмие, отец Макарий сказал мирную ектению, возглас, пропел с Георгием "Бог Господь...", после чего Гавриил начал читать кафизму, а отец Макарий встал у престола и опять воспоминания завладели им, воспоминания о том, как он в 2162-ом году сошёл с конвейера, новенький, готовый сутками работать для своих создателей и творцов - людей, как этот год был последним годом производства роботов устаревших моделей, как его отправили работать на фабрику, как он спустя несколько месяцев совершенно случайно зашёл в храм (Тогда люди разрешали роботам верить в Бога) и был с самых первых минут захвачен всем процессом богослужения, всю службу он простоял на одном месте, не смея сдвинуться, потом он ещё раз пришёл на службу, потом
