– О, привет! Новенькая? – в голосе вероятной коллеги слышались стальные нотки, а чистейший английский говорил о том, что она коренная американка.
– Да, прилетела три дня назад.
– Испанка? Португалка? – оглядев собеседницу и остановив взгляд на туфлях, она фыркнула. – Садись рядом! Зачем нагружать ноги, стоя на таких каблуках? Я Анабель!
Мануэла села на диванчик, назвала имя и поправила, сказав, что прилетела из Бразилии. От Анабель веяло леденящей уверенностью. Впрочем, внешне она тоже была весьма привлекательна.
– Бомбезно выглядишь, Мануэла! – азиатка развернула корпус, чтобы смотреть в глаза. Улыбнувшись в конце фразы, показала ровные белые зубы. – Был уже первый заказчик?
– Спасибо, Анабель. Да, этой ночью отрывалась в «Пацифике» вместе с одним владельцем автосалона.
– Ну и как?
Мануэла волновалась. Новая знакомая казалась открытым и раскрепощённым человеком, но её смелость приводила в замешательство. Сняв с головы шляпку и положив на колени, ответила:
– Если честно… Это…
– Не стесняйся, подруга! – коллега игриво ткнула локтем в бок. – В нашем деле разрешается называть вещи своими именами! Анал?
– Не совсем… Попросил поссать на него.
– Всего-то? – мелодичный смех заполнил коридор. – И даже не трахал? Лёгкие деньги, подруга!
– Ну, возможно…
– Запомни простую вещь, – прекратив хихикать, Анабель закинула ногу на ногу, а рукой смахнула бархатистую красную прядь с плеча. – Богачи – такие же животные. Извращенцев среди них ничуть не меньше, так как деньги позволяют купить любую фантазию. Ну или почти любую. Бедняки этого лишены. Относись проще и смотри на клиентов, как на мешки с деньгами.
Рассуждения понравились. Они продолжили общаться, и Анабель поведала, что является наставницей для новеньких. Добавила, что всего в команде «Глэмерес» двенадцать девушек, но все уже опытные и работают минимум полгода.
– Предлагаю съездить и поужинать после собрания, ты как? – завершила, поглядев на золотые часики на запястье. – Сейчас не успеем поболтать, но я бы тебе многое рассказала. Наставница ведь!
– Окей, я не против.
Раздались шаги, и из-за угла коридора показалась загорелая блондинка в майке и тканевых шортах. Анабель назвала её Мелиссой и познакомила с Мануэлой. В следующие минуты одна за другой подошли и остальные. Все выглядели сногсшибательно, вот только оделись по-простому. «Похоже, я одна нарядилась в костюм, но дресс-кода у них нет… Ладно, запомню!» – сразу после мысли дверь в кабинет отворилась, и секретарша пригласила моделей войти.
Пространство огромного зала заполнил большой круглый стол во главе с Беном Рендольфом. По правую руку от него расположилась Джулиана Ли. Девушки расселись в случайном порядке, а босс впивался взглядом в каждую. Мануэла предположила, что старик относится к тому типу мужчин, которые не пропускают ни одной юбки.
Собрание стартовало. Рендольф остался верен собственному стилю: уменьшительно-ласкательные словечки лились рекой, а лицо босса то и дело морщилось от улыбок. Тем не менее, освещал вполне серьёзные моменты: озвучил, что выручка за август перевалила за сто тысяч долларов, а весомую часть, якобы, подопечные заработали ночными чаевыми. Далее предложил отменить комиссию в десять процентов с «постельных» доходов и также убрать тридцать процентов, которые отдавал с дневных смен. Таким образом, агентство гарантировано получало стоимость заказа моделей, но за «подарки» клиента отчитываться теперь становилось необязательным. Упрощение взаимодействий при расчётах стало главным аргументом старика. Девушки переглянулись и немного погоготали. Рендольф объявил голосование. «За» высказались все, кроме Мануэлы, которая попросту запуталась.
– Принцессы небесного царства, одну секундочку! Совсем забыл представить нашу новенькую. Прошу любить и жаловать прелестную чернобровую красавицу Мануэлу! – девушки посмотрели в сторону новенькой, а Мануэле стало некомфортно из-за повышенного внимания. – Моя прелесть, почему же не голосовала?
– Не совсем поняла про цифры, если честно…
– О, не проблема! – старик поджёг заранее приготовленную сигару, затянулся и продолжил. – Сколько ты заработала сегодня ночью?
Находясь под пристальным взором дюжины фигуристых и обворожительных девушек, Мануэла занервничала. Прослыть перед начальством и коллегами врунишкой хотелось в последнюю очередь.
– Две тысячи, сэр.
– Ах, моя драгоценность, как же приятно! Давненько ко мне не обращались «сэр! Окей. Эти две тысячи оставляешь себе. Десяти процентов с них не платишь. Взамен я не отдаю тебе треть дохода из тех денег, которые мистер Хоуп заплатил за твой визит в «Пацифик». Он внёс всего пятьсот долларов, кстати. Так что ты в плюсе! Теперь понятно?
– Да, мистер-сэр Рендольф. В таком случае тоже поддерживаю.
Понятнее так и не стало, но разрешение не делиться процентами с двух грандов, полтора из которых уже «грелись» на банковском счёте, пришлось по вкусу.
Босс умилился, наделал комплиментов каждой подчинённой и продолжил собрание. Кратко рассказал о знакомстве с группой нефтяных магнатов из Бостона и намекнул на возможные командировки на Восточное побережье. Подчеркнул, что заработок в них будет на порядок выше, но характер перелётов добровольный. В конце поведал про третье место на этапе чемпионата Калифорнии по игре в гольф среди любителей, своего пса, распустившиеся бутоны орхидей в саду у дома и прочую чепуху.
Собрание завершилось. Девушки потянулись к выходу. Анабель взяла Мануэлу под руку и подмигнула. Покинув бизнес-центр, они дошли до припаркованного в сотне ярдов двухместного красного «Крайслера». Откинутая крыша превращала кабриолет в гоночный болид «Формулы-1».
– Опупеть! Твоя тачка?
– А ты думала за сексапильные фигуры нам здесь платят фантиками? – коллега села на водительское место, кивнув на сиденье рядом. – Поедем в «Эмерсон», не против?
– Давай.
«Вау! Значит, тоже смогу позволить себе дорогую машину? И ужины в ресторанах? Чёрт, мне нравится эта страна и эта работа!».
Панорама вечернего города очаровывала сильнее прежнего, ведь нахлынувшее перед трудоустройством или выездом к первому клиенту напряжение отсутствовало. К тому же сейчас Мануэла наблюдала отнюдь не через запылённое стекло такси: при открытой крыше боковые окна также исчезали, и стоило лишь слегка высунуть руку из машины, как в запястье со свистом врезался встречный ветер.
«Эмерсон» уступал «Пацифику», зато на голову превосходил дешёвые забегаловки. Построенное в современном стиле кирпичное здание с яркой вывеской над навесом главного входа неприязни не вызывало. Преодолев холл и барную стойку, они зашли в зал с длинными диванами карамельного цвета, у которых стояли столики с сетчатыми скатертями.
– В дальний угол! – скомандовала Анабель.
