Спартака.
Неважно, что негр запутает первым, руку или ногу, Дмитрий вынужден будет освобождаться от захвата, а значит отвлекаться и открывать уязвимые места для удара копья.
Неро, как настоящий охотник терпеливо наблюдал, пытаясь делать отвлекающие тычки трезубцем.
Один такой выпад Дима отбил и почувствовал, что его меч оказался тупой, лезвие скользнуло по древку копья и только отбило трезубец.
Дымов решил поменять тактику боя, поскольку ретиарий был без шлема, Дмитрий Сергеевич сосредоточился на голове противника, но прежде чем до неё добраться, следовало избавиться от трезубца.
Дымов начал раскачиваться со стороны в сторону, затем подпрыгивать сначала на левую ногу, потом на правую.
В очередной раз, когда Нгуру копьем сделал глубокий выпад, Дима левой рукой перехватил древко, сразу за трезубцем, гладиусом резко нанёс рубящий удар и фактически перебил древко.
Трезубец с куском древка остался в руке Дымова.
Негру ничего не оставалось, как попытаться набросить сетку и сбить противника, он бросил сетку под ноги Спартаку, но Спартак-Дымов резким движением трезубца, пригвоздил край сетки через песок в землю арены.
Нгуру попытался сдернуть сетку, но этой секунды хватило Дымову, он перекинул меч в левую руку, подскочил, правой ногой ударил негра в пах, людоед согнулся и тут же Дима ударил противника правым крюком снизу в челюсть.
Удар оказался мощным и точным, по боксерским меркам это был нокдаун, а по реакции негра накаут, полный ноль, Дымов выключил лампочку в мозгу Неро, противник упал на живот, уткнувшись лицом в песок.
Боковой в челюсть, или апперкот, который красиво провёл Дима, трибуны встретили гулом приветствий, ведь удар кулака напоминал удар хлыста, энергия от хлесткого удара попала в мозг Неро, от сотрясения мозг замкнуло, а сместившиеся шейные позвонки усугубили ситуацию для представителя племени каннибалов.
Секунды давались Дымову, чтобы принять решение, что делать дальше, все зрители были уверены, что Спартак приставит гладиус к горлу ретиария и будет ждать команды, как ему велят поступить с поверженным противником.
Дмитрий Сергеевич увидел спину Нгуру, всю покрытую шрамами от бича и сразу понял, что не будет убивать негра.
Дымов отбросил меч, резко сел на спину ретиария, двумя руками захватил голову, задрав подбородок вверх, охватив шею Неру, начал душить, считая до пятнадцати, Дима знал - если передержать, от недостатка кислорода мозг умрет.
Все это Дымов проделал в полной тишине, зрители сидели и молчали, для них действия гладиатора оказались не понятны.
Спартак встал, поднял руку, в знак победы, затем развернулся к трибуне с шатром, опустил руку и снял шлем.
Два раба выскочили на арену, схватили за руки Нгуру и выволокли в боковую пристройку, туда, куда уволокли мертвого носорога.
Уже на выходе негр очнулся, поднял голову и посмотрел на Спартака, он понял, что гладиатор специально оставил ему жизнь, нарушив правило арены, где жизнь каждого раба принадлежит хозяину, только хозяин может решать - жить рабу, или умереть.
Когда Дымов снял шлем и помахал им зрителям, те вскочили со своих мест и принялись орать, оказалось, что у Спартака были свои фанаты.
Дима поднял гладиус, забрал щит и ушёл с арены.
За его действиями пристально наблюдала Оксана и инопланетянин.
Фрагобар Пятый сидел и размышлял.
« Надо приставить к Спартаку своего раба и следить за ним, если это землянин, он обязательно выйдет на контакт с Оксаной Колесник.
Странные эти люди, они приветствуют смерть больше чем рождение, люди прошлого не отличаются от людей будущего, прошло две тысячи лет, а существенного прогресса ни в уме, ни в отношениях между ними не произошло, им всем нужен взрыв эмоций, кому-то это может заменить наркотик, кому-то алкоголь, но, как показывает история, людям самым интересным оказывается вид действий, когда других особей лишают жизни, по видимому, им щекочет нервы сознание, что это происходит не с ними»
Ливия, жена Батиата, вернее теперь уже Оксана, напряжённо решала вопрос, как ей встретится с Дымовым, обсудить их дальнейшую судьбу.
Находясь рядом с сенатором, Ливия слышала разговор мужа с его дядей.
- Мне понравился твой раб, Гней Корнелий, пожалуй, я его заберу, ты же знаешь, что в середине лета в Риме широко отмечаются нептуналии, в Колизее пройдут игры в честь Нептуна, рабов принесут в жертву, бои на арене будут кровавым праздником, отвлекающим чернь от проблем, уже сейчас в Африке отлавливают львов и гиен, из Галии везут волков и медведей, я представлю семьдесят гладиаторов для участия в театральном действии битвы за Карфаген, умрут тысячи рабов, растерзанные дикими зверями и убитые гладиаторами.»
У Лентула Батиата загорелись глаза, - «вот она возможность заработать сестерции и прославить себя, пробить дорогу в политике,» - племянник сенатора понимал, что хитрый дядя хочет от племянника получить под видом взятки, лучших бойцов его школы, включая Спартака.
- Дядя, а сколько денег выделено на этот праздник?, - начал издалека Лентул Батиат
Сенатор сразу понял, куда клонит Батиат, он поднял подбородок, закатил глаза, развёл руками и произнёс:
- Корнелий, ты же знаешь, казна пуста, война на юге, Митридат вступил в Вифинию, убил наместника, неудачная осада Кизика , легионы воюют в Азии, на восток, с пятью кагортами, усмирять Митридата отправлен Лукулл.
- Я все понимаю, дядя, но кто я такой, чтобы финансировать летние игры и тем более нептунарии в Колизее. Один Спартак стоит пятнадцать тысяч сестерций.
Публий Сервилий Ватиа прекрасно знал все цены на рабов и гладиаторов, но предпочитал торговаться со своим племянником.
- Ладно Корнелий, вот, что я тебе скажу, Лукулл отправился на войну с Митридатом, есть вероятность того, что в Рим он уже не вернётся, скорее всего его принесут на щите, вот тогда я сделаю все, чтобы ты занял его место.
- Надеюсь не на щите, - пошутил Батиат.
Вечером в бестиарий пришла Ливия и на правах хозяйки потребовала, чтобы ее отвели к Спартаку.
Войдя в маленькую комнату, в которой находился Спартак с ещё одним гладиатором, матрона знаком приказала второму рабу выйти.
Глядя на Спартака женщина подняла две руки, левую зажала в кулак, а правую ладонь оставила открытой.
- Здравствуй Дима, - произнесла Оксана, - как я рада тебя видеть.
Дмитрий улыбнулся, они бросились в объятия друг другу, как старые друзья.
- А я все гадаю, куда ты перенеслась, - произнёс Дымов, - ума не приложу, что мне делать ?
- Я тоже, Дима, не знаю, вот принесла два кинжала, мы можем убить друг друга, тогда наше сознание вернётся в наши тела, но не факт, что эти кенгурятники нас там ждут, куда они нас направят когда мы вернёмся.
- Ты права, Оксана, наша жизнь там не стоит ни копейки, впрочем, как и тут тоже. Кстати ты историю помнишь, помнишь чем закончилось восстание Спартака ?
- Дима, честно тебе скажу, я историю не очень помню, было какое-то восстание, кажется в Греции...
- А ты не видела фильм «Спартак» с Кирком Дугласом в главной роли ?
Ливия печально посмотрела на Диму и развела руками.
- Ясно, из истории следует, что Спартак поднял восстание, хотел даже захватить Рим, затем решил переплыть на Сицилию, но не получилось, пираты его обманули, в итоге Красс его тоже обхитрил, короче, в битве настоящего Спартака убивают, оставшихся живых шесть тысяч распинают на крестах, вдоль Апиевой дороги, ведущей в Рим, - поведал Дымов.
- Ясно Дима, но над тобой сгущаются тучи, Ботиат продал тебя сенатору, тот приказал тебя и ещё пятьдесят бойцов перевезти на повозках в Рим, летом в Колизее всем будет кирдык, они тут Нептуну всех в жертву приносят.
- Хорошо, что сказала, Оксана, знаешь, жизнь прекрасна в своём многообразии, мы должны жить, как нам живётся, давай не будем торопиться умирать, хотя я бы с большим удовольствием вернулся и всем кенгурятникам перерезал глотки.
- Ну, ты и кровожадный Дима, - улыбнулась Лидия, - но в этом я с тобой солидарна. Они нас выкрали, чтобы заработать на нашей жизни, а мы заработаем на их смерти.
Дымов смотрел на древнюю итальянку, видел, какая она стройная и красивая, ее классическая красота выражалась точеными чертами лица, стройной фигурой на которую надета белая, шерстяная тога, длиною до пят с длинными рукавами, а сверху она накинула открытый до колен плащ, называемый люцерна, расшитый золотом с серебряной застежкой, фибулой на груди.
Ливия была обута в кожаные сандали, желтого цвета, с плетёнными ремнями до колен, с нашитыми крупными жемчужинами.
Дима физически ощутил, как в теле Спартака проснулась тяга к женщине, ему захотелось обладать ею, он настолько остро испытал это чувство, что на мгновение забыл о том, что перед ним Оксана Колесник.
« Черт, как она прекрасна, - подумал Дима, - эти древние итальянки умели быть
Помогли сайту Праздники |
При цитировании ссылка на сайт обязательна. Exsodius 2008 - 2026
18+