Дар. Глава 13. Выбор

документы, подтверждающие ваши преступления. Приговор — смертная казнь!

В зале зааплодировали...

***

Он шёл по площади, окружённый стражей. Люди плевали в его сторону, кричали:

— Предатель!

— Смерть ему!

Он не отвечал, высоко подняв голову и расправив плечи.

Когда он положил голову на плаху, ветер тронул его волосы. В тишине раздался глухой удар барабана.

«Вот и конец пути», — подумал он без страха, лишь с тихой грустью.

И тогда он услышал крик птицы.
Жалобный, надрывный, последний вопль умирающего существа. Звук доносился издалека, пробиваясь сквозь гул толпы и мерный стук барабана. Он был таким пронзительным, что Алексан невольно поднял глаза к небу. Его голубые глаза наполнились слезами...

Лезвие с пронзительным свистом опустилось...

***

Алексан с трудом открыл глаза. Боль была осязаемой и тягучей. Она пронзала вены, сжимала виски, пульсировала огнём...
Он снова был в лабиринте, но теперь всё стало ясно и понятно.

— Сезаре подстроил всё, — произнёс он. — Он использовал Энрику, чтобы уничтожить меня. Лгал, манипулировал, подделывал документы.

Голос из тьмы ответил:

— И ты оказался здесь. В лабиринте. Между жизнью и смертью.

— Но почему я жив? — спросил Алексан. — Я помню удар топора. Помню боль, тьму.

— Потому что ты не закончил свой путь.
Ты должен решить: простить или отомстить. Исправить или разрушить.

Алексан сжал кулаки.

— Она поверила ему, — прошептал он. — Она предала меня. Но… она тоже жертва?

— Жертва или соучастница? — голос звучал холодно. — Ты сам должен ответить на свой вопрос.

Алексан закрыл глаза. Он вспомнил не только предательство, но и другие моменты:

 Энрика, которая плакала, когда её проект отвергли в первый раз.
 Энрика - любимая женщина, которая держала его за руку, когда он болел.
 Энрика - юная девочка, которая смеялась, рассказывая о своих мечтах.

— Она ошиблась, — сказал он наконец. — Но она не безнадёжна.

Нить судьбы засветилась ярче.

— Тогда что ты выберешь? — спросил голос.

Алексан глубоко вдохнул.

— Я прощаю тебя! Будь счастлива!

Тьма задрожала, отступая. Где;то вдали, за пределами лабиринта, Энрика подняла голову, будто услышав его слова.

— Алексан?.. — прошептала она.

А он уже шёл вперёд — к выходу, к свету, к новой жизни...