НАУЧИТЬСЯ ПРОЩАТЬ

бездетных много, может и попадёт в хорошие люди. А нет - в детский дом отдашь!

- Мама…

- Размышляй сама. Одним местом уже научилась думать и другим научишься. Не сиди, вещи собирай!

17
С матерью Полина больше не общалась и к гинекологу не ходила. Носила теперь расклешённые платья, так что её живота почти не было видно. А в середине мая, её прямо с занятий, отвезли в роддом, где она успешно родила девочку, от которой сразу отказалась.

В конце рабочего дня к ней подошла сорокалетняя старшая медицинская сестра гинекологического отделения, Нина Сергеевна, женщина скромная и очень ответственная.

Полина лежала, отвернувшись к стенке.

- Поленька, - она погладила Полю по голове, - не делай этой ошибки, - Ты ещё очень молодая, а в молодости часто ошибаются. Через год тебе исполнится 18 лет, девочке будет полтора года… Жизнь только начинается! Встретишь ещё своего любимого, он полюбит и тебя, и твою дочь… У тебя в истории болезни написано, что ты сирота, это правда? А в паспорте, что у тебя есть мама. Не глупи, девочка, давай созвонимся с ней, она заберёт твою девочку, воспитает… Как дочку собираешься назвать? – вымученно улыбнулась Нина Сергеевна.

Полина молчала.

- Я тебе сейчас расскажу одну историю, которая произошла со мной. Была я тогда неопытной и неискушённой девочкой, чуть старше тебя. Тоже приехала учиться из соседней области на медицинскую сестру и также случилась любовь с молодым человеком, мне 18, а ему 24, он заканчивал экономической факультет университета. Я забеременела, а мой ухажёр, закончил университет и уехал, даже не простился и не предупредил куда едет… А я осталась с пузом.  Правда родственники подсуетились и в четыре месяца мне сделали аборт. И как результат, я осталась бесплодной. Был муж, очень хотел детей… Но… - она всхлипнула и долго молчала. Было слышно, как постоянно шмыгала носом, - И вот, я одна!.. И вокруг никого, ни одной живой души, - Нина Сергеевна опять всхлипнула, - А у тебя уже есть дочка, а это великое счастье в жизни иметь и видеть своих детей, а потом и внуков. Поленька, мы  все совершаем ошибки. Не зря говорят в народе: «Не ошибается тот, кто ничего не делает». Мы обижаем близких, близкие обижают нас… Такова наша жестокая жизнь! Прекрасно понимаю, измену или предательство в твоём случае, простить сложно, но не нужно на ней зацикливаться. Всё проходит, пройдёт и это. Важно научиться прощать, хоть это и не просто. Знаешь, Поленька…

- Я всё знаю!!! Не надо меня  жалобить и на психику давить! Повторяю, мне это ничего не надо... Моя мать умерла… – закричала Поля, - Понятно?!

- Не нервничай, молоко пропадёт. Когда умерла твоя мама? Какие родственники ещё у тебя есть?

Полина перевернулась на другой бок и с ненавистью взглянула на старшую медицинскую сестру, - Я твёрдо сказала, ребёнок мне не нужен! И не надо лезть в мою душу!!! О моём молоке она печётся! Благодетельница!.. Ишь, пришла рыться в моей родословной!

Открылась дверь и в палату вошла медицинская сестра, на руках несла завёрнутого в пелёнку ребёнка.

- Мамочка, время кормить, - она протянула его Полине.

- Да что ж это такое, не дают спокойно отдохнуть человеку! Кому ещё не ясно, ребёнок мне не нужен, уберите его немедленно! Я от него от-ка-зы-ва-юсь, - продекламировала она, - Кому ещё непонятно!!! Быстрее оформляйте все необходимые документы и я выпишусь, а нет - сама уйду! А теперь оставьте все меня!!! Я устала, у меня голова болит, – она вновь повернулась лицом к стенке, - Снотворное принесите!

17
Написав заявление с требованием лишить её родительских прав и заверив его у нотариуса, Полина выписалась.

Первое время, отходя от душевной и физической травмы, вновь принялась постигать красоты столицы. А потом - как с цепи сорвалась.

Девушка она была видная и красивая, мужчины, буквально роем  вились вокруг неё.
И она мгновенно научилась разбираться в них.

Теперь её прельщали денежные и влиятельные представители сильного пола.
Она жила в двухкомнатной квартире в центре города, снятой для неё дорогим любовником, её возили на машинах, ужинала в дорогих ресторанах  и всегда сидела в литературной ложе престижных театров.

Её природная красота заблестела дорогими нарядами и украшениями.

Поля сделалась капризной, придирчивой и требовательной.

Однажды,  проезжая на машине по Тверской улице, она вдруг возле метро увидела свою бывшую любовь, Николая. Он был в той же цветастой рубахе и широченных брюках.

Он курил и, развязно жестикулируя руками, болтал с девушкой, а та беззаботно смеялась.

- Семёнович, - попросила Поля шофёра остановиться, - позовите мне вон того рыжего парня, - и она показала рукой.

Глеб, поднимая клёшами на асфальте пыль, подошёл к машине. Поля открыла дверку и вышла.

- Полина, ты? – Глеб в оцепенении замер от увиденной им красоты.

- А ты думал, что я глаза по тебе выплакала? Отец умер или ты его спас? Ты, Николай и Глеб, всегда был добрым человеком. Я тоже очень рада видеть тебя, милый.

Он потянулся, чтобы поцеловать её. Полина, как бы подставляя щеку, с такой силой ударила его коленом в пах, что тот рухнул замертво.

- Пусть и тебе, дорогой, сейчас тоже икнётся моё горе.

 Она села в машину и уехала. Больше с ним ни разу не встречалась.

18
Теперь Полина каталась не только на машине, но и как сыр в масле. Но учиться продолжала, ей это нравилось. Она была в числе лучших. Острый ум, прирождённый талант швеи и природная смекалка помогали ей в достижении швейного дела.
Второй курс пролетел просто стремительно.

После выпускных экзаменов Полю распределили швеёй в комбинат бытового обслуживания родного посёлка.

Это был настоящий шок!

Богатые покровители, чтобы остаться ей в Москве сделать ничего не могли, а скорее всего, и не захотели. Для них она была уже отработанный материал и не интересна.
Она плакала, умоляла, вставала на колени…

Но, ничего не добившись и, как это не прискорбно, ей пришлось возвращаться в родной посёлок, иначе могли  привлечь к уголовной ответственности за тунеядство.
 
Теперь поезд мчал Полину в обратном направлении, а светлым мыслям и желаниям, так и не суждено было сбыться.

Так, в комбинате бытового обслуживания посёлка, появилась новая швея с московским образованием, красивая, надменная и своенравная, глядящая на всех свысока, мгновенно взбудоражившая всё мужское население и ополчившая против себя женщин.
Всласть нагулявшись, она вышла замуж за шофёра, родила девочку,  но по несовместимости характера развелась, а в 42 года умерла от рака желудка.

II

Продолжение истории…

А как же сложилась судьбы других героев нашей повести?

1
Нина Сергеевна, медицинская сестра гинекологического отделения, собрав весь пакет документов, удочерила девочку, дав ей свою фамилию, Бондаренко, и назвала Екатериной.

Жили они тихо и неприметно.

Нина Сергеевна продолжила работать старшей сестрой гинекологического отделения больницы и работала там до самой пенсии.

Катя, как и многие дети того времени, прошла все стадии развитая: ясли, детский сад, школа…

Училась Екатерина хорошо, а окончив школу, поступила в медицинский институт.
В шестьдесят лет Нина Сергеевна перенесла инфаркт, а через полгода второй.
- Катенька, - позвала она как-то вечером дочь, - принеси мне из нижнего ящика комода серую папку, она верёвочкой перевязана. И посиди немного со мной, я тебе кое-что должна рассказать, это очень важно.

Нины Сергеевны, прислонив к стенке подушку, села повыше, развязала  на папке узел и достала из неё стопку пожелтевших листов бумаги.

- А теперь послушай меня, только не перебивай. Всё, что я сейчас скажу, касается только тебя… Ну и меня немножечко.  Здесь лежат все документы на твоё удочерение.
Брови у Екатерины удивлённо поползли вверх.

- Да, да, не удивляйся, именно удочерение. Я удочерила тебя в роддоме. Твоей матери было 17 лет и она отказалась от тебя. Ты должна знать, что удочерение в законодательстве – это запрет на разглашение любой информации об усыновлении или удочерении ребёнка. Мне жить осталось немного…

- Мама не надо говорить об этом! Только ты моя мама и никто другой мне не нужен! – Екатерина обняла мать и поцеловала, - Я тебя люблю и за всё тебе благодарна! Ты моя мама, а я твоя дочь!!! И слышать больше ничего не хочу!

- Катенька, повторяю, двадцать один год назад, твоя биологическая мать, Полина Краснова, отказалась от тебя в роддоме. Ей тогда было 17 лет. А я тебя удочерила. Ты должна это знать. Об одном тебя прошу, доченька, прости её, не держи зла. Конечно, она виновата… А ты всё равно прости свою мать! Конечно, прощение требует от нас большой силы воли. И это ещё нужно осознавать. Это далеко не просто. Важно понимать, что прощение необходимо, прежде всего, для нас самих. Запомни это, доченька, и научи этому детей своих. А когда меня не станет, съезди к ней и прости её, умоляю тебя об этом! Она же не деревянный человек и у неё на сердце тоже лежит тяжеленный камень… Сними его с её души!.. Здесь адрес, где она жила, - Нины Сергеевны подала Кате папку с документами и бумажку, где каллиграфическим почерком был написан адрес.   

2
Похоронив мать и окончив институт, Катя, теперь уже доктор Екатерина Васильевна Бондаренко, вместе с мужем, взяла путёвку в Дом отдыха, что находился неподалёку от места проживания её биологической матери и поехали на волнующую встречу с чем-то далёким и жутким. 

Проезд пришёл на станцию ночью.

Пока добрались до Дома отдыха, пока разместились, за окнами забрезжил рассвет.

3
Уснуть Екатерина так и не смогла. Нескончаемый поток всевозможных мыслей, не связанных между собой, сменяли друг друга и не давали покоя. Здесь переплетались и стресс, и тревога, и усталость…

- Правильно ли я сделала, что приехала? - измученно думала она, - Нужна ли мне эта встреча с… биологической матерью? И зачем??? Что это – любопытство и желание узнать, как она живёт, посмотреть в глаза и высказать всё, что думает о ней… Или что-то большее?..  Честно, ничего не хочется знать об этом, но коль так случилось…

Тихо приподнявшись, она надела тапочки, набросила халат и вышла на улицу.
 
Утренняя прохлада освежила лицо, холодок пробежал по спине… В голове прояснилось.

- И какую она испытала ненависть к своему ребёнку, лишив его материнской нежности, любви и поддержки! - продолжала думать она, - И как бы сложилась моя жизнь, если бы моя любимая мамочка Нина не удочерила меня? Нет на это ответа!
Екатерина зарыдала.

После горьких эмоций, к Кате вдруг пришло облегчение и понимание, что это её зло будет наказано Богом, она, как человек разумный, обязана её простить. Недаром французская поговорка гласит: «Tout comprendre, c'est tout pardoner» - «Понять всё — значит всё простит».

Пугало ещё одно, как она будет смотреть на неё, да и она, сможет ли открыто смотреть на Катю?

4
Дождавшись десяти часов, они с мужем оделись и пошли искать указанную улицу и дом, где... Где жила родившая её женщина. 

Всё нашли довольно быстро.

В середине улицы стоял небольшой, ничем не примечательный  старенький бревенчатый домик с выкрашенными белой краской наличниками, обнесённый деревянным забором. У ворот -  небольшая скамеечка.

Перед домом был разбит палисадник с фруктовыми деревьями. Росли цветы.
Двор просторный, по нему лениво бродили куры с