-Здравствуйте, Мария Ивановна! Это Вам.
-Здравствуйте! - Она привычно приняла букет и поднесла его к лицу, вдохнувши нежный весенний аромат. Но тут же спохватилась и попыталась его вернуть:
-Вы, наверное, меня с кем-то перепутали.
-Нет-нет! Это Вам, Мария Ивановна! – И вежливо отклонил руку, возвращавшую ему букет.
-Спасибо! Вы кто? – Мария Ивановна опять поднесла букет к лицу.
-Иван. Я был у вас на уроке.
«Один из бывших или настоящих, - подумала. – Сколько их было в её жизни? Разве всех учеников упомнишь?»
-Когда были?
-Давно. Очень давно. Шесть лет назад. Наша группа приезжала к вам на открытый урок. Вы были великолепны!
-Какая группа?
-Студентов из Северского культпросветучилища.
-А-а. Да была такая. Ну, и?..
-Я Вас потом искал. Приезжал в школу, но Вас там не было.
-Да, в том году я перевелась на другую работу. А зачем искали?
-Хотел еще увидеть и послушать.
-Зачем?
-Вы мне понравились. Очень!
-Ну, это все вздор! Если вам понравился мой урок, то вы можете прийти на урок в любое учебное время. Я работаю в колледже. – Мария Ивановна назвала колледж. – Адрес колледжа вы можете найти где угодно. За цветы спасибо! Извините, мне надо идти.
Вообще-то, Мария Ивановна никуда не торопилась. Но разговоры «за жизнь» на улице она не любила.
-Постойте! Неужели Вы меня совсем не помните? Я еще написал несколько строк в вашем журнале отзывов и пожеланий.
Мария Ивановна остановилась и, повернувшись лицом к парню, внимательно окинула его взглядом. Её поразили его огромные глаза, открыто светящиеся светлым лучистым взглядом. Она вспомнила ту группу из культпросвета и этого мальчика. Их и было-то в этой группе четверо или пятеро парней. Остальные были девушки. Но этот мальчик тогда обратил её внимание не только живым участием в её беседе с ребятами, в ходе которой он задавал интересные вопросы и толково отвечал на вопросы, которые задавала она. Привлекли его запоминающиеся глаза, выразительные, похожие на глаза инопланетянина. Взгляд его глаз то и дело менялся, излучая состояние души. И теперь эти глаза отражали всю гамму его нынешнего состояния: от радости встречи до полного отчаяния.
-Почему же, я вспомнила вас, Иван, - поспешила успокоить его Мария Ивановна. – А что вы теперь от меня хотите?
-Ничего, - стушевался он. – Просто хотел увидеть.
-Чепуха какая-то! – передернула плечами Мария Ивановна. – И что дальше?
-Простите! – пробормотал он. Теперь взгляд его потух. Иван опустил его к своим ногам. – Я не хотел Вас обидеть. Спасибо Вам!
-За что?
-За то, что приняли мои цветы.
-Спасибо и вам! Я очень люблю ландыши! Теперь мне можно идти?
-Да, - почти прошептал он. – А можно прийти к Вам на занятие?
-Я же вам уже разрешила. Свое место работы я указала. Прощайте!
Дома Мария Ивановна сразу же разыскала в своих архивах старую общую тетрадь, служившую когда-то журналом для отзывов о её уроках. Эту тетрадь в свое время она отправляла в комиссию, которая рецензировала её программу. Программа получила очень высокую оценку и была рекомендована для внедрения в школы страны. Но за время апробации программы в экспериментальных школах в стране прошел переворот, в результате которого СССР развалился. Курс образования тоже направился в сторону развала, и программа никому не стала нужна. Российский капитализм не нуждался в воспитании культурной молодежи.
Пролиставши тетрадь, она нашла ту самую запись, выполненную рукой этого самого Ивана. В самых восторженных тонах автор выражал свое восхищение уроком, мастерством преподавателя и актуальностью темы. Впрочем, вся тетрадь состояла из подобных хвалебных отзывов. Уроки Марии Ивановны были подобны шедеврам, не оставлявшим равнодушными ни взрослых ученых экспертов, ни обычных учеников. Теперь грустно было сознавать, что дерзкие мечты, радужные надежды и годы напряженного труда ушли в никуда. «Хотя почему же в никуда? - подумала Мария Ивановна. – Все-таки мои мысли и чувства как-то запали в души всех тех ребят, с которыми мне довелось общаться на моих уроках, коль скоро через годы о них вспоминают такие молодые люди, как этот Иван.
Встряхнувшись от мрачных мыслей, Мария Ивановна бережно поставила букетик ландышей в стакан с водой.
*
Прошли весна и лето. Мария Ивановна совсем забыла о нечаянной встрече с Иваном и о цветах, которые он ей подарил. За время зачетов и экзаменов ей много надарили всяких букетов из роз, гвоздик, георгинов и других пышных цветов. Не было только ландышей. Вероятно, потому что прошел сезон.
Осенью в начале нового учебного года к ней пришли новые группы первокурсников. Первая лекция Марии Ивановны, как обычно, прошла в актовом зале, куда, кстати, заглянули и некоторые второкурсники, для которых её курс уже был в прошлом. Ей было очень приятно оттого, что бывшие студенты не забыли её, хотя и сдали ей все зачеты. Этот факт, разумеется, очень вдохновлял её совершать чудеса ораторского мастерства. Вглядываясь в лица своих нынешних учеников, она вдруг обнаружила лицо Ивана. Его необыкновенные глаза с искренним сосредоточенным взглядом невозможно было спутать ни с какими другими.
«Он-то каким боком тут оказался?» - мелькнула мысль, которая заставила остановиться на полуфразе. Но Мария Ивановна сразу же взяла себя в руки и продолжила, извинившись перед аудиторией за вынужденную паузу, которую, в общем-то, никто и не заметил.
Она думала, что после лекции он подойдет к ней. И даже специально слегка задержалась у трибуны, установленной перед сценой. Но Иван не задержался, ушел вместе со всеми студентами.
Он приходил на все её лекции, которые она проводила в актовом зале. И сидел на том же самом месте, как и в первый раз. Первое время Мария Ивановна старалась не смотреть в ту сторону зала, где сидел Иван, чтобы не встретиться взглядами. Но постепенно, наоборот, принялась смотреть на него. Он не отводил глаз, смотрел на нее прямо и слушал внимательно. По выражению его глаз и лица в целом Мария Ивановна научилась понимать, как он относится к сказанному, к её ответам и репликам на заданные вопросы. Она чувствовала его поддержку и принимала его позицию. Когда понимала по ходу лекции, что он не согласен с какими-нибудь её доводами и оценками, она мысленно пыталась оправдать свою позицию и доказать её состоятельность. В конце концов, его присутствие стало для неё необходимостью. Мария Ивановна поймала себя на том, что при нем она чувствовала себя на трибуне уверенно и спокойно, что она полностью владеет вниманием аудитории.
Перед праздниками Нового года, когда в актовом зале состоялся новогодний концерт, подготовленный студентами, Мария Ивановна нарочно заняла место в зале в той половине, где обычно сидел Иван. Но его на привычном месте не было. Как ни крутила головой Мария Ивановна в поисках его, но не нашла. «Видимо, он решил ходить только на мои лекции», - подумала она, огорчившись. Но тут же успокоилась. Праздник есть праздник. Видимо, праздновать он решил со своими друзьями.
После концерта, когда с охапкой цветов, нарядных хвойных веточек и незамысловатыми новогодними сувенирами Мария Ивановна прошла в учительскую, следом за нею зашла коллега по циклу и протянула небольшой подарочный пакет:
-Мария Ивановна, вам какой-то студент передал вот это. Попросил лично в руки.
Сердце кольнуло щемящее предчувствие:
-Какой студент?
-Не знаю. Наверное, кто-то из старшекурсников.
Мария Ивановна нетерпеливо распаковала пакет, в котором находилась небольшая коробочка и открытка.
«Ландыш серебристый», - было написано на коробочке с рисунком её любимого ландыша. «С наступающим Новым годом, дорогая Мария Ивановна! Букета живых цветов я, к сожалению, не нашел», - прочитала на открытке.
-Когда этот студент вам её передал? – воскликнула Мария Ивановна.
-Да только что, когда я заходила в учительскую.
Мария Ивановна выскочила в коридор и окинула взглядом обе его стороны, потом, пробежавши холл, спустилась по лестнице в вестибюль. «Надо хотя бы поблагодарить его за такой чудесный подарок», - провернулось у неё в голове.
Иван уже был у парадного выхода. «Иван!» – хотела крикнуть она, остановить, но голос застрял у неё в горле. В бессилие оперлась она о холодную стену, пытаясь успокоить колотящееся сердце.
-Вам плохо, Мария Ивановна? – участливо спросила подбежавшая к ней студентка. – Давайте я вам помогу пройти!
-Нет, спасибо! Я сама, - отозвалась Мария Ивановна. – Теперь уже все равно. – Она прижала к груди коробочку с духами.
*
После новогодних праздников были групповые занятия, консультации, зачеты, потом каникулы. Напряженная работа и плотный график не позволяли Марии Ивановне думать о чем-нибудь кроме работы. В дни студенческих каникул она вплотную занималась написанием новых лекций, статей и выступлений. И только к концу февраля, наконец, ритм работы пришел в обычную норму. Начались общие лекции второго семестра. Актовый зал вновь заполнился первокурсниками, ставшими Марии Ивановне уже родными. Каково же было удивление учительницы, когда в зале Мария Ивановна не обнаружила на привычном месте Ивана. «Еще не в курсе», - подумала она. Не пришел Иван и на следующую лекцию и в последующие дни. Сначала его отсутствие вызвало у неё небольшое недоумение, потом, недовольство: «Обиделся, что ли, устал или разочаровался?» - пыталась объяснить Мария Ивановна. Когда Иван не появился и в дни празднования 8 Марта, она слегка встревожилась. Её беспокоили мысли о том, что, возможно, она чем-то обидела его или невзначай причинила какую-нибудь боль. Она чувствовала себя то виноватой непонятно в чем, то жертвой каких-то обстоятельств, о
