Демоны Истины. Глава тринадцатая: Несмертный

взвизгнул, искры рассыпались по грязи.[/b]
Тэрций Навин врубился следом. Щит пошел вперед, как таран. Несмертный не успел полностью уйти - удар пришелся в плечо, сбивая равновесие. Меч Тэрция скользнул следом, оставив глубокую борозду на доспехе умертвия.
Шестопер рванулся в ответ. Снизу вверх, вынуждая Тэрция закрыться щитом. Удар был таков, что тот едва удержался на ногах. Несмертный шагнул вперед, но тут же был остановлен Валлиром - клинок Таллиса встал между ними, не давая добить.
- Давите! - коротко бросил Валлир.
Дантис бил сериями, не давая паузы. Тэрций держал центр, щитом отсекая резкие выпады. Таллис выбирал момент, вкладываясь в каждый удар так, будто знал: именно его клинок должен стать решающим.
Несмертный кружил между ними, словно загнанный зверь, но даже сейчас в его движениях не было паники. Он ловил удары на край щита, уходил в последние доли мгновения, отвечал коротко и смертельно точно - так, что каждый из троих чувствовал: стоит ошибиться, и бой для них закончится.
Кольцо на пальце Валлира вспыхнуло ярче. Воздух между ними дрогнул, словно натянутая струна.
Несмертный выдержал еще одну серию ударов - щит глухо принимал сталь, шестопер срывал клинки с траекторий. В следующий миг он резко вывернулся, будто ломая собственный ритм, и перешел в контратаку.
Первым под удар попал Тэрций Навин. Шестопер пошел серией - коротко, хлестко, с давлением. Навин был вынужден отступить на шаг, затем на второй. Он удержал строй, но потерял темп, и этого оказалось достаточно: он все еще был смертным, а не тем, кто стоял перед ним. Щит запоздал, дыхание сбилось.
Несмертный не стал добивать. Он исчез с линии атаки, ушел в сторону, перехватывая инициативу. Парирование - у ворот - ложная атака в корпус Самаэля Дантиса. Тот среагировал мгновенно, но именно этого и ждали: шаг назад, разрыв дистанции, потеря давления.
В тот же миг Несмертный связался с Таллисом Валлиром. Быстрая серия - почти обмен. Клинок Валлира вспыхнул, отражая шестопер, ответный удар пришелся в щит Несмертного. Металл звенел, удары следовали без пауз, но ни один не стал решающим. Слишком равны были скорость и воля.
Разрыв. Несмертный резко развернулся и метнул щит.
Удар пришелся Самаэлю в низ живота, сбив дыхание и заставив его отшатнуться. Не теряя ни мгновения, Несмертный выхватил меч.
Тэрций Навин уже шел в атаку. Они сошлись быстро - почти вплотную. Мечи мелькали, удары следовали один за другим, без лишних движений. Навин держался, отражал, контратаковал, но Несмертный навязывал темп, давил, не позволяя восстановиться.
Резкий шаг вправо. Удар справа - одновременно. Шестопер и меч обрушились почти в один миг, минуя край щита. Тяжелые, жестокие удары нашли брешь в защите инквизитора. Навина отбросило назад.
Несмертный больше не обороняется. Он начал бой заново - на своих условиях.
Шестопер снова пошел в работу - коротко, без размаха, вынуждая Таллиса закрываться и отступать на полшага. Удар в щит, второй - по оружию, третий - в корпус. Валлир удержался, но был вынужден принять бой, а не вести его.
Самаэль Дантис рванулся сбоку. Парные мечи вспороли воздух, стремясь зайти в спину, но Несмертный развернулся навстречу. Клинок встретил клинок, шестопер - второй. Сталь взвизгнула. Дантис отскочил, сменил угол, снова пошел вперед, но теперь уже осторожнее: давление было слишком плотным.
Несмертный теснил их, шаг за шагом. Заставлял отходить, сбивал стойки, ломал привычный ритм. Там, где раньше был строй, теперь оставалась лишь реакция. Каждый удар требовал ответа, каждая ошибка грозила стать последней.
Тэрций пятился. Выходил из боя. Согнувшись и зажимая раненый бок.
Таллис попытался перехватить инициативу. Клинок пошел резко, с силой, целясь наверняка. Несмертный принял удар на рукоять шестопера, тут же ответил - так быстро, что Валлир едва успел уйти, почувствовав, как сталь скользнула в опасной близости. Кольцо на его пальце вспыхнуло ярче, воздух вокруг дрогнул.
Несмертный шагнул еще ближе, сокращая дистанцию до опасного предела. Он бил почти вплотную, не давая развернуться, не оставляя времени для сложных приемов. Дантис оказался вынужден отойти, чтобы не попасть под перекрестный удар.
Теперь они сражались уже не втроем. Теперь каждый - отдельно.
И Несмертный это чувствовал. Он двигался между ними, как клин, вгоняемый ударами молота, - холодно, неумолимо, с полной уверенностью, что бой еще далек от завершения.
- Хорош!… Он знает, кого ставить себе в услужение! - бросил Несметный.
Их оружие скрестилось, заскрежетало, заело друг друга в коротком клинче, даруя лишь мгновение передышки.
Затем снова бой. Серия ударов. Мелькание стали. Блок. Парирование. Отскок и вновь спайка клинков.
- Короткая искра человеческой жизни в Большой игре, начавшейся задолго до твоего рождения…
Несмертный резко оттолкнул Таллиса Валлира. Отступил на полшага и расхохотался.
Смех был хриплым, глухим, будто булькающим. Воздух с усилием вырывался из изъеденных посмертием легких, ломался, искажался, превращаясь в нечто омерзительное.
- Сколько у него было таких, как ты?! - прорычал он. - Слепых глупцов, что идут за чужой надменностью и гордыней!
Он рванулся вперед. Новая серия ударов - быстрее, яростнее.
В бой вклинился Самаэль Дантис, принимая удар на себя, сбивая ритм, ломая темп Несмертного.
- Вы сгинете так же, - прошипел тот, - как сотни до вас!
Он бил без усталости, без сомнений, будто время для него ничего не значило. Таллис и Самаэль держались из последних сил. Дыхание сбивалось, руки немели, каждый удар приходилось принимать на грани - еще немного, и сталь перестала бы слушаться.
Вокруг кипел другой бой. Инквизиторы сходились с нежитью - короткие схватки, крики, звон оружия. Там и здесь вспыхивали камни душ, вырывая из мрака резкие, болезненные отблески света. Эти всполохи рвали ночь, выхватывали из темноты силуэты падающих тел, искаженные лица умертвий, багровые отблески на доспехах.
Несмертный будто черпал из этого хаоса.
Он ударил Самаэля серией - Дантис отступил, споткнулся о тело, едва удержался на ногах. Следующий удар предназначался ему же, но Таллис встал на линию, принял шестопер на клинок. Удар был таков, что Валлира отбросило назад, и он едва не упал рядом с Навином.
Кольцо пыхнуло. Заметно. Довольно ярко.
Воздух сжался, стал тяжелым. Несмертный замедлился - на миг, всего на миг, но этот миг был выстрадан кровью и смертью.
- Сейчас! - выдохнул Таллис, про себя перебирая сотни имен известных демонов. Истинные имена. Что были способны связать и отбросить тварей в Бездну, что их породила.
Самаэль рванулся, забыв про боль. Парные мечи пошли крестом, не чтобы убить - чтобы связать. Несмертный отбил один, второй, но шагнул не туда, куда хотел. Земля под ногами была скользкой от грязи и крови.
Таллис пошел следом. Не красиво. Не идеально. На изломе.
Клинок вошел глубоко, с сопротивлением, будто сам мир не хотел отпускать это существо. Несмертный дернулся, ударил в ответ - слишком поздно, слишком слабо. Самаэль навалился сбоку, вбивая меч по рукоять, с криком, больше похожим на рывок души, чем на звук.
Несмертный замер. Камни душ вокруг вспыхнули разом - словно что-то рвалось наружу, не находя выхода. Свет дрогнул, погас, оставив после себя глухую, вязкую тишину.
Он еще стоял несколько мгновений. Потом тело обмякло и тяжело рухнуло на землю.
Таллис отступил на шаг, едва удерживаясь на ногах. Самаэль опустился на колено, уставившись в грязь, не в силах сразу подняться. Навин все еще переводил дух.
- Стареешь, старик, - криво улыбнулся Дантис Тэрцию, пытаясь восстановить дыхание.
Вокруг бой продолжался. Пауза длилась одно дыхание.
Потом мертвые пошли. Не рывком, - волной. Медленной, вязкой, неумолимой. Из темноты выползали силуэты, один за другим, цепляясь за землю, поднимаясь с хрипом и треском костей. Их было слишком много для уставших рук и сбитого дыхания.
- В круг… - глухо выдавил Таллис. Инквизиторы повиновались.
Самаэль поднялся, шатаясь, и встал рядом. Парные мечи дрожали в руках - не от страха, от усталости. Каждый вдох жег грудь. Каждый шаг отдавался болью.
Навин дернул щит ближе к плечу. Выставил вперед меч, изготовился к бою
Первый мертвец налетел почти сразу. Таллис встретил его на автомате - удар, шаг в сторону, толчок плечом. Тело рухнуло, но на его место тут же встал следующий. Самаэль рубил коротко, экономя силы, больше отсекая, чем убивая. В его движениях иссякла та чарующая плавность и грация смертельного танца. Осталась только скорость.
Вокруг вспыхивали камни душ. Резкие, неровные всполохи света выхватывали куски боя: инквизитор, упавший на колени; мертвую руку, вцепившуюся в понож; клинок, застрявший в кости. Свет гас - и все снова тонуло в темноте и шуме.
Круг инквизиторов отступал шаг за шагом. Смыкался, редея. 
Потому что иначе нельзя. Земля под ногами была неровной, заваленной телами. Каждый неверный шаг грозил падением, а падение - смертью. Самаэль оступился. Таллис успел - встал между ним и ударом, принял его на клинок, почувствовав, как руки свело судорогой. Кольцо вспыхнуло снова, уже тусклее, словно выгорая изнутри. 
- Держись… - прохрипел Самаэль, сам не зная, кому говорит.
[b]Те из умертвий, что шли первыми, уже лежали. Остальные напирали медленнее,