сколько было ходок?! Побольше, чем опять же у Ленина!
- Я должен был такое сказать, товарищ Сталин.
- Товарищи, стоит ли мне говорить как я рад?! Дождался-таки! Наконец-то вы пришли за мной!
- Иосиф Виссарионович, вот - возьмите и глубоко спрячьте эту безделушку. Посмотрите на неё внимательно. От неё теперь зависит слишком многое и здесь и там, на нашей всё ещё живой Земле. И пусть всегда будет при вас. Она специально очень маленькая и неказистая, чтобы кто-нибудь мог обратить внимание. На самом деле это маячок, мигает, но не радио. По нему мы на обратном пути обязательно разыщем вас.
- Так-то оно так. Но зачем я там, в Москве, в таком виде, в виде порошка, нужен буду?! И главное – кому?! От меня даже мёртвого тела не осталось, как после Ленина, всё Хрущ проклятый постарался. Он меня, кстати, тут десятой дорогой оббегает, боится. Чует кот, чьё мясо съел. Так что же вы со мной сделаете?! Как оно всё будет выглядеть?!
- Пусть вас больше ничто не беспокоит, товарищ Сталин. Который раз говорю, успокойтесь. Мы профессионалы своего дела и знаем его, мягко говоря, хорошо.
- Отлично, товарищи! Буду ждать вас! Вы и не представляете как!
- Отчего же. Очень даже представляем. А вы представьте, что ожидает нас. Идём в пасть к самому Люциферу. Не халам-балам предстоит, понимаете ли!
- И не боитесь, парни?!
- Да как вам сказать?! Подтрухиваем, конечно, но немного. Штаны во всяком случае пока сухие. А иначе, какими же мы были людьми, если бы ничего не боялись?! Пусть у него в штанах будет мокро!
- В таком случае, ребята, Феликс бы вами гордился!
- А то…
Когда спецназовцы ФСБ отошли от явно повеселевшего Иосифа Виссарионовича на довольно приличное расстояние и почти приближались к границе седьмого круга изнутри его самого, до этого старавшийся помалкивать капитан Хлебников как можно более равнодушно заметил напарнику:
- Как я понял, маячок ты оставил далеко не ему одному. Улётно секретное задание по-прежнему выполняется на широкую ногу?! Колись уж, рассадник преисподней инфекции в мире живых. Точнее, наоборот.
Майор, помолчав минуту, кивнул головой. Потом нехотя выдавил доп:
- Пока седьмому.
- И тем недобитым гениям из Лимба?
Майор Полубояров опять нехотя наклонил голову в знак согласия, но ничего на этот раз не ответил.
- Тогда у меня только один вопрос, всё тот же, от которого ты всё время увиливаешь – зачем?! Что они тебе взамен обещали?!
- Кто «они»?! Ты на кого намекаешь?!
Но тут вокруг опять искривилось пространство. Над головами оперативников управления стратегической разведки, вихляясь и со свистом, внезапно пролетел демон-подранок и с шипением, выпуская белёсо-голубую призрачную дрянь вместо крови, разбился об огромный валун на пути группы. Явно сидел в засаде, поджидая проход ни о чём не подозревающих, спокойно беседующих оперативников. Какой же партизан из преисподней помог им и на этот раз спастись?! Кто его подбил?! Неужели подполковник русской философии из своего Лимба достал вражину наиболее убойной своей сентенцией?! После папы римского осмелел Пётр Афанасьевич, всё же следует признать. Но долго раздумывать об этом у спецназа не оставалось времени, надо было спешить к последнему кругу, пока дьявол по-настоящему не провёл у себя всеобщую мобилизацию.
Обходя дрыгающиеся останки летучего чёрта, Хлебников повторил вопрос напарнику в несколько более развёрнутом виде:
- Зачем тебе всё это, майор?! Ты их всех хочешь с собой забрать?! Как теперь поступим?! В один тубус покидаем все эти лептонные кочерыжки и на своём горбу потащим через все границы между мирами?! Представляешь, каких размеров он потребуется?!
- Так они же ровным счётом ничего не весят! И места нисколько не занимают. Так что сгодится и обычный тубус. Душ сто вместится, уверяю. Даже намного больше. Это как в средневековье, если помнишь по учебникам, была такая богословская задача: «Сколько чертей умещается на кончике иглы?!». Так вот у нас примерно такая же коллизия. Да хоть тысячу может взять! Сколько надо, столько и уместится. Дольше выбирать придётся! Можем их друг в дружку навставлять их как матрёшек. Компактнее получится, ещё больше уместится.
- Оригинально. Но всё равно. Что-то тут всё равно нечисто, я это чувствую. Ты от меня многое скрываешь, Полубояров. Подозреваю теперь, что не просто очередные шедевры ты требовал тогда с несчастных гениев, томящихся в суверенном аду, а перепрошивал самую суть раскручиваемой адской текстуры. И в самом деле, кому на Земле в наши времена нужны их архаичные тексты?! Того же Пушкина первый попавшийся редактор зарубит и на счёт два докажет ему, что он полный бездарь, хотя бы потому что в союзе писателей не состоит, верноподданных постов не пишет, хотя бы на машинке «Эрика». Эх как на нём наша возрождённая ханжеская цензура отыграется! Тот же госкомнадзор снова досмерти заклюёт. Самое смешное, что Пушкин наверняка поверит всем - и цензорам и редакторам, о коих он раньше не слыхивал. Ты разве не согласен с этим?!
- Тогда в чём конкретно ты меня подозреваешь?! Что я несчастного Александра Сергеевича в зиндан посажу вместе с той пишущей машинкой, впрягу несчастного гения для народа новые сказки писать?!
- А в том, дорогой товарищ майор, что ты сам ли или по поручению нашего чересчур хитроумного начальства, наверняка как-то договаривался о некоей экстрадиции позарез нужных ему персон из ада. Понятно, что не просто за так, а за что-то другое, весьма конкретное. У вас же, начальников, повсюду бизнес! Вы же из всего вам порученного пытаетесь себе выгоду извлечь! А патриотизм для вас просто удобное прикрытие!
- Ты чего несёшь-то, капитан?! Хоть слышишь сейчас сам себя?! – Усмехнулся Полубояров. – Что взять с горстки лептонного пепла, которая когда-то именовалась гордостью человечества, в том числе и «нашим всё»?! Какие тут деньги, какой бизнес?! О чём ты?! Совсем тебе дьявол мозги свихнул?! Когда же он только успел?! Вроде бы я глаз с тебя не спускал.
- Не уходи в сторону! Ответь по существу! - Стал злиться капитан. - По каким критериям, в таком случае, вами велась выборка кандидатур на экстрадицию гениев обратно в живущее человечество?! Есть ли у тебя конкретный список, а может разрешили произвести отбор великих покойников зажмурясь и наугад, методом тыка?! Или просто кто на месте понравится?! Пушкину-то наверняка дал маячок?! Чтобы затем на поверхности сделать его чьим-нибудь литературным негром полезным власти, наряду с мессенджером Max?! Давай, майор, колись, я не отстану, пока всё не расскажешь. Или вот прямо сейчас развернусь и пойду назад один, Наташку вызволять. Лично мне больше никого и ничего не надо. Учти, я не шучу.
- Осталось пятерым, но это целиком по нашему усмотрению. Можешь принять участие, не возражаю. Будет рандомный, выборочный запас, думаю, для вторичных или дублирующих экспонатов исторических личностей и соответствующих экспериментов с ними. Основную же, базовую разнарядку я успешно выполнил, можешь не сомневаться. Но кого именно не скажу, пока не выйдем отсюда. Тебя просто не хочу лишний раз тревожить тем, в чём и сам пока не до конца разобрался.
- На этом спасибо, друг. Только зачем нам столько трупов?! Пусть ты их и материализуешь и они у тебя станут самодвижущимися! Но что потом?! Будем на ярмарках показывать?! Они же давно разложились не только физически!
- Повторяю – не знаю! Таков приказ. Котлеты наверно будем делать. Или гвозди, в принципе без разницы. Крепче не будет в мире гвоздей.
- Подписываюсь на все сто! Гвоздей - это всегда хорошо.
- А котлет - вкуснее. Ты меня дико вдохновляешь, шеф. Аж поесть захотелось. Давай, перекусим пару тюбиков?!
