Инга сидит опешив.
ИНГА: Что, сильно достал?
НАТАЛЬЯ: Да сил моих больше нет. Удавила бы заразу. Да куда мне.
ИНГА: Ммм... И ты решила...
НАТАЛЬЯ: Ну... это даже ни я решила, это мой муж предложил.
ИНГА: Твой муж решил заказать собственного деда?
НАТАЛЬЯ: Да почему заказать-то? Дверь поставить!
ИНГА: Так стоп! Теперь я вообще ничего не понимаю. Какую дверь? Куда? Кому? Зачем?
НАТАЛЬЯ: Объясняю ещё раз. Мы живём в квартире мужа, точнее это квартира его деда, он живёт там же. Нас он конкретно достал, и мы решили оградить его от себя дверью в нашей комнате.
ИНГА: А, вот оно что. Всё ясно. Слушай, ну жить с роднёй мужа – это - то ещё испытание. Как же ты на это решилась?
НАТАЛЬЯ: Я, честно говоря, сама не поняла, как-то это всё так быстро произошло. Раз и я уже живу бок о бок с этим старым...
ИНГА: А почему тебя так сильно раздражает этот старик. Старики обычно тихие. Он ведь наверняка преклонного возраста. Не слышит уже ничего, не видит.
НАТАЛЬЯ: Уверяю тебя подруга – это не тот случай. Старикашка самый что ни на есть чёртов крепкий орешек. И его миссия – извести счастливый брак своего внука, ну и меня заодно.
Наталья берётся за голову, хнычет.
ИНГА: Ну-ну... подруга. Не расстраивайся. Даже самый крепкий орешек колется под женским каблуком. Давай-ка знаешь, что? Давай я приду к тебе в гости, и мы поставим на место этого ворчуна – привереду. А сейчас не будем о грустном, слушай, как мы с Толиком зажгли на Бали. В общем всё началось с того что...
Громкая музыка.
Подруги общаются, Наталья развеивается и вот уже слышен взрывной хохот закадычных подруг.
ЗТМ.
3 КВАРТИРА ОКСАНЫ
Оксана основательно готовится к встрече. Это не чайная церемония, на стол она приносит горячие блюда, салаты. Здесь и первое, и второе, и третье.
Играет нежная лирическая музыка. Девушка в танце кружится по комнате, принося те и иные блюда. Она одета в чём-то домашнем.
Раздаётся звонок в дверь.
ОКСАНА (кричит): Кто?
ИЛЬЯ (из-за двери): Оксана, привет. Это Илья.
ОКСАНА (кричит): Илья?
Девушка приоткрывает дверь, но не пускает гостя.
ОКСАНА (нежно, играючи): Так скоро?
ИЛЬЯ (заглядывая, пытаясь протиснуться в дверь): Здравствуй, моя хорошая. Я пораньше освободился ничего?
ОКСАНА (нежно, не пуская): Подожди немножко, не входи, я не одета.
ИЛЬЯ (заглядывая, проявляя любопытство): Не одета? Совсем?
ОКСАНА (нежно): Я сейчас. Ты постой тут чуть-чуть, я крикну. Подожди, не входи.
Оксана убегает с радостной улыбкой, кричит откуда-то.
ОКСАНА (кричит): Заходи, можно!
В квартиру заходит Илья. По-хозяйски раздевается, со знанием дела развешивает и раскладывает свои вещи, снимает кофту и бросает её куда-то в сторону (важно, впоследствии она останется забытой).
Подходит к столу.
ИЛЬЯ: Ого! Оксанчик, ты что сегодня так наготовила? Погоди! День рождения? Да нет, у тебя же в начале года где-то там... Какой сегодня день? Народное единство? День благодарения? День спонтанного проявления доброты?
ОКСАНА (откуда-то из другой комнаты): А что есть такой день да?
ИЛЬЯ: Ну да... есть, но он вроде в феврале в середине. Слушай, Оксан, а чего ты правда так наготовила?
В комнату заходит Оксана. Она в ярком новом платье, на каблуках. Выглядит очень эффектно.
ИЛЬЯ (глядя на девушку): Ого...
Илья садится на стул.
ИЛЬЯ (глядя на девушку): Оксаночка... выглядишь просто потрясающе!
ОКСАНА: Спасибо.
ИЛЬЯ: Но что же сегодня произошло? Ты такая вся... наготовила вон столько. Рассказывай скорее. Что произошло за эти четыре дня, что меня не было?
ОКСАНА: Да нет. Ничего такого не произошло. Просто захотелось приготовить чего-то такого особенного. Просто настроение сегодня у меня очень хорошее. Тебя вот ждала.
ИЛЬЯ: Хм..
ОКСАНА: Давай, что ли пообедаем? Не откажешь старой подруге?
ИЛЬЯ: Давай, с удовольствием, я знаю, что ты отличная хозяйка.
Оксана садится поближе к Илье.
Начинают кушать. Девушка всё время смотрит на Илью, взгляд её очень влюблённый, заигрывающий, интригующий.
Илья кушает с энтузиазмом, не обращая никакого внимания на то, что творится в глазах Оксаны.
ИЛЬЯ: Ну вот..., я тебе рассказывал, что всё бы ничего, да только вот дед мой всю семейную жизнь отравляет. Не понимаю, чего ему неймётся. Я, конечно, всё понимаю, но ты свою жизнь прожил, чего лезть в чужую! Вообще прохода не даёт.
ОКСАНА: Мне кажется, ты слишком строг к нему.
ИЛЬЯ: Я строг? Да я сама лояльность. Наташка вон, вообще на него готова уже кинуться. Еле сдерживаю. А ведь мы живём ещё всего только неделю вместе.
ОКСАНА (печально): Неделю и четыре дня...
ИЛЬЯ (с набитым ртом): А? Нет, неделю и три... а вообще да, уже неделю и четыре дня. Слушай, такое чувство, что уже порядочный срок оттянул... в колонии строгого режима. Каждый шаг контролируется, вертухай бдит! Старик вообще, по-моему, не спит никогда. Наташка нервная стала. Семейная жизнь в большой опасности!!!
ОКСАНА (печально): Илюш... ну, раз ты выбрал эту девушку в жёны, значит она особенная девушка, значит она достойна того чтобы быть с тобой и в горе и в радости. Не стоит уж так всё драматизировать. И потом, твой дед, он ведь заботится о тебе, переживает. Возможно, где-то перегибает, как знаешь, родитель, не желая отпускать ребёнка в свободный полёт, стремится навязать ему свой контроль, но это не делает его плохим человеком. Всё-таки он даёт вам приют. Это его квартира и он вправе жить в ней по тем правилам, которые считает для себя приемлемыми.
ИЛЬЯ (нервно): Так! Оксана! Я не понял, ты моя подруга или подруга деда! Чего ты его защищаешь? Ты должна быть целиком и полностью на моей стороне. Мне плохо, я пришёл к тебе за поддержкой, а ты... ты...
Оксана встаёт, подходит к Илье обнимает его по-дружески сзади.
[justify]ОКСАНА: Илья, ты же меня знаешь. Я не сторонница лести и подхалимства. Я очень люблю тебя,
