Бабушка Перасковия (часть 1)
В церкви узнавала: такого имени нет, а есть Параскева Пятница. У чувашей это имя встречается часто, но в чувашском варианте. В деревне нередко можно было услышать: «Праски, Праски!». В нашей домовой книге имя бабушки записано как Перасковия. Красиво, мне нравится.
Конкурс красоты «Мисс Мира» возник в 1951году, а неформальные «конкурсы красоты» у чувашей существовали давно (ещё до революции). Видимо, если вся огромная деревня Питеркино признала её «чуваш пики» (чувашской красавицей), значит, так и было.
Теперь расскажу о «чуваш пики» и моей не родной бабушке. Она моя. Есть выражение «Не та мать, которая родила, а та, которая воспитала» - Оно справедливо и для бабушек. Моя родная бабушка Евдокия умерла после тяжёлых родов отца, ей не было и тридцати лет (роды всех детей принимал сам дедушка, потому что не было ни врачей, ни больниц).
«Самое большое счастье, которое может выпасть в жизни, это счастливое детство». (Агата Кристи) Давайте согласимся с этим известным высказыванием.
Чувашские крестьяне были разные: бедняки, середняки и зажиточные. В деревне Питеркино зажиточных было немного, но моя бабушка родилась и выросла в благополучной семье (в самом конце Х1Х века). Её отец владел двумя мельницами, как и его дед с прадедом (профессия мельника передавалась по наследству). Чувашский народ был от природы очень мудр, религиозен и чрезвычайно трудолюбив.
У девочки Праски было счастливое деревенское детство: любящие родители, безбедность, дружная многодетная семья. Дети жили с матерью, отцом и его родителями, с асатте и асанне. Асанне (аслă анне) в дословном переводе старшая мать, асатте (аслă атте) старший отец. Родители работали с утра до вечера, а девочка больше времени проводила с асанне и старшими детьми. Когда подросла, ходила на ларма. Что это такое? Ларма – это место, где мастеровые женщины и ретивые девушки занимались рукоделием: зимой пряли, а летом вышивали, пели песни предков, слушали сказы и рассказывали «бывальщины».
Лето, страдное время в деревне. Бабушка рассказывала, что в сенокос семья заготовляла по пять и больше стогов сена-даже сегодня трудно представить. Её родители держали добротное хозяйство: несколько лошадей и коров, бычков, десятки овец, несколько свиней, множество кур, уток и гусей. Ленивой вырасти с таким хозяйством было невозможно, а у неё и желания не было.
А девушка Праски была гордостью деревни! Какие чувашские красавицы? Кто бывал в чувашских землях в те времена, писал: «Красивые девушки были выше среднего роста, но не худые. С русыми волосами, круглым, свежим и здоровым лицом с румянцем на щеках, голубыми глазами, тонкими губами и маленьким ртом, белыми зубами, хорошим бюстом и красивой талией, прямой и живой походкой. Степенные, скромные, вежливые и трудолюбивые».
Это живой портрет моей бабушки в молодости. Если бы тогда проводили конкурсы красоты, она стала бы первой не только среди чувашских красавиц. Красота на виду, и народу было приятно видеть в ней эталон деревенской красоты. Мне приятно об этом узнавать.
Моя красивая бабушка говорила, чтобы я не завидовала красавицам и помнила старую поговорку «С лица воды не пить». Бог даёт внешнюю красоту женщине в долг, чтобы она заслужила её в борьбе с завистницами, гордыней и трудностями в жизни. Какой долг? Я не поняла из её слов, кроме как: «Красота может быть обещанием счастья, но без гарантии».
Чуваши считали большим несчастьем и грехом для девушки умереть незамужней, но Праски этот грех не угрожал. Не сказать, что она торопилась улететь из родного гнезда: знала, что у чувашей более ценная невеста - зрелая. Она ценилась выше молоденьких, так как имела богатое приданое, достаточный опыт ведения хозяйства и понимала толк в жизни. Любое село и деревня ценили лучших невест и старались выдать их подальше от родной деревни, чтобы женихам не пришлось выбрать в жены родственниц. Ведь по чувашским традициям жениться на родичах до седьмого колена строго-настрого запрещено. А для знакомства устраивали посиделки, игры, праздники, общие для нескольких деревень. Но особенно присматривались к будущим жёнам на сенокосе: работящая или ленивая? Уединиться здесь можно было у далёкой копны - благодать.
Будучи девушкой на выданье, Праски имела много предложений руки и сердца, но одно не пришлось ей по душе. И сердце у неё было не пустым: уже не первый год приглядывались друг к другу два влюблённых голубка, но время, видимо, не подошло. Дом её избранника внимательно изучал родословную семьи невесты, ведь она - продолжательница знатного рода жениха. Всегда желали взять невесту из сильного клана, и потому зажиточные женились на таких же, чтобы приумножались богатства. Тайно Праски подарила избраннику платочек, вышитый своими руками. На нём не просто узоры - она выкладывала стежками свою душу. Это уже знак, как вы поняли. Отцовский дом был огромен: на улицу выходило шесть больших окон выходило, но двери в избу не закрывались на амбарные замки - жили в доверии. В один прекрасный день удалец забрался в опочивальню в отсутствие хозяев и украл подушку, на которой спала Праски. Обнаружив пропажу, все всполошились, лишь она догадалась, кто на это решился, но не сказала ни слова. Ночью пришли сваты. Обычно сватаются ночью, а утром деревенская молва разносит радостную весть. Сами знаете, если чихнёшь в начале села, то пожелание крепкого здоровья прилетит с самого его конца. Деревня есть деревня.
Деревенская свадьба была славная, богатая и весёлая. Родители щедро отдали приданое: две коровы, одну лошадь, быка, четыре свиньи, десять овец, не считая кур и уток и гусей. Неплохой задел для хозяйства новоиспечённой семьи. Молодые настроились преумножить богатства, усердно работая ради себя и ради будущих детей. Когда человеку дорог труд, то он видит красоту своей и чужой работы, не устаёт от дела жизни и наслаждается её плодами. Так устроен настоящий хозяин земли. Скромничать не станем: добро приходило в их дом, потому что годами строили самостоятельное хозяйство, активно вели торговлю, сдавали земли в аренду, увеличивали поголовье скота и площади посевов. Всё шло своим чередом.
Известно, что семья и дом - место силы для любого человека. Началась счастливая жизнь в благословенном союзе: молодые жили в любви, дела спорились, и детей хотелось как можно больше. Первым появился мальчик, продолжатель рода, это было значимым событием. Жили в счастье и мечтали, чтобы такая жизнь не прекращалась вовеки. Тем временем над крестьянами с успешным хозяйством нависли мрачные тучи. Всё чаще начали появлялись слухи о жестокостях Советской власти против зажиточных крестьян, которых приравняли к кулакам. Известно, что кулак-не земледелец, а человек, для которого главное – деньги. Предприимчивых и усердных крестьян ожидали сильные потрясения все 1930-е годы. Никому не ведомо, какая участь ждала семью моей Праски.
Как сохранить честным трудом нажитое добро? Праски с мужем взяли деревянное ведро, заполнили его семейными реликвиями и немецкими талерами, и ночью пошли в сад, в кромешной тьме вырыли яму под яблоней и закопали клад. Это на всякий случай. Внимательно смотрели по сторонам, прислушивались к шорохам - вроде - никого, и спокойно вернулись в дом в надежде, что клад их дождётся.
У её отца Василия уже забрали мельницы, а самого вывезли неизвестно куда. День ото дня нарастала тревога за жизнь каждого близкого. Если что - защитить её было невозможно, но надежда не покидала их сердца. Праски понимала, что теперь каждый день - испытание, и что прежняя безмятежность ушла навсегда. В доме царила напряжённая тишина, прерываемая лишь редкими разговорами и звуками работы по хозяйству. Семья старалась не показывать страх, но в глазах каждого читалась тревога.
Прасковья была на последнем месяце беременности и они ждали малыша в надежде, что на этот раз родится девочка - мамина отрада.
Однажды рано утром порог их дома переступили незваные гости из сельской власти, чтобы назвать их «врагами народа». Супруги не могли даже подумать, что к ним придут, ведь они работали сами, с помощью и поддержкой всей большой родни. Муж никогда и никому не отдаст своё, доставшееся потом и кровью, с надеждой думала Прасковья.
Жадными и хладнокровными глазами новая власть изучала хозяйство и осторожно перешёптывалась. Да, сколько же здесь добра. Сельские чиновники описали некогда крепкое образцовое хозяйство и начали выгонять всю живность со двора. Каково это - когда из твоего хлева чужие люди выводят любимую кормилицу? Картошку из погреба забрали, мешки с зерном загрузили на телеги, и вымели всё зерно, не осталось и зернышка. Вышвырнули из родного дома в ни-ку-да. Бедняки деревни, словно свора голодных собак, стали тащить из дома оставшееся добро - самовары, домашнюю утварь. Но мужу не удалось защитить ни семью, ни хозяйство, ни себя. А в чём их вина? В том, что хотели жить по-человечески своим каждодневным трудом? Муж превратился в разъярённого зверя, едва удалось связать его и закинуть на телегу. Подойти к мужу не разрешили и увезли в неизвестном направлении. Всё. Она своего любимого больше никогда не увидит. Не суждено. Безудержно рыдали на всю деревню от безысходности и Прасковья, и маленький сын. Это ли не страшный сон? Всё до мелочей запечатлелось в её памяти навсегда. Такое чудовищное потрясение пережить может не каждый.
Всё померкло. От переживаний у неё начались преждевременные роды, и появилась их мечта - девочка, но радости не было. Мальчика приютили родственники по традициям предков, чтобы сохранить род. Через три дня её, измотанную и обессиленную, забрали и бросили с грудным ребёнком в тюрьму. Она сидела там невинной новорождённой и пыталась спасти её жизнь. Прасковья обёртывала мокрую пелёнку вокруг своего тела, сушила теплом тела и пеленала крошку снова и снова. В таком кошмаре они были вместе около месяца, и безгрешная малютка не выдержала жестокости мира. Смотрители полагали, что Прасковья может после всего потерять рассудок. Советская власть лишила её семьи, имущества, унизила, растоптала, причинила адскую боль и мучила. Каково ей, Праски, за такой короткий срок потерять всё? Некогда бодрая, гордая, обеспеченная женщина оказалась в кромешном аду. Солнца в жизни она больше не увидела. Мрак. Где муж? Любимый человек? Что с ним? Что дальше?
Она, без вины виноватая, стойко и мужественно сидела в тюрьме. Прошло время, и однажды зачитали решение сельсовета: она ни в чём не виновата и выпущена на свободу. Но куда? В этот уже опустошённый мир, где нет любимого, нет долгожданного ребёнка, нет их родного дома? Дом, в котором недавно был мир, звучал смех и царила любовь, теперь принадлежит другим людям, его отдали бедным. Куда податься? Где найти приют? Хоть посыпай голову пеплом, не поможет.
|
