- Как вы себя чувствуете, молодой человек? Готовы? – нахмурив брови, спросил научный руководитель эксперимента.
Ян шумно сглотнул слюну.
- Э-э… По-моему, да.
- Что?!
- Да, сэр, разумеется, сэр!
- Не придуряйтесь, мистер Спорка, вам это совершенно не идет.
Первый путешественник во времени безнадежно пожал плечами.
Инструкции, наставления, наставления, инструкции вбивали в его голову на протяжении нескольких месяцев: днем – визуально и на слух, ночью – под гипнозом.
Никаких, даже самых случайных, контактов; никаких, даже самых наихреновейших, сувениров; деревья не жечь, бабочек не топтать, и, по возможности, постараться остаться в живых, дабы не дать варварам лицезреть продвинутый труп пришельца из будущего. Зачем все это, если теоретически доказано, что прошлое изменить не то что бы сложно – невозможно?!
“Никогда не говори “никогда”, - нудно поучал профессор Яна. - Невероятное вероятно. Мы знаем, что ничего не знаем”. И так далее в том же духе.
Спустя бесконечные месяцы тренировок момент великого триумфа науки наступил. Яна Спорку, молодого талантливого доктора антропологических, археологических и лингвистических наук, отправляли в прошлое на шесть тысяч с копейками лет. Местность: истоки Нила, Египет. Задача: взглянуть, хоть одним глазком, на что это похоже. Реальное время пребывания в темпоральном поле – час плюс-минус пять с половиной минут. Основная цель эксперимента: подтвердить теорию безвредности путешествий во времени.
Опасный опыт, вне всяких сомнений. Поэтому – как можно дальше в прошлое: дескать, если и нарушится ход событий, круги на воде успеют затихнуть до 2000-го года. До ИХ 2000-го года. Закопали бы и глубже - не позволял огромный расход энергии.
Яна обрядили в некое подобие серой мешковатой туники – писк моды древнего Египта. На запястья – браслеты со стекляшками, на ноги – что-то вроде сандалий. СуперСОВРЕМЕННАЯ прическа. Все. Добро пожаловать на маскарад.
Роберт, мрачноватый обезьяноподобный доцент, и Аннушка, лапочка – аспиранточка, проводили путешественника в соседнюю лабораторию к телефонной будке Машины Времени. Заперли. Помахали руками – все молча. Доцент - то ли по жизни немой, то ли притворялся из принципа; Аннушка после одной злополучной вечеринки Яна принципиально игнорировала.
До старта десять секунд, отсчет пошел. Возвращение на автопилоте. Как учили, Спорка постарался расслабиться: ноги чуть присогнуты в коленях, руки напряжены – расчеты высоты над уровнем моря могли оказаться не на высоте.
Три. Два. Один. Бам! Ничего. То есть сначала ничего не произошло. Спустя мгновение Ян оказался в болоте. Такого просто не могло случиться. И все же случилось. Где ты, гостеприимная теплая почва? Где ты, ароматный сухой кислород, то бишь воздух? Вместо этого - зловонная слизь жарко охватывала колени ученого и на полном серьёзе грозила утянуть в свои материнские объятия. “Плохо, - подумал Ян. – Очень плохо”. Потом подумал еще раз и инстинктивно опустился спиной на трясину, широко раскинув руки в стороны. Помогло, но стало хуже. Постарался оттолкнуться. Потом снова. Безрезультатно. Более того, жижа затягивала, и это было совсем не по плану. Запрокинув голову, Спорка попытался оглядеться вокруг. Метров восемь до берега – полная безнадега. Тем не менее флора на суше заставила ученого на какое-то время забыть об опасности. Интересная древнеегиптянская смесь: папоротники размером с три баобаба, рядом с которыми, как поганки после дождя, притаились столетние дубы. Тут же береза и пальма, тростник, гигантская свекла, секвойя. И яблони. Безысходное множество яблонь возле самого болота, наполовину обгрызенных.
“Их сожрал Tyrannosaurus Rex, - мрачно подумал Ян. – Это не Египет. Старый хрыч испытал на мне какое-то новое психотропное средство”.
Местный аромат, чем-то схожий с веселящим газом, пытался разорвать крышу Спорки на незаметные части. Протикало около пятнадцати минут. Хихикая в уме, Ян представил, как будет докладывать о самой дорогой экспедиции в истории человечества. И кому.
Двадцать минут. Руку с браслетом затягивало явно быстрее. “А может, и не придется отчитываться, - подумалось вдруг ему. – Утонуть с концами. Трупы в будущее не возвращаются. Да и что взять с трупа ученого? ”
Двадцать пять.
Что-то мягко потянуло Яна за волосы. Или кто-то?
Наверное, только шок не позволил ему закричать и захлебнуться. Между тем некто упорно продолжал вытаскивать закусь на сушу. Хотя бы за это спасибо, умрем с пользой для дела. На последнем метре Спорка все же умудрился глотнуть мерзкой жижи. Как ни странно, но ему стало плохо. Спустя мгновение, выблевав утренний кофе и пару тостов, он обернулся – и остолбенел. Вместо ожидаемого добросердечного странника–египтянина на него смотрело нечто вроде жабы-переростка. Существо желто-зеленого цвета, метра этак два на два, с огромными невинными голубыми глазами и тремя (!) парами клешней сидело и смотрело на него. Нервы мистера Спорки не выдержали. С неестественным бульканьем он попытался отползти от монстра подальше в лес. Жаба, казалось, не возражала, лишь зыркало всепрощающими зенками и укоризненно качала головой. Ян продолжал медленно пятиться. Вдруг жаба протянула одну из своих конечностей, схватила его за шиворот, хорошенько встряхнула и поставила на ноги.
- Кто ты ? – спросила Жаба.
Колени Спорки подогнулись, и он рухнул обратно, бессмысленно уставившись в зеленое – ЗЕЛЕНОЕ? – небо. Сверху плюхнулся ньютоновский символ.
- До чего же ты туп, - проворчала жаба и вновь придала Яну вертикальное положение, на этот раз поддерживая его верхней парой клешней. - Сразу видно - несовершенен.
Голос ее, казалось, раздавался прямо в черепной коробке. “Телепатия, - смутно подумал Ян. - Сверхсущество. Инопланетная лягушка-царевна. Не так уж страшно”.
- Че… человек… я есть… Был, - выдавил он из себя.
- Че-ло-ве-че? – медленно произнес (подумал) монстр. - Интересно. Интересно изучить.
- Как это – “изучить”? – заикаясь, спросил Ян, судорожно пытаясь стянуть с левого запястья браслет. Хоть какое-то оружие.
- Разделать, - объяснила жаба. – Посмотреть, как устроен. Упростить или усложнить.
Хладнокровие, посетившее Спорку, едва не покинуло его вновь. Ян не сомневался, что такими клешнями человека можно выпотрошить за пару секунд.
- З-зачем, а?
Монстр, казалось, задумался.
“Сколько же времени до возвращения? – пронеслось в голове у Яна. – Десять минут? Пять? Господи, помилуй!”
Жаба, сверкнув улыбкой не хуже акульей, средней парой клешней обвела вокруг:
- Потому что чего-то не хватает. Изюминки какой-то. Шестой день думаю, а никак не прёт.
Это было слишком. Недолго думая, Ян размахнулся и метнул свой игрушечный браслет твари в морду. Неожиданно бросок оказался удачен. Жаба взвыла и схватилась клешней за правый глаз. Спорка изо всех сил рванулся вперед, потом назад и каким-то чудом сумел вырваться из железного захвата. “Пару минут, - стучало в голове. – Пару минут, и я спасен”.
Облом.
Сила семи богатырей подняла Яна в воздух, развернула и вплотую приблизила к отвратительной физиономии. Левой верхней конечностью жаба прикрывала пострадавший глаз, еще четырьмя растянула ученого во все стороны так, что только кости трещали. Живая дыба.
- Напрасно ты так, - зловеще прошепелявила жаба. – У меня все просто: око за око.
У Спорки мелькнула дикая мысль.
- Эй! А как насчет подставить второй глаз?
- Чего?!
- Есть такая Божья заповедь: если тебя ударят по одной щеке, подставь другую.
- За кого ты меня принимаешь, - надулась жаба. – Съешь яблоко, хватит болтать. Замечательная конструкция. Интересные у тебя рёбра!
- Самые обычные ребра, - непринужденно сказал Ян. Страх куда-то исчез. Раз надо – значит, надо.
- Не лжесвидетельствуй, - строго сказал монстр и многозначительно щёлкнул свободной клешнёй. – Мне нужно хотя бы одно из них.
Спорка закрыл глаза, набрал полную грудь воздуха и приготовился умереть, как герой. Внезапно опора исчезла, и он оказался лежащим плашмя на полу кабины Машины Времени. От облегчения Ян чуть не заплакал. Дверца открылась, его осторожно подняли и перенесли на кровать. Глупо улыбаясь, он смотрел на такие знакомые, такие милые лица: старик профессор, Боб, Аннушка… АННУШКА?! Ян резко выпрямился в постели.
- Анюта, девочка моя, что с тобой? - жалобно спросил он.
- Меня зовут Антуан, - произнес резкий мужской голос. И озадаченно добавил. - А что такое “девочка”, Ян?
