великий Рудаки. Так думают и современные психологи и психиатры, квантовые физики и философы. Это наверно и есть сущая правда. На самом деле без тебя, Владик, не существует ничего вокруг. Каков ты, таков и творимый твоей душою мир. Он только твой и ничей больше. Все населяющие его прелестницы или старые ведьмы вроде меня, дьяволы, суккубы, новые самодержцы, главкомы – вся эта чушь пребывает лишь внутри тебя, а вне ничего нет. Ни-че-го! Это всё фантомы твоего сознания, порождения твоей души. Поэтому просто возьми и успокойся! В твоём мире существуешь только ты один! И точка. А всё остальное – повторяю, лишь плод деятельности твоего же ума и воображения души. Именно транс согласующийся с трансом других людей по строго предписанным вам правилами и закономерностям.
- В таком случае вернёмся в вашу врачебную легенду, которую вы изначально преподносили, а точнее, внедрили в нас. Давайте-ка и тут начистоту! Расставим все точки над i. Вы нам тогда в преисподней прогнали откровенную туфту, извините за сниженное выражение. То есть, невероятно душещипательную историю про свою любовь. Она-то и стала частью моей картины мира. Значит не только я, но и вы приняли самое деятельное участие в её формировании. Но что в ней правда, а что лишь ваш хитроумный психиатрический ход?! Или это просто интимный выплеск вашего собственного мира?.. Ладно, коли не понимаете, скажу по-другому. Свою в этой легенде любовь, Гафиза, то есть, поэта Гумилёва, вы и вправду с нашей помощью спасли или это был специально организованный для нас побочный, можно сказать постановочный глюк, мираж «в краю самых белых облаков», но только спроецированный глубоко-глубоко под землёй?! И под вашей атласной кожей таки не бежит до сих пор отравленная кровь?! Чем же в таком случае она отравлена, аконитом или цикутой?! А может старым добрым крысиным ядом?!
- Да нет же! С чего ты взял, Владик?! Не бежит. Она самая обыкновенная. В смысле мой жидкий яд, с остатками крови. А судя по воспоминаниям моей тёзки, ну или прототипа, если тебе так угодно, всё-таки умершей сто лет назад, не так-то уж он и был хорош, этот Ларисин Гафиз. Да и мужскую парфюмерию не признавал. А это для мужчины, учти, очень большой минус. Он не должен быть могуч, вонюч и колюч, как считают испанцы. Но пахуч и гладко выбрит. Гафиз же этого не понимал, даже зубы не всегда чистил. Поэтому там и не было ничего особенного. Говорю, ни-че-го! Проехали! Так у вас теперь говорят?! Вот именно. Промчались! Аллюр три креста! Реввоенсовет советской республики именно этим способом рассылал свои директивы сразу по прибытии на фронт. Кстати, я сама иногда их подписывала как заместитель Троцкого. Жаль, что вы и понятия не имеете о наших аллюрах, какой что означал.
- Не отводите внимание в сторону! Прошу, не путайте следы и логику объяснения! Мне и без того нелегко разобраться в ваших хитросплетениях. Лариса Михайловна, вы и в самом деле такая неожиданно многослойная и неоднозначная! Как будто в вас сто разных личностей. Раньше никогда бы не подумал, что врачи могут быть такими многосторонними. Обычно они чрезвычайно ограниченные своей профессией люди, в культурном, мировоззренческом смысле весьма недалёкие люди и кроме своего узкого ремесла и профиля в дисциплине в основном ничего не знают, не понимают, даже пишут одними каракулями, словно бы не от мира сего и в самом деле. Сразу скажу, доктора Чехов и Вересаев редкие исключения.
- Ты же теперь всё знаешь про это. Медицина - лишь вторая моя профессия, а то и третья. О первых двух, надеюсь, ты теперь хорошо осведомлён?!
-Хорошо-то хорошо, да хорошее некуда! То есть, ничего хорошего! Послушайте теперь вы меня, уважаемый доктор. Отвлекитесь, наконец, от своих нескончаемых воспоминаний, как бы познавательны они ни были в данный момент. Вернёмся непосредственно к моей персоне, не возражаете?! Формально насчёт имеющейся у меня крайне болезненной уязвимости бесконечными несправедливостями существующего мира вы может быть и правы. Но я точно знаю, что они не только мои, что они нисколько не субъективны, а касаются подавляющего большинства людей вокруг меня. Я железно уверен, что источник их непрекращающихся страданий предельно объективен и не существует лишь в одном моём воображении. Он реально имеет место быть и вне меня и вне других людей. И называется он - наша власть. Крайне жестокая, беспредельно несправедливая и невообразимо подлая моя отечественная сегодняшняя власть. От самого верха и до самого низа. Нет ничего, чего бы я больше ненавидел и так страстно ждал её уничтоженья. Так что мои видения вовсе не на пустом месте моего одинокого мира возникают и всегда будут появляться, уважаемая Лариса Михайловна. Не являются ли они лишь плодом моего отдельного больного воображения?! Эх, надо было нам Софью Перовскую всё-таки витализировать, по-настоящему оживить и сюда вбросить эту супербомбу! Не то что мы с Ивайликом, слюнтяи! Она бы точно дала копоти всему этому несусветному режиму, никак не желающему заканчиваться и всегда восстающему из пепла! Настоящее чудище обло, огромно, стозевно и лайяй. И имя ему Левиафан. Софья бы и здесь, как та инфернальная тигрица или словно дрон Судного дня, охотилась безостановочно, пока не завалила бы это чудище! Именно так как однажды, полтора века назад она и совершила! Представляете себе эту невероятную целеустремлённость, до такой степени несгибаемую волю?! Почему вы всё сделали для того, чтобы мы её сюда не забрали?!
- А зачем мне здесь конкурентки?! Я их и в аду не терпела! – Внезапно изменившись в лице, сощурилась Лариса Михайловна, но потом взяла себя в руки и деланно махнула рукой, как бы равнодушно: мол, не бери в голову, это я так, к слову. Да и разве может со мной кто-нибудь конкурировать?! Пока не родилась такая сучка. Так что берите, кого хотите, и сейчас ещё не поздно. Могу бандеролью выписать.
- Я в беспредельной степени ненавижу власть саму по себе! Любую! Почему ей кто-то дал право как угодно расправляться со мной?! Я же никого не трогал! Даже её старался не замечать, но она всё равно за мной охотится! - С болезненным упоением продолжал Хлебников, вновь замкнувшийся на себя и уже не замечающий откровенной тени на лице своего лечащего врача, - Я вероятно и вправду почти подвинулся умом на этой теме. Меня буквально трясёт при одной только мысли о ней, не хуже моего друга Ивайлика Полубоярова, тоже зацикленного на этой же змее. Тот даже больше меня, сполна хлебнул от неё в бытность, когда был предпринимателем, то есть, наиболее реальным смертником по нашей жизни. Эта самая власть до полусмерти кошмарила и колошматила его, да так, что ни в одних адских видениях, а потом и реалиях мы не нашли аналогов её деяниям. В аду просто не бывает настолько изощрённых издевательств, которая чинит наша власть с предпринимателями! Я не буду говорить про свой личный опыт, он куда более психологичен и скромен, но он также имеется и не менее токсичный, чем у Ивайлика. Мне во всяких причудливых формах видятся ситуации порою самых невозможных способов сведения счётов с этим чудищем. Тут не одну Перовскую призовёшь с того света, а то и в полном составе всю «Народную волю»! Один вид какого-нибудь сегодняшнего правителя или его сатрапа сразу запускают во мне бешеную материализацию лютой моей мести этим тварям, на ровном месте посмевшим корёжить мою жизнь. Вы почему-то сказали мне неправду про якобы только мне принадлежащий мой мир. Он не только мой. Может быть я для вас и неизлечим, но мой мир реален и для всех вокруг меня. Я по всякому пытаюсь донести до вас эту мысль. Так что здесь вы со своими квантово-поэтическими измышлениями категорически неправы. Вы думаете, я один такой и в реально существующем многостороннем мире?! На самом деле нормальные люди повсюду ненавидят и презирают любую власть над ними! Их чувство прежде всех остальных объединяет! Потому что бой неравен, потому это чудище откровенно неземного происхождения! Это настоящий космический ящер, который тут на всех охотится! Как можно его почитать и уверять всех, что он от бога?! Или сам их бог таков же?!
- Так, дорогой мой пациент. Всё же мы с тобой доехали до самого края! Заговорились дальше некуда. Дальше только наручники. Долго ждать не пришлось. Поэтому будем всё-таки заканчивать. Не возражаешь?! Первое. Давно и не мною сказано: быть молодым и не жаждать уничтожения самодержавия, притом любой ценой, значит не иметь сердца и души. Но быть пожившим и не стремиться всеми силами сохранить это самодержавие, каким бы оно ни было на самом деле, означает попросту не иметь ума! Потому что иначе столкнёшься с реальным адом, о котором Христос сказал « Ад это мы!», то есть, с властью тьмы. А она пострашнее и побеспощаднее окажется, чем тьма власти.
Ты должен как Сенека понимать, что действительно высшая власть человека есть лишь его власть над самим собой. И всегда следует переключать своё недовольством этим миром только сюда, оставляя императора в покое, кто бы и какой бы он ни был. Ты с собой сначала разберись вот также, с таким уровнем требований, и только потом на начальство лапу задирай! Но до такого тебе ещё расти и расти, дружок.
И второе. Приведу также не менее банальную но столь же верную фразу: «Сначала живи, потом философствуй». По латински эта глубочайшая мысль Никколо Макиавелли звучит так, ты только вслушайся в мелодику латыни: «Primum vivere, deinde philosophari». Красиво, не правда ли?! Впрочем, как и всякая истина. Поскольку красивая - всего лишь синоним слова «истинная»! То есть, соответствующая сама себе. Так давай-ка, дружочек, будем теперь пытаться именно жить, а нафилософствовались мы с тобой до упора. Философствовать по сути означает предаваться смерти, омертвлять и дух и тело. Мой самый важный психиатрический совет такой: живи здесь и сейчас. «Primum vivere, deinde philosophari». Иначе остаётся тюрьма-Сибирь, а только этого, как ты понимаешь, нам единственно теперь не хватает. Просто и до упора философствовать, прекраснодушничать, играть в героическое самопожертвование - почти всегда означает срываться полностью и в никуда. Может быть и обратно в первую преисподнюю. То есть, туда, где ты как раз намедни и побывал, не так ли?! Помнишь, где там у нас хранятся столь же отчаянные правдорубы и такие же социальные философы?! Преимущественно в шестом круге, предпоследнем в Чистилище. Там они все в ряд и содрогаются, разложенные по раскалённым пеналам в стенах адского города Дит. Воскреси в памяти это незабываемое зрелище! Вот как мироздание возблагодаряет человеческое прекраснодушие и тягу к справедливости любой ценой. Они караются вместе с серийными насильниками, лжеучителями, авторами утопических доктрин и прочих жутких идеологий, легших в основание наиболее страшных диктатур мира. То есть, с теми самыми горят, против которых столь рьяно рубили правду-матку, да так, что та матка порой и не знала куда прятаться. А теперь вот все вместе в аду маются, по ближайшему соседству, соседи по кромешной участи. Вот истинная цена всем тем героическим свершениям в ту или иную сторону. Смысла им никогда и ни в чём не имелось. Больше того, скажу, оглядываясь на историю человечества: ни одна овчинка не стоит выделки! И грош всему цена! Буквально всему! И
