«Детективные истории» финал

Григорий Иванович попросил её не распускать слухи.
В подвале его ждал слесарь дядя Витя, старый знакомый. Тот вытирал руки ветошью.
— Вить, — окликнул его Григорий Иванович. — Как думаешь, из-за чего труба могла лопнуть?
— Странное дело, Григорьич. Я в подвале был, смотрел стояк. Знаешь, там шаровой кран был перекрыт до упора. Видишь свежую бороздку? Перекрыли резко. А резкое закрытие — это гидроудар. Ударная волна пошла по стояку и ударила в самое слабое место.
— А где самое слабое?
— А в квартире 52 и есть. Там трубы старые, ещё чугунные. А у соседей снизу, с первого по третий, лет восемь назад стояк на пластик поменяли. Стык разнородных металлов — вот где рвёт. Серафимовна, царствие ей небесное, пока была жива не смогла, пенсия маленькая, а после неё Крапивину, видать, тоже не до ремонта было. А вот если кто-то специально кран резко закрыл, то лучшего места для аварии и не придумать.
— А кто мог закрыть?
— Ключи от подвала есть у сантехников, у управляющей компании. Я свой ключ никому не давал. Может и у жильцов есть.
Григорий Иванович поблагодарил и вышел на улицу. Дядя Боря сидел на лавочке, курил, поглядывая на подъезд.
— Борис Ильич, — обратился к нему Григорий Иванович, — вы ночью не заметили ничего подозрительного?
Дед прищурился, выпустил дым.
— А как же, заметил. Где-то в час ночи сижу я тут, курю, смотрю, кто-то шмыгнул в подвал. Фигура мужская, куртка с капюшоном. Не разглядел я. А вот обувь запомнил — кроссовки с белыми полосками. Такие нынче молодёжь носит. У Крапивина я таких не видел.
— У кого ещё в доме такие есть?
— У Ильи точно такие. Он в них на работу бегает. А у Михаила с восьмого старые кеды были, кроссовок я у него не замечал. Но, может, купил недавно, я не знаю.
Григорий Иванович поблагодарил. Теперь у него была новая зацепка: человек в кроссовках с белыми полосками. Он вспомнил слова Ларисы о том, что Крапивин ушёл с сумкой около двух. Значит, до аварии он уже покинул дом.
В голове складывалась картина: кто-то подстроил аварию, а Крапивин, возможно, почувствовав угрозу, ушёл заранее. Оставалось понять, зачем кому-то топить соседа и где теперь сам Крапивин.

Глава 2 Понедельник, день
Григорий Иванович не стал дожидаться участкового. Лейтенант уехал, пообещав «разобраться», но Воронцов знал эту формулу. Пока Крапивин не объявится, никто ничего делать не будет. А он сам уже чувствовал, что нужно копать глубже.
«Соседи — вот кто всё знает, — думал он, поднимаясь по лестнице. — Каждый что-то видел. Надо только правильно спросить».
Начал он с опроса Петровны с третьего этажа — главной пострадавшей. Наталья Петровна встретила его на пороге с мокрой тряпкой в руках и тут же принялась жаловаться:
— Григорий Иваныч, ну, когда это кончится? У нас потолок весь разбух, обои импортные отваливаются! А этот ваш Крапивин скрылся, и всё!
— Вы его вчера вечером видели? — спросил Григорий Иванович.
— А кто ж его видел? — Наталья Петровна всплеснула руками. — Я в десять спать легла. А Виктор не спал, у него бессонница. Виктор!
Муж вышел из кухни, тяжело опираясь на палку.
— Шаги слышал, — сказал он глухо. — Где-то в час ночи.
— Чьи?
— Не знаю. Один человек. Спустился вниз, потом минуты через три вышел. Быстро так.
— Видели его?
Виктор покачал головой. Но Григорий Иванович заметил, как Наталья Петровна переглянулась с мужем. Они явно что-то недоговаривали. Он решил вернуться к ним позже.
На лестничной площадке пятого этажа он столкнулся с Ларисой. Та, как всегда, была накрашена, даже в домашнем халате.
— Ой, Григорий Иваныч! — воскликнула она.
— Вы ничего подозрительного не слышали ночью?
— Слышала! — она понизила голос. — Часа в два ночи кто-то ходил по лестнице. Я в глазок посмотрела — никого. А шаги были. Быстрые, вниз.
— Может, видели, кто?
— Нет, темно же. Но я запомнила, что они звучали, как спортивная обувь. Ну, кроссовки. Я в них сама хожу, знаю.
Григорий Иванович поблагодарил и поднялся выше. На восьмом этаже жил Илья, молодой парень, который часто возвращался поздно. Дверь долго не открывали, наконец Илья появился заспанный, в наушниках.
— Ты ночью когда вернулся? — спросил Григорий Иванович.
— Около часа. А что?
— Слышал кого-нибудь?
— Нет, я устал, сразу спать. А что случилось?
— Пока не знаю. Ты в подвале был вчера?
— Нет, зачем? Да и ключей у меня нет.
Григорий Иванович задумался. Кроссовки — это зацепка. У кого в доме есть спортивная обувь с белыми полосками? У Ильи — точно есть, он в них работает. У Михаила с восьмого — вечно в старых кедах, но дядя Боря сказал, что раньше кроссовок у него не видел. Надо проверить.
Михаил Петрович Круглов, бывший инженер, а ныне безработный и часто выпивающий, жил в 67 квартире, через стенку от Ильи. Григорий Иванович постучал. Дверь открылась не сразу, и из-за неё выглянуло помятое лицо.
— Чего? — буркнул Михаил.
— Разговор есть. Впустишь?
— Заходите.
В квартире пахло табаком и запустением. Михаил сел на табурет, сложил руки на коленях.
— Ты вчера в подвал спускался? — спросил Григорий Иванович прямо.
— С чего вы взяли?
— Дядя Боря видел человека в кроссовках с белыми полосками. У тебя такие есть?
Михаил побледнел. Помолчал, потом выдавил:
— Да, спускался. Но я ничего не ломал! Я просто… сигарет захотелось, а дома не было. В подвал за курткой спустился, у меня там рабочая висела.
— В час ночи?
— Ну, не спится мне. Вышел покурить на улицу, а там прохладно, решил куртку взять.
— Откуда у тебя кроссовки, если ты всё время в кедах ходишь?
— Это я… недавно купил. Дешёвые.
— Покажи.
Михаил нехотя принёс кроссовки. Григорий Иванович осмотрел — подошвы чистые, даже пыли нет. Но Михаил мог их вымыть.
— Ладно, — сказал он. — Я ещё приду.
Он вышел, чувствуя, что Михаил явно нервничает. Но прямых улик пока не было. Зато появилась новая мысль: если Михаил был в подвале, почему он не видел того, кого описал Виктор? Или Виктор что-то путает? А может, в подвале было два человека?
Он решил спуститься в подвал ещё раз. Подвал был тёмным, пахло сыростью и плесенью. Григорий Иванович нашёл стояк, осмотрел шаровой кран. Рычаг был повёрнут — кто-то действительно закрывал его. Но рядом, на полу, он заметил окурок дорогих сигарет с серебристым ободком. Такие курит только один человек в доме — Илья. Григорий Иванович вспомнил, что парень всегда курит на лестнице. Окурок мог быть старым, но мог и новым.
Он сунул окурок в спичечный коробок — на всякий случай.
Поднявшись, он столкнулся с Ильёй на лестнице. Тот быстро шёл вниз.
— Илья, ты куришь в подвале? — спросил Григорий Иванович.
— Нет, — парень на секунду замялся. — Там же сыро. Я на лестнице курю.
— А сигареты у тебя какие?
— «Парламент». А что?
— Так, спросил.
Илья ускорил шаг. Григорий Иванович проводил его взглядом. Совпадает: «Парламент» с характерным ободком. Значит, Илья был в подвале. Но зачем ему врать? Может, он боится, что его втянут в историю? Или действительно был там, но по другой причине?
Вернувшись в квартиру 52, Григорий Иванович ещё раз осмотрел странные вещи. Карта с булавками, ключи, телефонная книжка. Он открыл книжку, полистал и нашёл запись: «21 — Гущины А. и С. — старые знакомые. Наблюдать». Фамилия Гущины ни о чём ему не говорила. Он решил узнать у дяди Бори.
Старик всё ещё сидел на лавочке. Увидев Григория Ивановича, он отложил газету.
— Нашли чего?
— Пока нет. Борис Ильич, вы Крапивина давно знаете?
— Да лет пять, как въехал. Тихий, никого не трогает. А что?
— А кто такие Гущины?
Дядя Боря оживился.
— Гущины? Это из двадцать первой квартиры, соседний подъезд. Мастерскую держат на Вокзальной. С виду нормальные люди, но я слышал, они сидели. Давно, ещё в девяностых. А вы чего их вспомнили?
— Крапивин про них записал. «Старые знакомые».
— А-а, — дед понимающе кивнул. — Я же говорил, Крапивин раньше в органах служил. А Гущины, говорят, с криминалом были связаны. Может, они его и подставили.
— Как подставили?
— Ну, я не знаю. Соседи болтают, что он на них дело вёл, а потом его самого с работы попёрли после смерти его напарника. Гущины отсидели и вышли. И вот, поди ж ты, в одном доме оказались. Неспроста это.
Григорий Иванович задумался. Теперь многое вставало на свои места. Крапивин следил за Гущиными — отсюда карта, фотографии, пометки. А Гущины, узнав об этом, решили ему отомстить. Или заставить уехать. Авария — это только начало.
Но кто именно перекрыл воду? Михаил признался, что был в подвале. А окурок Ильи? Может, в подвале было два человека? Или Михаил врёт, и на самом деле кран закрыл Илья? Но зачем парню это?
Вечером он снова зашёл к Михаилу. Тот был трезв, но выглядел ещё более испуганным.
— Михаил, я нашёл в подвале окурок от «Парламента». Илья курит такие. А ты говоришь, что был в подвале один. Как это объяснить?
Михаил замялся.
— Не знаю… Может, он раньше спускался…или позже. Я никого не видел, честно!
— А если я скажу, что на окурке есть отпечатки? — соврал Григорий Иванович.
— Не было там никого! — почти выкрикнул Михаил. — Я… я может, и не один был, но я не знаю, кто! Мне сказали закрыть кран и уйти. Я закрыл и ушёл, Илью не видел!
— Кто сказал?
— Ну… мужик один. Из мастерской.
— Какой мастерской?
— «АвтоСтиль». На Вокзальной. Я у них машину ремонтировал, сумма вышла большая, сразу не смог заплатить, задолжал. Они сказали: сделаешь, что скажем — и мы в расчёте. Я и сделал.
— Кто именно из мастерской?
— Хозяин. Андрей. Он сам приезжал, сказал: «Помоги, нам один сосед мешает, надо его выкурить». А я… я ведь и к родственникам ходил просить, не дали. К друзьям — тоже. А они давили, угрожали. Вот я и согласился. Думал, просто кран перекрою, воду отключу. Не знал, что труба лопнет.
Григорий Иванович записал.
— Значит, Гущины. А Илья тут при чём?
— Не знаю я про Илью!
Выйдя от Михаила, Григорий Иванович чувствовал, что дело запутывается. Если Михаил говорит правду, то окурок Ильи — либо старая улика, либо Илья действительно был в подвале, но по другой причине. Или Михаил врёт, и кран закрыл Илья, а Михаил просто выгораживает его.
Он решил проверить мастерскую. «АвтоСтиль» находилась на Вокзальной, в ряду таких же боксов. Григорий Иванович не стал заходить, а присел на лавочку напротив. Через полчаса из ворот вышел плотный мужчина с татуировкой на шее, сел в чёрный джип и уехал. Григорий Иванович сфотографировал машину и номер на телефон.
Вернувшись домой, он скинул фото дочери: «Света, у тебя же есть знакомая в ГИБДД? Узнай, чей это джип, срочно нужно».
Через час она перезвонила:
— Пап, я попросила подругу из дорожной полиции. Машина зарегистрирована на ООО «АвтоСтиль», директор Гущин Андрей Викторович. Ты опять в какую-то историю влез?
— В хорошую, дочка, — уклонился он от ответа.
Всё сходилось. Но что делать с Ильёй?
Ночью Григорий Иванович не спал. Ворочался, думал. «Стоит ли продолжать? Угроза уже была. Но если отступить, Гущины почувствуют слабину. А Крапивин так и будет прятаться, и неизвестно, чем всё кончится». В три часа утра он услышал шаги на лестнице. Подошёл к глазку — на площадке этажа кто-то стоял. Он не видел лица, только фигуру в тёмном. Человек постоял с минуту, потом быстро спустился вниз.
Григорий Иванович открыл дверь — на полу лежал конверт. Внутри был листок с напечатанным текстом: «Не лезь не в своё дело, пенсионер, будет