serif]Матвей[/b]. Да ничего тебе не понятно. Целые твои колёса. Правда на некоторые Захар нужду справил.
Захар. Да, на все, к сожалению, запала не хватило. Благо Матвей подмогнул.
Иван. Какие вы злые мстительные люди. Так низко поступить с коллегой по цеху. Так унизительно отнестись к технике.
Захар. Скажи спасибо, что к технике. На месте колёс мог бы быть и ты сам.
Иван. А знаете, друзья мои! Забудем старые разногласия. Что было, то было. Жизнь продолжается. Ночь какая замечательная, на столе вон сколько всего. Давайте, подключайтесь активнее. Я там в холодильник молоко убрал, если кому надо берите.
Матвей. Да, одноразовые стаканчики я тоже взял.
Наливают молоко в стаканчики, понимают, соображают на троих.
Иван. За мир и дружбу!
Остальные участники застолья молчат. Выпивают молоко, едят.
Захар. Я тут… Это… Пока на улице был, немного остыл, развеялся. Ты прости, Иван, я немного вспылил.
Иван. Да, совсем чуть-чуть. Самую малость. Матвей сказал, что у меня теперь рот от глаз и от носа отличить трудно. Забавно вам, наверное, сейчас смотреть, как человек есть носом или глазом.
Захар. Да, я несколько перегнул палку. Признаю. Всё-таки и времени уже столько прошло, да и … Я ведь тоже прекрасно понимаю, сучка не захочет – кобель не вскочит. Если бы это был не ты, так непременно кого-то другого бы нашла. Так что не в тебе дело.
Иван. Вот-вот!
Захар. Но и ты меня пойми. Я ведь Роксану любил. Сынок у нас с ней родился. Димка такой пацан славный. Я как из рейса приезжаю – он подрастает. Лицо меняется, повадки. Растёт, развивается. Мать с ним рядом каждый день. А я тогда на дальняк мотался, денег побольше платят за расстояние. Семью-то содержать надо, тем более, пока жена с дитём. До родов она работала, и зарабатывала неплохо. Ну а потом… Да мы бедно и не жили никогда, но к хорошему ведь быстро привыкаешь. Просадка в доходах почувствовалась сразу. Я из рейсов не вылазил. На две конторы работал, левак охотно брал. Тогда же ещё не было ни тахографов, ни систем GPS – мониторинга. Первые стали появляться, но массово не было. Я там и соляркой приторговывал.
Иван. А кто не приторговывал? У колодца да не напиться…
Матвей. Я никогда не сливал. Всегда честно работал.
Иван. Да ты-то уж молчи. Что с тебя взять? Не наш человек.
Захар. И вот, значит, я так мотался – мотался. Всё в дом, всё в семью. И в какой-то момент начал замечать, что жена ко мне охладевать стала. Всё меньше ждёт из рейсов, всё менее радостно встречает, а уже и не скучает вовсе.
Я с ней пытался разговаривать, но толку. Лучшая защита – это нападение. Женщины в этом мастера непревзойдённые. Естественно, любой вопрос против меня же и оборачивался. Мы с ней восемь лет прожили. Первые три нормально, потом как кошка с собакой. Я думаю, что ты, Иван, был у неё не первый.
Иван. Извини.
Захар. Ну да. Ну а как дочка родилась, я смотрю на неё – вообще ничего от меня в ней нет. Если по Димке видно – одно со мной лицо, то дочка, она какая-то совсем другая. Я кумекать начинаю, жене вопросы задавать. Та в отказ. Ну а как у дочери волосёшки отрасли подлинней, я один взял и на тест ДНК по-тихому примчался. Там меня просветили, что нужно не один, а штук десять, да с луковицей. Не вопрос, пришёл домой, выдрал пучок волос у дочки и снова туда. С себя в три раза больше навыдёргивал, чтобы данных больше было, чтобы надёжно, без промашки.
Матвей. И что?
Захар. Да ничего. В смысле вообще ничего. Ноль процентов совпадений. Не мой ребёнок! Я жене под нос заключение сунул, тут она распсиховалась и на меня понесла, какой я хреновый муж, да как у нас с ней последние годы было всё плохо. И грубый я, и неотёсанный. И трогаю её не так, и разговариваю неправильно, и вообще её от меня тошнит. А вот мужчина, которого она полюбила, вот тот мужик что надо. И с юмором дружит, и обходительный. К деталям внимательный. Ни мужчина, а мечта. Вот от кого родила без зазрения совести… Это она о тебе, Иван, говорила.
Иван. Я догадался.
Захар. Ну, кстати, юмор у тебя так себе.
Иван. Звиняйте, как «грицца»! Чем богаты.
Захар. Дочку Алёной назвали… Твоя это дочь, шутник.
Пауза.
Разливают по стаканчикам молоко, выпивают.
Захар. Дальше развод. Понятно. Я съехал. Алименты плачу за сына, а на Алёну по суду их отменили. Но я и на неё скидываю. Девчушка-то не виновата, что так оно всё получилось.
Вроде как с кем-то Роксана потом встречаться начинала, но семьи уже не было. Да и я во все тяжкие пустился. Не сразу. Пару лет в себя приходил после потрясений, а потом… За эти годы болезней и насобирал, да с чудным доктором – венерологом сдружился. Ну это вы уж знаете.
Пауза.
Иван. А ты сейчас с ней… С женой бывшей общаешься?
Захар. Звоню раз в месяц, когда деньги отправляю. Чаще общаюсь с детьми. Сыну стабильно раз в неделю в воскресенье набираю. А с Алёной… Тоже созваниваюсь, но она не так со мной общается, как сын. Всё-таки что не говори, а когда не отец, так оно и… И на генном уровне, и на эмоциональном… Какие там ещё бывают? Всё сказывается, братцы, всё сказывается.
Иван. А Алёна чем вообще занимается? Ну в смысле, учится где? Интересуется чем?
Захар. Учится в школе, из интересов – картины пишет. Но картины у неё какие-то… Не знаю. Я когда на них смотрю, жена порой скидывает фото, то меня посещает мысль, что девочке нужен психолог. А жена говорит, что это такой стиль новомодный и что с дочкой всё в порядке.
Не знаю.
Пауза.
Захар. Ну так что, Иван? С дочкой поговорить хочешь?
Иван. А можно?
Захар. Почему нет? Она ведь не маленькая. Нет, ребёнок, конечно, но не малышка давно. Соображает кое-чего.
Иван. Так вы что? Всё ей рассказали? А как же детская психика? Не надо было. Потом когда-нибудь. Когда постарше станет.
Захар. Вот и я думал, что потом, но мы как-то скандалили с женой, Алёна услышала то, что слышать было нежелательно детским ушам. Это уж потом, после развода, зацепились. Так что…
Иван. А что про меня Роксана дочери сказала?
Захар. Да откуда же я знаю? Что-то сказала. Она после того разговора с матерью перестала меня папой называть. Обидно так стало, но с другой стороны… А что поделаешь?
Иван. Так ей сейчас лет двенадцать?
Захар. Тринадцать. Тринадцать лет назад у вас с ней та ситуация произошла.
Иван про себя считает.
Иван. Да нет, лет десять назад это было… Я тогда… А погоди-ка… А вообще да. Да, слушай, тринадцать лет назад, точно. Господи, как время-то летит.
Захар. Ну так что? Я звоню Алёне? Поговоришь с ней?
Иван. Я… Я не знаю. Нет, я бы хотел, но как она… И вообще…
Захар. Она с тобой давно хотела увидеться и уже почти надежду потеряла. Ты же контактов никаких не оставил, Роксана пыталась искать. Да…
Иван. Да…
Пауза.
Захар. Она и похожа на тебя, кстати.
Пауза.
Захар. Ну что? Звоню?
Иван переглядывается с Матвеем. Матвей кивает.
Иван. Звони.
Захар звонит.
Захар (в трубку). Алёна, здравствуй. Что с голосом у тебя? Спишь? А сколько сейчас? Ах ты чёрт, ночь же. Ну да уже почти утро. Прости, что разбудил, но у меня тут рядом человек, которого ты давно ищешь. (Слушает трубку). Именно. Может быть, Алёна. Всё бывает. Случайно встретились. Он рядом сейчас. Хочешь с ним поговорить? Передать трубку?
Пауза.
[b]Захар
