Только не оборачивайся назад. Не смотри на тех, кто остался лежать в оврагах. Их не вернуть.
- Скелеты, оставшиеся с прошедшей войны.
- Где же дом Иван Ивановича?
- У дома находится старый колодец. Прежде в колодце было много воды. Мы сидели у колодца и были счастливы. Мы танцевали жизнь.
- Хочешь остаться с ним, Труба?
- Заберем фотографию. Уйдем вместе. Я чувствую твою любовь, Альбом.
- Я долго был один. Я научился ценить миг. Теперь я обрел то, что искал.
- Здесь нужно свернуть направо. Что ты говорил, Альбом?
- Как жаль, что с неба ушла Луна.
- Поддержи меня, Альбом. Я нуждаюсь в тепле.
- У тебя ранимая душа, Труба. Пройдём по мосту. Сделаем крюк мимо кладбища. Не доверяю я покойникам. У них одно на уме. Напугать стариков. Видишь скелет с пустой флягой?
- Солдат…
- Погиб от жажды. Облокотился на крест. Кресты охраняют опасные места материального мира.
- Тсс. Молчи, старик. С кладбища доносятся звуки. Мы разбудили ворон.
Стая птиц, расправив мокрые крылья, закружилась над путниками.
- Ужасные вороны! – Старуха прижалась к старику. – Что они замышляют? Выклюют наши глаза? Ты слышишь, старик! Слышишь? Каркают! «Завтра! Завтра! Смерть с моря». Что-то случится завтра…
- Мы разбудили птиц. Они спали на могилах. Взлетели. Решили посмотреть, кто шагает. Ничего страшного не произойдет.
Ворона ударила старуху по голове.
- Когда-то мы были белыми. – Сказала ворона. – От горя мы почернели. Там, где все спят, мы обнимаем солдат. Им сомкнули уста. Умерев, они помнят. Солдатам снятся страшные сны. Мы видим их сны. Большие железные птицы падают с неба на землю. Вспыхивают огнем.
- Я не понимаю… – Шепнула старуха.
- Ворона рассказывает о войне. – Ответил старик. - В пик уходили самолеты. Умирали мальчики. Прибавь шаг, Труба. – Посоветовал Альбом. - Вороны отстанут от нас. Вороны питаются мертвечиной, а мы – живые.
Старик и старуха, держась за руки, ускорили свой ход. Вороны вернулись на кладбище. Легли на могилы. Обняли солдат. Их черные крылья быстро стали мокрыми от материнских слез.
«Остановите бойню». Просили матери умерших солдат. Их сиплые голоса разносились над кладбищем. Кто их слышал? Ветер…
Нескоро показался нужный дом.
- Там его дом. – Сказала Труба. - Темно внутри. В доме стоит побеленная печь. Интересно, спит ли он на печи? Смотри, не споткнись, Альбом. Ведро у порога. В нем бутылки. Он много пьет. Бедный Иван Иванович.
- Отчего же он бедный, Труба? Слабый человек, это так. Уехал в деревню. Нанялся на работу в сельский клуб. Жизнь пропустил мимо. Ах, какой пропал музыкант.
- Он руководил хором.
- И пил.
- Конечно, пил. Его разлюбила женщина. Во время трезвого периода, он звонил ей. Она бросала трубку.
- Не хотела строить отношения с зависимым человеком?
- Она не простила его.
- Вот за ту маленькую измену?
- Измена не бывает маленькой или большой. Измена – это предательство. Иван Иванович за грош продал своё счастье.
- Почему она запретила ему общаться с дочкой?
- В алкогольном опьянении Иван Иванович устраивал скандалы.
- Что-то не хочется видеть его. Иван Иванович может нанести нам травму. Чего ждать от человека, который утратил ценности? Давай пролезем через окно. Тайно заберем фотографию.
- Стучи в дверь. Не стой, как олух. Иначе, я решу, что ты боишься.
- И постучу.
"Бум-бум".
- Может музыкант умер, Труба?
- Не дождетесь. – За дверью послышалось шарканье. - Моя Труба! - Обрадовался Иван Иванович. - И ты тут, старый Альбом! Зачем заявились?
В доме жарко грела печь. На столе стоял граненый стакан. Он был пуст. Стены избы были в старых газетных вырезках.
- Мы много выступали. - Сказал Иван Иванович и с горечью посмотрел на Трубу.
- Где плакаты? - Спросила Труба.
На плакатах были изображены музыкант и труба. Плакаты были яркие. Перед выступлением их развешивали по всему городу. Перебравшись в деревню, Иван Иванович гвоздями приколотил плакаты к стенам дома.
- Старые плакаты я сжег вместе с мусором. Они уже ничего не стоили. - Вздохнул Иван Иванович. - Я любил тебя, моя труба.
- Нам нужен снимок. – Потребовал Альбом и гордо выпрямился.
Альбом недолюбливал Ивана Ивановича. Музыкант был соперник. Между двумя был давний конфликт. Альбом не хотел уступить противнику любимую. Уговаривал её остаться. Убеждал Трубу, что с Иван Ивановичем её ждет поражение. Труба отвечала, что Иван Иванович играет для неё большую роль. Труба учитывала интересы музыканта. Ей было все равно: выиграет она, или проиграет…
- Какой еще снимок? – Удивился Иван Иванович.
- Я видел, как вы подобрали фотографию с пола, чтобы унести с собой.
- Это было давно… На смену счастью пришла водка.
Старик расплакался. По грязной бороде потекли слезы.
- Я мог водить Аленку в кино. В спортивную секцию. Моя бывшая жена не дала насладиться этими моментами. – Причитал Иван Иванович. - Я очень несчастен, Труба. Я скоро умру, Труба...
- Послушайте, Иван Иванович. Мистер Зло украл Джейн.
- Где Джейн?
- Мы не знаем.
- Как же грустно. Ах, бедный я старик.
- Не время думать о вашем личном несчастье, Иван Иванович. – Альбом разгорячился. - Ваши дни сочтены. На финише вас ждут прекрасные феи.
Альбом надсмехался. Альбом по-хозяйски расхаживал по домику. Надеясь найти часть снимка, заглядывал туда, где было много пыли и мусора.
Повсюду валялись объедки пищи. На столе. На кровати. Под кроватью. Чтобы удовлетворить нужду, в комнатке стоял грязный горшок.
– Музыкант, где фотография? – Требовал подсказку Альбом. Временами Альбом сурово смотрел на Иван Ивановича.
Иван Иванович вызывал у него чувство брезгливости.
- Фотография?.. Какая фотография?
У Иван Ивановича совсем было плохо с умом. От пьянки пострадали умственные способности. Он все чаще забывал события последних дней. Последних минут.
Но прекрасно помнил свою молодость. И разрыв с женщиной. Чтобы уйти от боли, много пил и долго спал. Сны путал с реальностью.
Иван Иванович сделал шаг навстречу и пошатнулся.
- Что с вами, Иван Иванович? Не можете сохранить равновесие?
В словах господина Альбом присутствовал соленый сарказм.
В воздухе повисло напряжение. Со стороны старухи Трубы в сторону господина Альбом посыпались искры гнева.
Труба погладила Иван Ивановича по спине. Тот всхлипнул.
- У меня был плохой отец. Знаете, что за ужас, получать тумаки!? По-мужски отец выколачивал из меня дух. Настойчиво гнул свою линию правильного мужского воспитания.
- Папа не водил тебе на футбол? – Ласково спросила Труба.
- У отца было холодное сердце. Не играл с мной. Не брал меня на руки. Не заботился обо мне. К счастью, он ушел из семьи. Иначе, я бы не раскрыл свой талант. Не стал музыкантом.
- Ну и семейка. -- Вздохнул Альбом. - Важно найти старый снимок. От тебя, музыкант, никакой помощи.
- Я много пью. Всё кончено. Я сдался. – Музыкант улыбнулся. На мгновение ему стало лучше. – Ко мне заявилась старая подружка – моя Труба.
- Пришла. Ты не побежденный. Тебя невозможно победить. Ты – мой герой.
Труба прижалась к ноге Ивана Ивановича.
- Почему ты утешаешь его? - Возмутился Альбом. - Он же законченный эгоист! Он не способен на здоровые отношения. Иван Иванович бросил тебя. Оставил семью. Даже сейчас волнуется только о себе. Иван Иванович не слышит нас! Этот гнусный старик говорит только про себя.
- Ты прав, Альбом. Строить отношения с таким парнем сложно, - вздохнула Труба.
- Иван Иванович ведет себя, как наш кот! Васька будит Марго в пять утра. Кот - бездельник и эгоист.
- Марго его любит. Просто так.
- Ты снова готова пренебречь своими интересами? Труба, очнись. Я люблю тебя, а музыкант – нет.
Иван Иванович швырнул в господина Альбом тапок. Тот ели увернулся.
- Говорил тебе, что он буйный! Пошли, Труба. Я нашел то, что искал. - Альбом потряс грязным снимком.
- Мне плохо, Труба. - Пожаловался Иван Иванович. - Пришла худшая ночь. Ожили вещи. Альбом измывается надо мной.
- Ты спился! Много употреблял алкоголя! Получил фантастические галлюцинации. - Альбом понюхал пустой стакан. - Спирт!
- В данном случаи - пойло. - Не согласился Иван Иванович. - Купил самогон на рынке.
- Пьешь гадость, Иван Иванович. - Сказал Альбом. - Пришла к тебе белая горячка. Нам пора, Труба.
Труба крепко обняла Иван Ивановича. В момент близости старухе показалось, что всё наладится…
- Эх, Труба. - Вздохнул Иван Иванович. - Ты вернулась. Слишком поздно… Жизненные силы оставляют меня. Я направляюсь в сторону Смерти. Вижу её красные доспехи. Черные рукавицы вот-вот схватят меня за горло.
- Зима. – Сказала Труба. – Смерть утеплилась.
Двое стали одним. Голос Трубы зазвучал звонко, как прежде.
- Я так и знал. – Альбом бросил прощальный взгляд на Трубу и оставил её на том месте, где она желала быть.
***
Мир был темным.
Темный мир хранил великие тайны, пряча их во чреве. На поверхности находились сожженные деревни и разрушенные города. Издали обугленные головешки с укором разглядывали странников. Чёрных вороны шумно выискивали среди развалин пищу.
- Однако… Жутко. - Сказала Супница. – Мы попали в странное местечко.
Тетушка Супница жила в светлом пространстве, со всех сторон её окружали культурные предметы.
«Здравствуйте, Супница». Здоровался с ней чайник.
«Как ваши дела, уважаемая?» Спрашивал у Супницы самовар.
Супница вела простую жизнь без амбиций. В прежнем размеренном существовании не было причин нападать, чтобы защитить себя.
Из колыбельки исчезла крошка Джей. Произошли большие перемены. К ним трудно было привыкнуть.
Новое пространство угнетало. Где начало мира, а где конец? Мир без границ пугал.
Оранжевые туфли тетушки Супницы потеряли первозданный окрас. Гарь от пожаров сделала туфли безрадостно черными.
Маркиза быстро стала сожалеть о том, что, послушавшись господина Часы, пролезла в щель под плинтусом.
- В разрушенном мире нет ничего целого. Вазы расколоты. Стулья расчленены. Живые цветы стали сухими. Жизнь потеряла краски. – Стонала Маркиза.
- Мертвый мир. – Супница огляделась. - Мы тут одни. Это так, господин Часы?
Господин Часы вздохнул.
- На этом уровне находятся поруганные мечты. Мистер Зло - большой коллекционер. Собирает разбитые надежды. – Господин Часы поддел носком туфли истлевшую фату.
Фата превратилась в туфту.
Супница замедлилась в движении.
- Были бы звёзды, указали бы путь. Звезды вместо электрических огней. Сейчас я расплачусь, господин Часы. Я уже не владею собой, господин Часы.
Супница часто ощущала себя неудачницей. Супница пребывала в зрелом возрасте. Давно потеряла юношескую непосредственность и о многом сожалела. В этом периоде работоспособность снижена и нет невозможно выполнить трудную задачу.
– Небо на месте?
Маркиза обладала воображением. Мистически постигала окружающую действительность. На кухне благодаря фантазиям, погружаясь в царство образов, танцевала среди цветов, росших под окном. Вращаясь на одной ноге, сама становилась чудесным цветком, как её сестры и братья. Вместе они распространяли волшебный аромат.
- Мы здесь умрем. – Вздохнула Супница. – Это конец. Отовсюду раздаются стоны.
Неожиданно предстал массивный объект. Танк был подбит. Противник нанес ему урон.
- Что за предмет? – Спросила Супница.
В войну Супница видела только самолеты. Те, ярко вспыхнув, падали вниз.
- Танк со второй мировой войны. – Ответил ей господин Часы. -
