полянах, доцветает черёмуха, подняли к небу свои золотистые головки купальницы, прячут в тени синие глаза медуницы, а на вечерней заре, сев на самый высокий палец-верхушку древней
красавицы-ели, запевает
свою песенку дрозд.
Я представляю тихий вечер, малиновое с пепельными угасающими облаками небо и тишину. Солнце только что скрылось за дальним увалом, сверкнув напоследок краем, словно капелькой раскалённого металла. И синие тени уже легли у подножий сосен и елей, прозрачные летние сумерки опустились на зеленый мир. И вот поет дрозд.
А там ещё кто-то нежно свиристит, выводит свои птичьи рулады. Но пение постепенно смолкает, это ночь смыкает глаза певцам. А вот с лиственницы донеслось
приглушённое воркование — не дикий ли это голубь сообщает лесу о своей любви?
Я представляю себе костёр у реки, отблески огня на тёмной, жутковатой воде и, если повезёт, пение соловья в черёмуховых кустах. Соловей гремит и раскатывается во тьме, как соловей-разбойник. Ему подвластна эта тёплая ночь, да, впрочем, кажется, что это не маленькая серая птичка виртуозно выводит свои колена, а сам лес, ожив, вдруг заговорил диковинно-прекрасными голосами.
И вот так намечтавшись за рабочую неделю, я беру рюкзак, палатку и иду или еду навстречу своим видениям, И меня действительно встречает кукушка, кланяются цветы и комары несказанно рады гостю: набрасываются и жалят без пощады. Ночую у воды, на полянке, где доцветают черёмухи. Но, правда, соловей в ту ночь не запел...
Зато был у меня крепко заваренный листьями цветущей чёрной смородины чай — зеленоватый, отменно душистый, целебный. И была ночь, предвестница тех коротких июньских ночей, которые хоть и не называются на Урале белыми, но всё же похожи на ночи Ленинграда. Трепетные, тёплые сумерки, зеленоватое небо, бесшумные всполохи зарниц, густой, как мёд, запах цветущих трав. Отсюда уже недалеко до вершины лета, когда день заметно пойдет на убыль, А в августе ветер донесёт до нас уже дыхание осени. Коротка пора лета, но всегда очаровательна и неповторима.
В. НАЗАРОВ
В лесу поют волшебники-дрозды ...
Июнь — особый месяц в году, для меня самый поэтичный. В торжественно-зелёном лесу, поющем на резные голосе, всё молодо, всё празднично. Ликующую симфонию жизни исполняют птицы, звери, цветы, деревья.
...Тихое озеро. Узкие протоки между небольшими солнечными старицами заросли камышом, на островах — черёмухи, ивы, берёзы. Притаившись в кусте, смотрю на простор воды. Метрах в двадцати неторопливо проплывает утиное семейство: впереди с десяток светло-коричневых маленьких утят, потом мама утка и сзади еше один утёнок. Малыши усердно работают крохотными лапками. Вот они заплыли в протоку и скрылись, только доносится тихое попискивание — пи-пи-пи!
Позади меня осина, наполовину подточенная бобром. Принимался он, как видно, за дело дважды — потемневшие срезы древесины чередуются с более светлыми, свежо пахнущими. Здесь, где я сижу, бобёр вылазил из воды по отлогому дернистому жёлобу и по нему же уползал в озеро. У самого берега в совершенно прозрачной воде резвятся пескари, окуни, светлыми тенями скользя над мягкой подушкой светло-зелёных подводных растений. Солнце насквозь просвечивает этот естественный аквариум. Над кустами ивняка с сухим треском проносятся стрекозы, удивлённо вглядываясь в мир голубыми огромными глазами.
С раннего утра в черёмухах на берегу поют соловьи. У каждого своя вотчина. Замолкнет один, прислушается к пению соседа и снова раскатывается изумительными коленами. Какая-то серая юркая птаха уселась чуть выше моей головы и громко пропела под ухо свою песенку — переливчатую задорную руладу.
Лучшая красота в природе —- у воды, Молодые жёсткие стрелы камыша и рогоза, такие изумрудно-зелёные, сочные, тихо шелестят над голубым зеркалом озера. А на лугу жёлтыми островами цветет душистый подмаренник, выглядывают из травы фиолетово- розовые лепестки герани луговой. Жужжат над медовым разогретым разнотравьем пчёлы, шмели, разные мушки, от густого пьянящего запаха чуть кружится голова.
...Стремительно мчится эшелон жизни. Ещё, кажется, вчера радовали глаз золотистые купальницы— и вот они доцветают в лесной тени. Уже не видно светло- сиреневой и розовой дымки над молодыми сосновыми посадками — верхушки-побеги деревьев ощетинились зелёными длинными иглами. В густом цвету кусты шиповника— лесной розы. Вот и наступила пора летнего солнцестояния. А от него день пойдёт на убыль, а лето к зениту, к зрелости. Но пока ещё светлыми июньскими вечерами поют в борах волшебники-дроэды, томно кукует кукушка, и сердце полно очарования и радости от общения с красотою природы.
В. НАЗАРОВ.
НЕЖЕНКА
...Как-то в жаркий майский полдень я остановился возле болотистой низинки, которую пересекала заброшенная просёлочная дорога. Здесь ещё с апрельского снеготаяния набежала прозрачная, чистая вода, заполнила широкие колеи и разлилась вокруг ивовых кустов. Вода была не глубокая, почва под ней мягкая, илистая, удобренная лесным перегноем. Поэтому по бережку ярко зеленела трава, а над чистейшим водяным зеркалом тихо покачивались крупные золотисто-жёлтые цветы, Это цвела калужница.
Её толстые, сочные стебли уходили через воду в землю, всё растение как бы любовалось само на себя, млея от жары, никем не нарушаемого покоя, обилия света, влаги и питательных веществ. «Ну и неженка! — подумал я.—Многие цветы в такую засушливую весну не смогли набрать всей своей красоты, а этим и горя нет». Но напрасно я упрекал калужницу, поскольку её родина — болото. Как и другие влаголюбивые растения, она должна постоянно искать соседства с родником, речушкой, ручейком. И если те пересыхают, то моментально вянут толстые блестяще-зелёные листья калужницы, меркнет и сворачивается от солнца золото её околоцветника. И остаются на растрескавшейся засохшей земле чёрные поникшие стебли, которые скоро превратятся в прах,
Всё это плата за расточительство и неприспособленность— ведь в процессе эволюции калужница так и не смогла выработать защитного механизма против излишнего испарения влаги, он ей был попросту не нужен. Образно говоря, растение предпочитает умереть, чем жить в скудости и лишениях.
А пока в низинке, благодаря солнцу и воде, существовал земной рай. Звенели в насыщенном испарениями воздухе мелкие и крупные насекомые, опускаясь на широкие чашелистики, чтобы проникнуть хоботками в основания пестиков и украсть капельку нектара. Майский полдень собирал на голубой небесной равнине кремовые облака, громоздил их в сказочные горы, и было видно по всему, что к вечеру или ночью пронесётся над лесом освежающая гроза и умоет помолодевший лик природы, которой мы все, растения и люди, обязаны жизнью.
В. НАЗАРОВ
Человек и природа
ВОДА, ВОДА,
КРУГОМ ВОДА...
Половодье...
Затопили вешние воды все пойменные, заливные луга, точат, подмывают берега рек и речушек. Мутные шумные потоки устремляются с круч, с обрывистых глино-песчаных откосов Оби, увлекая за собой пласты оттаявшего грунта. На глазах растут береговые овраги, падают в кипящую стремнину подмытые течением стволы деревьев.
Кое-где плывут грязные бесформенные льдины. На одну из них присела пара чаек, чистят клювы. Пролетела стайка быстрых чирков, где-то на озёрах трубно прокричали лебеди...
Весна в разгаре. Майское солнце в отдельные дни пригревает по-летнему. Но часты возвраты холодов. Несмотря на дождь, снег, радостно встретили свою короткую «весновку» местные охотники. Водоплавающей дичи чуть поубавилось, но сколько бодрости, какой заряд доброго настроения получили любители встретить утреннюю зорьку в шалаше, охотничьем скрадке. И только матерые браконьеры остались недовольны количеством награбленного.
До конца июня будет отражать солнечные лучи широкое водное зеркало. На мелководьях отнерестится рыба, в теплой колыбели проклюнутся и пойдут в рост мальки. Рыбе в мае-июне на сорах настоящее раздолье: быстро нагуливают вес чебак, окунь, язь. Приближаются белые ночи, когда утренняя заря спешит сменить вечернюю...
В природе — праздник обновления. И как же всем — рыбе, зверю, человеку — хочется, чтобы он как можно дольше продолжался. Чтобы не плыли больше по волнам жирные нефтяные пятна, чтобы не гибли в шламовых амбарах птицы, чтобы не шли над лесами и озёрами кислотные и радионуклидные дожди...
Спасти и сохранить от разорения природу! Это можешь сделать ты, нефтяник и строитель, речник и гидро-механизатор, буровик и водитель. Так будь же по-настоящему добрым. великодушным ко всему живому, что тебя окружает.
В.Назаров
Лирический этюд
СОЛНЦЕВОРОТ
В июне всё торопится расти,всё тянется к теплу и свету длинного, почти вытеснившего ночь, летнего северного дня.
...Выхожу из автобуса далеко за городом.Иду по зелёной пойме.
Солнце палит нещадно.
Вся полузатопленная луговинав по обеим сторонам лесной речушки сияет золотистыми цветками калужнимцы,. Басовито звенят шмели, порхают бабочки,собирая сладкий нектар
На соседем болоте северным «ландышем» засеребрился узколистый вечно-зелёный мирт, набрал готовые вот-вот лопнуть бутоны дурман-багульник, выбросила снежно-белые округлые лепестки морошка. На мшистых подушках зеленеют клюквенные кустики и нити, кое-где покрывшиеся крошечными розовыми соцветиями. Вот-вот в свадебный наряд оденутся брусничник и голубика.
У берегов озера в тёплой воде плещется какая-то рыба. В жирном иле густо разрослась осока. Над нею — полутораметровой высоты зелёные «мечи»: то вымахали благодаря щедрому теплу и свету мощные побеги рогоза.
Обычно он таится под личиной незнакомца, вернее, все его выдают за того, кем он на самом деле не является. Что может быть общего между этими растениями, хотя оба одинаково любят воду и жить без неё не могут, Одно высокое, почти безлистное, с ветвистой метелкой колосков-цветков на верхушке стебля — оно вечно шушукается и шуршит даже на небольшом ветру. Одним словом — камыш! Слышите — ш-ш-ш! Другое — далеко ему не чета, хоть и селятся они подчас рядом.
Насквозь пронизанные солнцем, длинные, линейно-мечевидные и плоские листья рогоза, кустиками возвышающиеся над водой, радовали глаз чистыми и сочными зелёными тонами. Позднее, к осени, из листьев вытянется высокий цилиндрический прямой стебель, заканчивающийся плотным темно-коричневым соцветием - початком.
Сообщу любознательным: из 16 видов рогоза только два встречаются в нашей стране — широколистный и узколистный. Это же растение нередко образует заросли в сотни тыряч гектаров, Особенно они велики в плавнях Волги и Кубани. Из волосков плодов, состоящих из чистой целлюлозы, изготовляют киноплёнку, И еще: корневища рогоза — ценный корм для ондатры, нутрии, выхухоли. Так что этому растению ни к чему чужое имя!
...В природе наступил максимум светового периода — короткая пора летнего солнцестояния. В районе Березова (север нашего округа- ХМАО-ЮГРЫ) светило едва прячется за краешек горизонта, расцвечивая пурпуром «ночное» небо. Да и в Северном Приобье июньская ночь короче голубиного носа.
Но уже через полмесяца щедрое солнце начнет обратный путь по небосклону, к осени всё меньше и меньше показываясь над
