можно объяснить присутствие на острове миколога Турбина.
- Он миколог? Тогда это все объясняет.
- Ничего не объясняет, обычно предприятия строят рядом с сырьем. А тут...
- На Таити мне удалось поговорить с Ваэа Тиони, старейшим представителем шаманов клана Ариори. - перебила меня Энджи. - Знакомое название?
- Ари-Ори - грибное вино?
- В точку! Ваэа жил на Туахине более полувека назад. Бизнес клана процветал, шаманы со всей Полинезии осаждали малый Туахине. Ведь только здесь можно было разжиться волшебным порошком, позволяющим разговаривать с духами. Порошок - измельченные сушёные грибы, которые в изобилии произрастают в подводных карстовых пещерах. Пару десятилетий назад Ариори вынуждены были покинуть остров по воле губернатора.
- С сырьем разобрались, губернатор в доле с "Оменом" - это тоже понятно, но что там за мостом на Малом Туахине? Если всего лишь производство местной бормотухи, то к чему такая секретность? Я слыхал, что туда просто так не попадешь.
- Сначала я подумала, что дело в коммерческой тайне, закрытом технологическом процессе и прочем. Но потом я задала тот же вопрос отцу. Папа вскоре перезвонил и строго-настрого запретил мне даже приближаться к Туахине, если не хочу стать подопытным кроликом. Намекнул, что наработками "Омена" заинтересовались структуры, о которых лучше помалкивать.
- Зря ты его не послушала: отец плохого не посоветует.
- Но я же заручилась твоей поддержкой! - заулыбалась девушка.
- Однако, сдается мне, что Степаныч водит меня за нос, использует втемную.
- А кто это?
- Мой главред. Голову даю на отсечение: будет вертеться, как уж на сковородке!
Я заказал обед в номер по телефону и тут же перезвонил дядюшке. Под моим страстным напором Иван Степанович перестал юлить и выложил правду-матку уже на третьей минуте разговора: компания "Omen" действительно зарегистрирована в США, но основное производство сосредоточено на Туахине.
- Степаныч, а с чего это ты вдруг умолчал про грибочки, что спецов заинтересовали? Ох, неспроста это.
- Смотри-ка, быстро ты в тему въехал, не ошибся я в тебе. Номинальный владелец компании Готлиб Уайт, внук того самого Уайта, что проводил опыты по изменению сознания на людях с помощью ЛСД. Под прикрытием спецслужб и довольно удачно, между прочим. Но сетовал на то, что этот наркотик слабо эффективен, и его применение чревато побочками.
- Намекнуть все же стоило. А так: чистой воды подстава!
- Сам просился, куда погорячей! К тому же, я не просто так упомянул про тренд и не попавших в статистику туристов. У Мироманова соглядатаи на каждом шагу: ты бы еще по приезду вызвал подозрение своим настороженным, а значит, по их мнению, нестандартным поведением. Полиция на корню куплена губернатором, и он, кстати, входит в Совет директоров компании "Omen".
- Уже догадался.
- Я рассудил так: ты - умный мужик, оценишь обстановку и включишь бдительность без моей подсказки, если не хочешь попасть на переплавку.
Приторно-радушный курьер доставил обед и, к нашему изумлению, отказался от чаевых. За перекусом я вкратце пересказал содержание разговора Энджи, а она в свою очередь показала мне экран смартфона: 17°32'13"S, 149°34'33"W.
- Градусы, минуты, секунды, широта, долгота.
- Да уж не совсем дурак, - рассердился я. - Чья это геолокация?
- Дом, в котором нашли Турбина, записан на Дмитрия Заварского и находится в двух кварталах отсюда.
- Что же ты раньше молчала? Предлагаешь навестить Заварского? Ну не может он ничего не знать!
Поплутав для страховки по немноголюдным улочкам, чтобы убедиться в отсутствии 'хвоста', мы открыли калитку и постучались в дверь дома Турбина. Наши попытки докричаться до хозяина дома могли окончиться безрезультатно, не догадайся я перейти на русский язык.
- Заварский, откройте же, наконец! Меня зовут Михаил Шарапов, я из России, мы не желаем вам зла. Мы журналисты, хотим задать несколько вопросов по поводу смерти Андрея Турбина.
Ответом нам была тишина, но на окне чуть дрогнули занавески.
- Неужели вы хотите, чтобы смерть вашего друга осталась безнаказанной? - не унимался я, и на этот раз дверь робко приоткрылась.
- Заходите, только побыстрей! - раздался приглушенный шепот из полумрака прихожей.
Немного неловко было выслушивать душещипательную историю однополой любви сорокалетнего мужчины, но я и Энджи прекрасно понимали, что без этой прелюдии разговорить Заварского не удастся.
- Включайте диктофон. Уже можно. Моя жизнь потеряла всякий смысл, - едва сдерживая слезы, продолжал Дмитрий. - Я все расскажу, если вы даете гарантию, что обнародуете информацию и не спустите все на тормозах. На Туахине творится что-то ужасное, и Андрей был к этому причастен. Но надеюсь, что он пожертвовал собой не напрасно, чтобы остановить это зло!
- Какое зло, Дмитрий?
- Здесь проводят опыты на людях! На обычных людях! Неужели вы не заметили, что среди местных жителей нет никого старше сорока и они все одинаково похожи этаких развеселых обалдуйчиков? А почему так? Старожилов переселили, а с недавних пор по распоряжению губернатора полиция следит за психическим здоровьем населения, а в случае обнаружения каких-то отклонений, производится коррекция психики. Зомбированные родители, недовольные поведением дитяти в пубертатный период, сами того не понимая, отправляют и будут отправлять своих чад на заклание! Из поколения в поколение! Так тут все задумано и устроено. На выходе получаем толерантное и лояльное власти общество ... полезных терпил, - в бессильной ярости выдохнул Заварский.
- С помощью чего кодируют?
- Андрей как-то похвастался, что на Таухине им открыт новый вид гриба, напоминающего коноцибе, но приспособившегося жить в условия повышенной влажности. Содержание псилоцибина в нем зашкаливает, скорее всего, людей зомбируют, используя психоактивные свойства этих грибов.
- А снять кодировку возможно?
- Недели две назад я столкнулся с Андреем у дверей лаборатории. Он настолько был погружен в себя, что даже не узнал меня. Меня, понимаете! Но, раз Андрей все-таки сбежал и умер уже у меня на руках в полном сознании, значит - возможно. Я спросил, как ему удалось выкарабкаться? Нет, это выше моих сил! - мужчина закрыл лицо руками и зарыдал.
- Что он ответил, Дмитрий? Пожалуйста!
- Андрей не смог ничего сказать: язык отсутствовал. Он только передал мне фото. Там мы вместе, только что переехали в этот дом, обустраивались. Когда нам привезли телик с большущим экраном с диагональю в сто дюймов, Андрюша подурачился, в шутку налепил наклейку на микроволновку и сделал селфи. Мы решили отметить новоселье...
- Хм... Дмитрий... Фото у вас?
- Да, да, извините. Понимаю, что это не имеет отношения к делу. Вот оно. - Мужчина протянул мне изрядно помятый и заляпанный кровавыми отпечатками пальцев клочок бумаги. - На следующий день Андрея забрала полиция. Мне удалось разобрать... Нет, вернее, я прочел по губам: это очень больно!
Я внимательнейшим образом рассмотрел фотографию: СВЧ печь с наклейкой от телевизора 100", по краям двое мужчин с улыбками на устах и знакомыми бутылочками Ари-Ори в руках.
- Дмитрий, ваш друг имеет отношение к Ари-Ори?
- Конечно. Это гениальная идея Андрюши, весь производственный цикл продуман им до мелочей. Андрюша сам-то деревенский, его предки делали нечто подобное из рыжиков, передавали секрет из поколения в поколение. Но вино - побочный продукт из грибного жмыха, не выбрасывать же добро. А Мироманов одобрил: мол, для отвода глаз лучше и не придумаешь.
Снаружи послышался звук приближающихся шагов, Заварский тут же метнулся к монитору системы видеонаблюдения, через мгновение в дверь постучали.
- Бегите, Заварский, скоро здесь будет полиция. Я пытался помочь Турбину, но все пошло наперекосяк, - раздался голос из-за закрытой двери. - А-а, черт, полиция уже здесь. И губернатор тоже. Извините, но я вынужден выломать дверь. Спрячьтесь в подполе, может и пронесет.
Тяжелая металлическая дверь начала раскачиваться под методичными ударами.
- Попробую прорваться, - вполголоса проговорил я и засучил рукава рубашки. - Они рванут за мной, а вы тут же линяйте следом и разбегайтесь.
- Мишель, нет! - гневным шепотом ответила Энджи. - Их слишком много.
- Да, Энджи. Да. - Я приналег на дверь, чтобы она продержалась на петлях подольше.
- Это Мако, Андрей ему доверял, - Заварский откинул угол ковра и открыл люк, ведущий в подпол, в нос ударил прогорклый запах сырости. - Мне-то бежать некуда и незачем - все равно найдут. Да и бояться, в сущности, нечего. А вот вам, пожалуй, стоит спрятаться, искать вас у меня вряд ли будут. Что стоите, как вкопанные? Давайте, ныряйте, или приглашения ждете?
Дверь с невообразимым грохотом отворилась, но Дмитрий все же успел закрыть за нами люк и прикрыть его ковром. Я и Энджи в полной темноте прижались друг к дружке и затаились, стараясь не выдать себя посторонними звуками.
- Почему не открываете, Заварский? - услышали мы незнакомый голос. - Или вы не рады моему визиту, и вам есть, что скрывать?
- Что вы, что вы, господин губернатор, ваш визит - честь для меня, - с издевкой ответил Дмитрий. - Если что, меня уже допрашивали ваши люди, и я ответил на все интересующие вопросы.
- Появились новые. Веро, Тиони, подождите за дверью.
- Она еле держится, хозяин, - узнал я голос, принадлежащий Мако. - Того и гляди с петель слетит.
- Ну, так притворите ее как-нибудь!
До нас донесся неприятный и действующий на нервы скрип металла о керамику.
- Я ничего не знаю, - твердо заявил Заварский. - А даже если бы и знал, то все равно не сказал ничего после того, что вы сделали с моим другом.
- Какой же вы глупец, - рассмеялся Мироманов. - Да он сам откусил себе язык и разодрал ногтями лицо. Турбин каким-то образом умудрился избавиться от кодировки. Полагаю, это последствия его необдуманного шага.
- Необдуманного? - в голосе Дмитрия появились нотки раздражения, граничащего с истерикой. - Вы превратили местное население в зомби, лишили их права выбора. Вам наплевать, что сотни, тысячи человек не живут, но проживают чужую жизнь!
- Заткнись, ублюдок, - повысил голос губернатор. - Их сознание безупречно вписывается в рамки божьих заповедей и смертных грехов. Чем тебе не по нраву образцовое общество идеальных людей, которым это право выбора просто без надобности? Потому, что подобным вам с Турбиным в этом обществе нет места?
- Места среди послушных особей, которыми легко управлять, - вставил Заварский. - Все в точности по Оруэллу: мы выдавим из вас все до капли, а потом заполним собой.
- Да хоть бы и так! Нам, конечно, не составило бы труда вытащить из твоей башки полезную информацию. Но, похоже, Турбин не посвящал тебя в свои дела. Одно плохо: Турбин мертв, мы обнаружили лишь остатки Ари-Ори на подносе микроволновки в его комнате. Твой дружок наверняка туда что-то добавил, вот только что? Ответ на этот вопрос мог бы дать его сообщник Казински, наш ведущий специалист в области клинической психофармакологии, но старый дурак предпочитает играть в молчанку. Я не позволю всяким долбанным идеалистам воспрепятствовать грандиозному и масштабному социальному
