заскоки?
- Нет, только у меня. Иди сюда, бедненький мой.
- Ну, значит, точно, весна началась.
-Молчи, котяря.
***
Из Домодедова Виктор поехал на электричке. Думал, быстрее будет. До Курского не доехал – сошел на платформе «Серп и Молот». Позвонил домой – никого. Сообразил, что Люба в институте. Потом позвонил отцу, пообещал завтра с утра добраться до него. Потом, потом сделал еще один звонок…
В 16.00 был на квартире где-то на Лесной.
- Ну, что, Виктор Борисович, славно поработали. Рапорт, рапорт ваш передам, конечно, но все же еще подумайте. Я понимаю, учиться надо, личную жизнь устраивать, а кто же работать-то будет?
-Устал я…
-Все устали. А работы только прибавляется.
-И потом. Заметный я, «засвеченный» уже, сколько можно. Вон, кликуха появилась – «Рыжик»…
-Ладно, Пусть начальство думает. А вот здесь распишись и получи за три месяца и отпускные. За отпуск успеешь сессию сдать?
-Постараюсь.
-Ну, и хорошо. Разбежались? Вперед давай. Хотя подожди. Твою «поэму» не читал. Так скажи – как там?
-Хреново. Слышал такое – «ваххабиты»?
-Нет. Что это?
-Хрен их знает. Что-то мусульманское, арабское… Скоро столкнемся, похоже, поближе
-«Восток дело тонкое».
-Это точно. Ну, все, пошел я. Пока.
-Бывай, не кашляй.
***
Подъехал к «Гнесинке». Ушла давно. Какой-то отбор выиграла на конкурс. Уже интересно. Домой поспешил, по дороге в универсаме «Медный грош» отоварился. Вот еще один открыли, или какой уже по счету?
Дома никого. Ужин приготовил, свечи там, вино. До полуночи ждал. Позвонил в кабак, как его… «трын-трава» на Молодежной - нет, не было сегодня и завтра не будет тоже.
***
Вот тебе и март месяц. С утра раннего повалил мокрый снег. Без ветра. Огромными беззвучными хлопьями, замедленно, как в кино.
Варя проснулась очень рано. «Уткой» проковыляла по коридору в туалет и обратно.
«Господи, мой дурачок сосет во сне палец, как маленький. Вот, компьютер не выключил – безобразие. А это что? В этот файл я еще не залезала. Что это?».
Нет, все же оторвалась от чтения, сходила в прихожую и прихватила дубленку – зябко стало. Шарфом большим шерстяным живот подвязала. «Господи, до чего же стало неудобно сидеть. Нет, что это? Как же это? Это эпиграф, наверное…»
Когда выпадет снег, и как будто опустятся ниже
Голубые края голубых облаков, -
И я стану тебе, может быть, и дороже и ближе,
Когда выпадет снег…. Е.И.Д
Невольно взглянула в окно и вздрогнула. Начинающийся рассвет голубым снегом медленно падал за стеклом и, казалось, каким-то мерцанием наполнял комнату. А может это от монитора свет призрачный такой…
Вот и Мария Кирилловна уже встала и засобиралась на работу, стараясь не греметь на кухне. И ушла, тихо за собой закрыв дверь, и может, часа два еще прошло.
- Эй, ты чего это? – ошалелая всклокоченная голова Юркина за спиной возникла, - мать моя, ну, ты даешь, в натуре!
- Тс-с-с… Молчи. И запомни, тебе сленг уличный противопоказан, потому что ты… ты, Юрка – гений! Правда, правда. Это, действительно, здорово. Почему ты мне никогда не показывал?
Юра, в одних трусах, как провинившийся школьник, только, что в носу не ковыряет:
- Варя, это пока нельзя смотреть. Я прошу, не надо читать. Это, я не знаю, что это будет, и будет ли вообще.
- И давно ты это «не знаешь»?
- Ну, как? Как тебя встретил, так вот и…
- Миленький мой, это же издавать нужно.
- Кому это нужно?
- Дурачок, кто это сказал? Я такое фуфло гоню чтивное, даже со своим образованием понимаю, что фуфло. Оно, стало быть, нужно? А твое… твоя…
- Варенька, вы, тут совсем замерзли. Давайте-ка, я вас перенесу под одеяло, цепляйся покрепче. Вот так. Какие вы стали тяжелые. Согревайся, а я пойду, соображу что-нибудь насчет завтрака, а потом, что смогу, объясню.
- А в двух словах и сейчас?
- В двух не получится…
***
Всю ночь почти не спал – ждал. Не рискнул звонить Юре, беспокоить. Утром пришлось надеть шапочку и захватить Любин зонтик. Поехал снова в училище. В расписании с 10.20. Через улицу перешел, и подъезд дома напротив зашел. Поднялся на площадку между вторым и третьим этажом. Курил, в окно на снег глядя. Все пропустить боялся.
Из «Опеля» знакомого вышла и бодренько в училище нырнула.
Нет, не стал головой об стенку биться. Нет, этого не было. Ничего не было. «Жива-здорова – главное». Затушил очередную сигарету, окурки за собой собрал все. Спокойно… ну, почти спокойно. Нет, совсем не… словом, не важно как, поехал к отцу.
***
Когда утром Саша подвез Любу к «Гнесинке», то, прежде чем выйти из машины, она подобралась, побарабанила ногтями по «бардачку» машины и
- Значит так, Сашенька. Я не хочу знать, что ты обо мне думаешь, ночью было, было, как я хотела, как мечтала. Ну, и все. Забудь. Проехали. И не вздумай помогать - возненавижу. И не надо, не надо «Евровидения». Я сама. Я сама всего, что захочу. У меня же есть свобода выбора? Вот я и выбрала.
- Но...
- Не думай, что ты купил меня. Я сама и здесь. Просто, все очень просто. Пока твоя жена «на сохранении», ну, не рукоблудием же тебе... словом, я тебя пожалела. Вот и все. Все. Я пошла, уже опаздываю, меня Маргарита убьет.
- По-жа-ле-ла?
- Да не расстраивайся ты так. Ну, и пожалела, что в этом такого? Ничего. Все. Пока-пока.
- А может, вечером?
- Нет, снова два-три месяца, а может, больше. Бай.
И вышла из машины.
***
- Юрочка, ты пойми. Баба беременная на какое-то время становится вредной и мудрой – так устроена. А потому, слушай ты свою жинку, разные хорошие слова буду говорить.
Настояла на своем, к вечеру прочитала все. От начала до конца. Осилила. И теперь голова, как стадион какой-то, с многотысячной толпой. Нет, не когда орут там: «Спартак – чемпион!» или еще что. А когда вдруг, вся эта огромная масса людей разом замолкает и сливается в одном биении сердца. Дорогого стоит такая тишина.
- Каждой женщине хочется счастья. И ее счастье заключается чаще всего в доме, устроенности, любви, детях, достатке. Это мало и много одновременно. Но это жизнь и она, не смотря ни на что, должна продолжаться. Женщина хранитель и продолжатель жизни. Согласен? Я, может быть, говорю, банальности и очевидные вещи – тем лучше. Я беру любую очередную ситуацию из сериалов о любви и «раскручиваю» в свою сторону, со своими героями. Этого и только этого ждут от меня читатели. И чтобы непременно все кончилось хорошо, потому что в жизни это редко происходит. Но кому-то все равно должно везти, иначе, зачем все это? У мужиков все иначе, как мне кажется. Господи, если хочешь курить, приоткрой форточку и дыми. Вы всю жизнь чего-то ищите, ищите… Что-то пытаетесь создать, делаете какие-то игрушки, играетесь во власть, в деньги, даже в творчество. Вы - играетесь. Вот, не могу красивше сказать.
-Красивее.
-Красивше. Так мне больше нравится. И, когда становитесь совсем старенькими, вдруг вопите, что «вы еще и не начинали жизнь, а она уже вся вытекла между пальцев. Что ничего еще так и не сделано! Не достигнуто!». А это только лишь потому, что рядом с ними не было женщины, которая сказала бы – ты, мой единственный, и ты, гений. И погладила бы по головке. Не важно, что ты не изобрел там… ну, не знаю, вечный двигатель или еще что, все равно. Ты – гений. И никак вы не можете понять, что вот эти ваши искания, творения или «игрушки» – и есть смысл жизни. Так и остаетесь детьми. Хотела сказать много и умно - скомкала вот. Но думаю, ты меня понял.
-Будем считать, почти.
-Как назовешь свой роман?
[font=PTSerif, Georgia,
