| «Изображение ИИ. "Синий след".» |  |
Предисловие: Мистический роман. Продолжение.
Синий след
Дом барона показался из-за пригорка. Люди спешно собирались: несли узлы, пакеты, ящики – всё раскладывали по повозкам. Приходилось убыстрять шаги: погрузка домашнего скарба вот-вот придёт к концу, а он ещё далеко. «Барон собрался в дорогу, значит, я ещё успею узнать причину, а заодно и нераскрытую мне тайну», – Остин не оставлял мысли, что люди, которым он доверял, могли быть замешаны в коварном чародействе.
Дорога шла под уклон, шагалось споро. Внезапно послышался стук шагов – его догоняют. Остин оглянулся, не сбавляя шага, и остановился в изумлении: его догонял знакомый парнишка небольшого роста, с кучерявыми волосами. Нет, показалось: издалека он напомнил Остину младшего сына барона, и поэтому он почти остановился, но продолжил ускорять движение, как только понял ошибку. Но парень приближался быстрей, чем шёл. «Догоняют маги, – мелькнула мысль, – убежать не дадут, «синий след» сейчас бы пригодился, – не имея понятия, что это, Остин вдруг решил, – момент для этого подходящий и другого может уже не быть». «След» не появлялся, а Остин, будто по сугробу идёт: всё трудней с каждым шагом. «Перо, – юноша стал искать, но в куртке его не оказалось, – приснилось, это был сон. Перо сняло заклятие и исчезло». Оставалось идти, пока есть силы. Паренёк больше не приближался, но продолжал идти. Шаги у Остина становились короче, пока совсем не встал – ноги не двигались. Обернувшись, юноша увидел не паренька, а старца, спешащего к нему, но что-то не давало ему приблизиться к Остину. «Синий след пришёл мне помогать, маг не может приблизиться ко мне, но и мне с места не сдвинуться».
– Иди вперёд, – прозвучал голос.
Но ноги не повиновались Остину, и он остался стоять на дороге.
– Иди, – голос настойчиво приказывал.
Остин определил буквально «вперёд» и пошёл навстречу магу, вспомнив сон со стариком, просившим воды. Маг стал удаляться. Остин прибавил шаг, а потом побежал – маг исчез. Мысленно поблагодарив Сон, юноша продолжил прерванный путь, но у дома барона никого не оказалось. Пока шло противостояние с магом, все уехали, как подумал Остин, но, вступив во двор, он увидел людей, те, как ни в чём не бывало, расхаживали по двору, занимаясь повседневными делами. «Вот так наваждение! Чтобы маг мог догнать, ему надо было ускорить мои шаги. Видя скорый отъезд барона, так и вышло. Сила у мага всё ещё велика, и план на меня себя не исчерпал. Возможно, и барон не союзник мне сейчас, но немного времени есть, пока маг не принял новых мер».
Остин спросил у проходящего мимо слуги, как ему повидать хозяина? Тот кивком указал на управляющего, Остин его сразу узнал. Долго уговаривать не пришлось: смерив с ног до головы пришедшего, он, не скрывая удивления, пригласил следовать за собой. «Все знают, даже слуги хозяина и те «агнца» на заклание отправляют», – Остин чувствовал комок в горле, но выдать своих чувств не хотел.
В гостиной были люди, но управляющий показал рукой, что этот – первым будет. Те погалдели и утихли – слушались все: противиться воле хозяина и его приказчика никто бы не осмелился. Такого рабского подчинения Остин в своём мире не наблюдал. Дверь открылась, выпустив горбоносого мальчика, расстроенного немного, но улыбающегося. Остина пригласили сразу, как только о нём было доложено.
– Слишком долго ждал, уж не чаял увидеть, юный Остин, тебя. С чем пожаловал? Дороги сошлись у меня или забрёл повидаться? – глаза испытующе смотрели на юношу, но без враждебности.
– Да, барон, пришёл повидаться, сказать «спасибо» за хлеб и радушный приём. Мне все здесь были рады, – на этих словах юноша посмотрел в глаза барону так, что догадки стали явью, он узнал о своём жертвенном предназначении. Барон нисколько не смутился.
– А что ты думал, когда отправлялся в келью к магу? А? Ты тогда не знал? Тогда как удалось обойти расставленные для тебя ловушки? Ведь заговорщиков много!
– Все, барон, все заговорщики. Но путь, выбранный вами, не изменит уничтожения людей. Они всё равно умрут. И маги это знали.
– Так, значит, знали? – барон покачал головой. – Значит, знали? – потом тихо добавил, – а что мне оставалось? Мне и моим детям, щенок! – голос уже не был вкрадчивым, лицо стало багровым. – Вон! Уходи! – он откинулся на спинку кресла и прикрыл рукой глаза. – Стой! Ты не за этим пришёл. Ведь так?
– Я пришёл и вижу, что не могу вам доверить тайну своего нахождения здесь.
– Никакой тайны нет, мальчик, никакой. Мы обнаружили тебя, узнали всё, чтобы заманить, но не смогли, – тут он ещё больше развалился в кресле, взглядом напоминая своего убитого брата. У Остина лицо перекосило от этого. Барон заметил, сел приосанясь, взгляд стал тускнеть.
– Сейчас ещё не все собрались, придут люди. Увидишь: у меня их много. Что будешь делать?
– Я не вооружён и ни с одним из ваших людей не справлюсь.
– То-то, щенок! Теперь иди! Пусть идёт! – последние слова он крикнул кому-то за дверью. Послышался топот, всё стихло. Дверь отворилась, Остин вышел. Всё ещё не понимая, что задерживать не будут, юноша топтался на месте. Чей-то низкий голос сказал:
– Иди. Можно.
Всё ещё не веря свободе, Остин вышел во двор и направился было к воротам. Вдруг окрик:
– Эй!
Юноша остановился, к нему спешил немой. Не мог же он крикнуть: «Эй!» Остин его запомнил, тот прислуживал в комнатах или следил за ним, теперь уж всё равно. Слуга остановился.
– Что тебе нужно? – юноша сказал это громко, с вызовом.
Немой развернулся и пошёл в дом. Люди переглянулись и снова принялись за свои дела, или только делали вид. Остин повернулся и уверенными шагами пошёл к воротам. Больше его не окликали и не преследовали. Кто заставил его оглянуться? Внутренний голос? Что хотел сделать немой слуга? Явно не передать прощальный привет от хозяина. Возможно, ему было приказано убить со спины, если гость не оглянется? Так, на всякий случай. Нет, тогда пусть идёт. Остин шёл и обдумывал все слова и действия свои и других людей. «Нет, не отпустят ни маги, ни этот барон со своими людьми, – пришёл к такому выводу и успокоился, – сейчас хотя бы ясна расстановка сил».
Шаг ускорять он не стал, всё равно догонят, если захотят. Два часа, может, больше, у него есть – надо двигаться вперёд. Все видели направление, которое выбрал юноша, следы оставались на мелкой пороше, но ветер аккуратно их заметал, чем оказывал большую услугу путнику. Через час юноша повернул назад, снова направляясь к усадьбе, но минуя её в обход по тропке. Теперь окончательно его потеряли из виду.
Дорога, по которой шёл Остин, теперь пролегала через монастырь, маги могли «учуять» его. Если «синий след» помог, то поможет и теперь, когда юноша опять в ловушке, но уверенности не испытывал. Придётся идти в обход, а это мили по бездорожью.
Остин шёл, рассуждая про себя, нужно ли было идти к барону, ведь тот не знал о магах, а теперь к разозлённым магам он прибавил барона – копию младшего брата. Не темнело, но по расчётам Остина уже ночь. Ветер выл не переставая, позёмка мела, закрывая следы снежной крупкой.
Выйдя на дорогу, Остин больше не скрывался от людей, только спрятал голову за воротник, будто от ветра. Монастырь был далеко позади, но люди шли туда и ни одного попутчика у Остина не было. Маг не выпускал никого, и эти люди, возможно, шли туда против воли, сами того не понимая. Эта магия больше не действовала на юношу, можно было вздохнуть с облегчением.
В кельях монастыря творилось невообразимое: готовились совершить ритуал, подготовка занимала много времени, Остина привезут, как только будет всё готово. Монахи ходили из кельи в келью, учили слова заклятий, изредка переговариваясь между собой. Люди приходили всё больше и больше, заполняя собой всё свободное пространство монастырского двора. Маг не появлялся, не выходил к монахам, к себе никого не звал. Приказы отдавал так, что они выполнялись мгновенно – ни одного ослушания. Все были одурманены одним единственным заклинанием.
Три дня в пути, если бы была ночь, но небо не темнело, только пелена облаков, становившихся темнее и светлее в зависимости от того, идёт ли снег. Ночевать приходилось тут же у дороги – несколько часов отдыха при свете дня. Есть не хотелось, но силы были на исходе, пора было подумать о еде. Остин не заметил, как перестали встречаться прохожие. Вначале он расценивал это как удачное совпадение, но со временем стал удивляться больше.
Ни предполагаемым днём, ни ночью люди не шли по дороге. «Вымерли, что ли?» – с досадой думал юноша. Однажды два пастуха с кнутами попались на глаза, но испугались, увидев Остина. Почему он подумал, что это пастухи? Только потому, что у каждого на плече висел кнут. Нет, скотину сейчас не пасут, а кнуты нужны для другого. Защита от магов? Кнут обережёт от заклятий? Хотелось расспросить догадливых людей, кто помог им? Да где там! Убежали. Юноша шёл от магов без оберега, может, подумали на него, что это он заклинатель людей и природы? Остин усмехнулся: впервые его кто-то испугался.
Пришлось постучать в первый дом у дороги, попросить хлеб и воду, но ему не открыли. «Боятся», – подумал юноша. В следующем доме всё повторилось. «Нет людей, маги созвали всех в монастырь. От него не откажутся, основываясь на идее жертвоприношения».
Остин вошёл в пустой дом, еды на столе не было, но старый хлеб, завёрнутый в ткань, лежал на холодной печи. Юноша спрятал его за пазуху. В комнате кто-то скрёбся, может, кошка, здесь он их не видел, возможно, ещё какой зверь. Остин выглянул за дверь и увидел ребёнка, он издавал звуки, похожие на те, что он слышал. Младенец был худ, на руках у Остина почти ничего не весил. «Куда запропастились родители? Почему оставили одного, не взяли с собой? Ребёнок один не меньше двух дней: уж слишком исхудавший».
Остин приготовил похлёбку из хлеба и воды, покормил, переодел в одежду, которую нашёл рядом с кроваткой. Оставить ребёнка не решился: не известно, живы ли родители – умрёт от голода или замёрзнет. Оставаться здесь тоже нельзя, надо идти, прихватив с собой ребёнка. Не забыл Остин про кнут: он защитит младенца от заклятья магов. Кнут нашёлся быстро, хотя скотины не было у этой семьи – удивительно, но рассуждать не было времени. Перекинув через своё плечо и плечо ребёнка кнут, придерживая младенца рукой, юноша вышел из дома.
По дороге шёл одинокий старик в обратную сторону от монастыря и оглядывался по сторонам. Остина он заметил, но, видно было, не узнал: ребёнок и затейливо переброшенный кнут через плечо не дали сразу определить беглеца. Было немного времени, чтобы скрыться от глаз старика. Теперь Остин не сомневался, что это маг – возможно, не сам, но из числа тех, кто ему повинуется. Юноша сделал вид, что идёт в сторону монастыря, но как только старик исчез, Остин повернул в другую сторону. Ребёнок притих, наверное, уснул. Идти пришлось дворами: безлюдная дорога теперь не казалась безопасной – нужны были ориентиры, по которым предстояло
|
