За изогнутой панелью управления, словно дирижёр этого технологического оркестра, сидела старший биоинженер Лира Вейл. Её стройную фигуру облегал серебристый комбинезон, а взгляд был прикован к каскаду голографических интерфейсов. Пальцы девушки порхали над светящимися символами, внося тончайшие корректировки в хрупкий процесс зарождения жизни.
Лира плавно поднялась со своего места и неторопливо приблизилась к одной из маток. Она пробежала глазами по данным на дисплее и уверенным жестом активировала протокол извлечения. Мерцающая жидкость начала медленно уходить по невидимым каналам, а стенки цилиндра бесшумно опускаться в основание. Из недр аппарата вынырнули гибкие манипуляторы. Очень бережно они подхватили новорождённую и плавно перенесли её на адаптационный стол - гладкую, мягкую поверхность, излучающую согревающее свечение.
Девочка сделала первый самостоятельный вдох, и тишину зала прорезал громкий, требовательный крик. В этот же миг на предплечье младенца, проступил индикатор остатка жизни - длинная зелёная полоска. Тридцать пять лет…
