был…
Добравшись до великой реки Волги, путники сели на торговую ладью и поплыли на север. Елисей тут же разговорился с людьми на судне, узнал у них о событиях, происходивших теперь на Руси.
— Какой сейчас год? — спросил он.
— От сотворения мира — зело, добро, иже, иже, — ответил один парень, одетый, как и все мужчины на ладье, в рубаху и порты — неширокие, сужавшиеся книзу штаны.
Несколько раз путники замечали, что на берегу люди с факелами в руках исполняют танец вокруг выточенной из дерева фигуры какого-то божества.
— У нас новый князь — Владимир, — рассказал Елисею и его друзьям купец на судне, которого звали Ростиславом, — молод ещё, а всё ж слава о нём ходит дурная, ой, дурная… Много людей он загубил. Жёны не любят его, и любить-то не за что…
— У него много жён? — спросил Лучьян.
— Много, много, — закивал Ростислав. — Одна из них — полоцкая княжна Рогнеда, была прежде женой Ярополка, его брата, а потом случилась усобица и Владимир убил Ярополка и отца и братьев Рогнеды, а её насильно выдал за себя замуж. А теперь он велел поставить на высоком холме возле Киева деревянных идолов богов — Перуна с серебряной головой и золотыми усами, Дажьбога, Стрибога, Симаргла, Мокошь — и приносит им жертвы…
— Желает сплотить веру русскую, — объяснил один юноша. — На Руси ведь много общин, и у каждой — свои божества. Вот князь и хочет, чтобы у всех были одни и те же боги, чтобы все объединились в вере. Но я думаю, что даже в этих богов люди долго верить не будут.
— Почему? — спросил Лучьян.
— Так ведь их нет, — развёл руками парень. — И русская душа это чует. Скоро сбросят идолов, вот увидите.
Ночью, когда многие на ладье уже спали, Лучьян, Елисей и Ростислав смотрели на звёзды и тихо переговаривались. Елисей рассказывал про тяжёлые годы странствий. Ростислав поведал о событиях, произошедших на Руси в последние годы. Княгиня Ольга, скончавшаяся несколько лет назад, приняла в Царьграде православную веру. Она хотела, чтобы и сын её Святослав стал христианином, но тот отказался. Ростислав говорил о нём с уважением — князь был очень храбр на поле боя, дрался как лев, спал под открытым небом. После его гибели сыновья долго боролись за власть, и победу одержал Владимир.
Пока мужчины разговаривали, понемногу рассвело. Река стала шире, и путники рассмотрели холмистые берега, деревушки на них, пасшихся коров и коз. Ладью подгонял прохладный ветер.
Лучьяну очень понравилась эта страна: здесь и люди были открытые, добрые, душевные, и погода — хорошая, не жаркая, и природа — сказочно красивая… Просто душа радовалась!
В деревне
Ростислав жил в деревушке возле города Мурома, носившей название Вышеславцево, с семьёй — женой Анастасией и шестерыми детьми — тремя мальчиками и тремя девочками.
Он приютил у себя Елисея, Лучьяна и Эне, и они стали помогать ему по хозяйству. Вместе с хозяином и старшим его сыном Никитой обрабатывали землю, пасли скот. Мужчины валили деревья и готовили к зиме дрова. Девочки присматривали за младшими братьями, помогали матери по дому, учились у неё прясть, ткать полотно, шить одежду.
Средний сын Ростислава Кирилл любил излагать былины о русских богатырях, которые когда-то слышал от сказителей, а младший — Фома — рисовать на земле и песке. Лучьян диву давался, глядя на его рисунки — так всё красиво выходило у мальчика, которому не было ещё и пяти лет. Но однажды тот изобразил мужской детородный орган.
— Что ты нарисовал? — спросил Лучьян.
— Это наш покровитель Род, — ответил Фома.
Лучьян ещё больше изумился. Он поинтересовался у Ростислава, действительно ли так изображают главное божество Руси, и мужчина подтвердил это. И за пахотой на поле рассказал ему о богах, которым поклонялись здесь.
Особенно почитали люди Рода и Перуна. Род представлялся им творцом всего мира. Он был связан со всеми стихиями, и от него происходило всё человечество. Перун насылал грозу и дождь, при засухе и неурожае в нём особенно нуждались, и ему приносили в жертву скот. Велеса — «скотия бога» — изображали с мордой быка, он охранял скотину. Ярила делал землю плодородной, для него тоже жертвовали животных, заклиная дать хороший урожай. Дажьбог олицетворял согревающее солнце. Сварог давал людям огонь.
— Это боги, которых знает весь народ, — говорил Ростислав, — а у нас в деревне есть и свои.
В его семье, как и в других семьях на Руси, все были очень суеверны. Иногда после трудного дня мужчины парились в бане, но старались долго не засиживаться — Ростислав верил, что банник может рассердиться за позднее пребывание там и наказать. Подрались Кирилл с Фомой, поставил старший брат младшему синяк под глазом, а позже упал с печи и ушибся — мать с отцом стали говорить, что это домовой наказал. Ушёл Никита в лес по грибы да по ягоды, заблудился, два дня петлял, еле выбрался — на то родители сказали, что леший проучил — не заходи просто так в лес, у хозяина его сначала спроси позволения.
Лучьяну очень нравилась рубаха, которую сшила ему старшая дочь хозяев Федора. Никита научил его играть на гуслях. Лучьяну нравилась теперешняя жизнь. Но тоска по родителям, по брату и друзьям всё омрачала.
В деревне было много красивых девушек, и Елисей однажды сказал, что неплохо бы Лучьяна женить. Тот понимал, что это, наверное, правильно — он уже не юный, ему почти тридцать лет… Ростислав обещал дать ему в жёны Федору, когда она ещё чуть-чуть подрастёт.
Лучьян был очень благодарен хозяину за это и за приют. Кроме домашнего хозяйства, он стал заниматься сбором мёда и диких ягод, ходить на охоту.
Однажды на деревню напали разбойники, но заранее предупреждённые об этом мужики вооружились рогатинами, дубинами, луками и сразились с ними. Много их убили, остальные убежали прочь. Шесть мужчин из деревни погибло. Лучьян, Елисей и Ростислав были сильно ранены в битве.
Народные гуляния
Горит костёр на поляночке, а вокруг него ходят девицы красные. Никита стоит неподалёку, возле берёзки, и играет на дудочке. Так хорошо играет, что даже лес не шумит — прислушивается к его мелодии. Соловьи не поют, синицы — тоже. И звери притихли.
У Никиты и девушек венки на головах, девчата ходят друг за другом и под дудочку напевают:
Не летай, соловей, у окошечка,
Ты не пой, соловей, громки песенки,
Не буди, соловей, мово батюшку.
А мой батюшка не спит, всё кругом чинится,
Обо мне, молодой, красной девице,
Что наедут во двор злые вороги,
Увезут они меня в чужу сторону…
Девицы затихают, молча ходят по кругу, затем поют ещё несколько песен, и все садятся к костру.
Со стороны болота доносится приглушённый вскрик. Девушки испуганно поворачивают головы.
— Кто это? — спрашивает одна из них, Беляна. — Птица, что ли, какая?
— Водяной это, — отзывается Никита. — Или утопленники. Скучно им, вот они и жалобятся. Бывало, иной раз иду мимо болота вечером, и чудится, что зовут меня Яшка и Тиша, утонувшие здесь…
Он толкует с девчатами о разной нечисти — кикиморах, чертях, ведьмах.
— Поговаривают, что бабка Наина у нас в деревне и есть ведьма, — шепчет Никита. — Ведь все, кто с ней ругался, вскоре помирали. Бают, что она и дождь заклинает, и грозу. И с чертями водится.
— У меня отец пьяный был и поругался с ней, так в ту же ночь разбойники его убили и в реку выбросили, — вспоминает девушка Любава.
— Откуда она берёт яства? — спрашивает их подруга Прекраса. — Ведь не держит огород, целыми днями из дома своего не выходит.
— Черти ей приносят, — усмехается Никита. — А может, она вообще не то ест, что мы.
Федора сидит в сторонке от всех и грустит. Накануне ночью она гадала в бане на суженого, и потом ей привиделось во сне его лицо, но то был не Лучьян…
***
Бродя вечером по лесу, Лучьян увидел вдалеке голубую полоску. «Река», — понял он и двинулся к ней, собираясь искупаться.
Но, когда почти подошёл к реке и лишь один куст отделял его от воды, послышался громкий смех. На берег с другой стороны выбежали несколько девушек, кружась и заливаясь смехом. Они скинули платья, оставшись совсем голыми, и зашли в реку. Вслед за ними появились несколько парней, тоже разделись догола и кинулись в воду. Девушки, смеясь, уплывали, а те догоняли их…
Лучьян, с интересом наблюдавший эту картину из-за куста, услышал вдалеке оклик Елисея, поспешил к своему другу и рассказал ему об увиденном.
— Празднуют самую короткую ночь в году, — с улыбкой объяснил тот. — Обычно это купание голышом заканчивается повальным грехом. А здесь, в лесу, тоже сейчас девушки с парнями ходили, папоротник искали.
На поиски родных
Лучьяна в деревне любили. Он был доброжелательным и скромным, помогал людям — кому воды из родника принесёт, кому забор починит. И никогда ничего за это не просил и не брал.
…Вечерами все в деревне — от мала до велика — выходили из бревенчатых изб на улицу. Взрослые и старики сидели на лавках, дети бегали, резвились, а юноши и девушки гуляли — плясали, водили хороводы, играли на музыкальных инструментах. Когда на улице появлялся Лучьян с гуслями в руках, девчата не сводили с него глаз — с ним по игре никто здесь не мог сравниться. Он ходил вокруг танцевавших парней и девушек и наигрывал какую-то чудесную мелодию, глядя на разноцветные сарафаны и платки девушек, развевавшиеся по ветру.
Иногда деревенских навещали сказители; из поведанных ими преданий Лучьяну больше всего запомнились истории о князе Олеге — о его походе на Царьград и о смерти от укуса змеи.
Как-то раз Эне объяснил двум своим друзьям знаками, что хорошо бы было сложить из брёвен дом на отшибе за деревней и распахать там собственный огород. И жить втроём, никого не стесняя. Но Елисей сказал, что хочет сначала посетить Новгород, узнать что-нибудь о своих родителях и братьях и повидаться с ними, если они ещё живы. Лучьян пожелал отправиться с другом. Ростислав, узнав об этом, велел им побыстрее возвращаться, так как собирался в скором времени обвенчать Лучьяна и Федору. Эне оставили в деревне — он решил сложить дом сейчас же, а деревенские мужики готовы были ему помочь.
…Рано утром, сев на одну из торговых ладей, Лучьян и Елисей поплыли к Новгороду. На большом судне расположилось много народа. Пахло говядиной, мёдом; на продажу везли дорогие меха. Люди переговаривались, обсуждали и свои житейские дела, и княжение Владимира. Они были недовольны тем, что главных божеств их племён принизили и возвысили Перуна, которого почитали киевские дружинники. Ещё говорили о разбойниках, грабивших деревни, убивавших и бравших в плен мирных жителей.
Ночью, глядя на мерцавшие в небе звёзды, Лучьян чувствовал что-то недоброе, а когда задремал, то услышал во сне пронзительный крик Федоры и проснулся. Он разбудил Елисея, поведал про свой сон и сказал:
— Давай вернёмся в деревню. Чует моё сердце — беда там случилась.
— Тебе дурное всё снится, — ответил Елисей, — потому как о плохом думаешь, тревожишься зря. Нет там никакой беды. Побываем в Новгороде и вернёмся.
Утром, сойдя с ладьи, они добрались до города лесом.
…Лучьян с любопытством оглядывал город. Деревянные здания мрачно нависали над путниками. Некоторые терема были расписаны цветными красками. Прохожие — знатные люди и бедняки — смешались в один поток, быстро шагая, спеша
